А Анька уселась на кухонный табурет и стала думать. Все-таки звонок был очень неожиданным и странным. Что такого хочет узнать именно от нее старший Фолетто?

Чем дольше Анька раздумывала над неожиданным звонком, тем больше не понимала, что хочет услышать от нее незнакомец. Ведь ничего интересного она рассказать не сможет. Ну, шли полчаса вместе, болтая ни о чем, и что? Альберто даже не приставал к ней, она сама чуть на него не вешалась. Не об этом же рассказывать? И в самой болтовне вряд ли было то, из-за чего стоит убивать. Разве что из-за виноградников где-то там на какой-то южной стороне склона. Анька даже подробностей не помнила, кроме южной стороны.

Единственное, что могло хоть как-то прояснить ситуацию, изменение внешнего вида Альберто после Анькиной магии. Но и это вряд ли могло стать причиной убийства. Или могло? Да нет. Хотя… Опять же тот, кто за ними следил, если следил, не мог увидеть этого изменения, если только сам не был магическим существом. Но тогда он бы с самого начала знал, кто такой инкуб. Вот черт, ничего не сходится. То есть причины убийства несчастного соблазнителя Анька не нашла.

А с другой стороны. Зачем инкуб с ней пошел? Ведь если его машина стояла у Катиного дома, то он явно ее ждал. Причем на этой машине не поехал, что странно. Если пытался Аньку соблазнить, то на машине даже удобнее. Значит, не для этого знакомился. А тогда для чего? Интересно, а когда вообще он начал за ней следить? После того, как встретил в лифте или задолго до этого?

- Зараза, - Анька непроизвольно выругалась, вспомнив, что на плите давно кипит уже готовая солянка. – Сейчас одна каша останется.

Вскочила с табурета и побежала выключать конфорку. Но прежде все же решила заглянуть в кастрюлю, чтобы понять, что получилось.

- О-оо, норм, - помешала суп и убедилась, что солянка оказалась вполне сносной и в меру густой.

Выключила плиту и, достав половник и глубокую тарелку, налила в нее солянку. Добавила в суп дольку лимона, самую попку, оставшуюся случайно от прошлого маминого приезда. А не найдя баночку с оливками, которая всегда стояла в холодильнике, махнула рукой. Видимо родители все умяли. Но и без оливок солянка получилась вкусной. Хотя надо обязательно сходить в магазин. И побыстрее, пока не прилетел старший Фолетто. Мало ли. Анька еще не решила, пойдет ли на встречу с ним.

- Блин, и майонез закончился, - пробормотала Анька, снова заглянув в холодильник. – Совсем я с Сашей-опером расслабилась. Привыкла к готовому. То роллы, то пицца с доставкой. Ой, - обожглась горячим супом и стала ложкой помешивать в тарелке, не решаясь есть. – А позвоню-ка я Саше, пока солянка остывает. Может, уже не спит, обед же давно.

Бросила ложку в тарелку и, схватив телефон, нажала на знакомый контакт. После длинных гудков предсказуемо трубку взяла Сашина мама.

- Алле, - сказала она. – Алле. Вас не слышно, - продолжила после Анькиного молчания, затем, так и не дождавшись голоса собеседника, хмыкнула и отключилась.

Ну, а что? Опять выслушивать, как Сашина мама хвалит своего сыночка, почти все время «пропадающего на своей нелегкой службе»? Понятно, что мама его безмерно любит, но ее попытки вмешиваться в жизнь сына несколько напрягают. Саша говорит, что с этим уже ничего не поделаешь. Но мог, хотя бы пока спит или в душе моется, не бросать свой телефон перед носом родительницы. Интересно, а мама о его новой девушке знает?

От этой мысли у Аньки екнуло сердце. И где-то в глубине сознания неприятным червячком зашевелилась… ревность. Ревность? Блин! На фига Анька вспомнила? Наверное, будет лучше, если она забудет о той ночи с опером. Напрочь. Надо забыть. Ведь они с Сашей только друзья. Сама же ему об этом говорила. И вот теперь, когда у него появилась девушка, у Аньки сносит крышу от ревности. Что это такое? А? Любовь или просто чувство собственности на парня, с которым однажды переспала?

Тут же в голове всплыли воспоминания о Сашиных ласках, о жарких поцелуях, о его мягких губах, прикасающихся к шее и спускающихся ниже, и от которых у Аньки бежали мурашки по спине. И после которых все на свете становилось лишним, кроме обнимающего ее крепкого мужского тела с накачанными в долгих тренировках мышцами. Гладить их уже само по себе было удовольствием. А после… Даже от воспоминаний стало приятно, и какая-то теплая волна прокатилась по всему телу, заставляя Аньку хотеть близости с Сашей.

Вот черт! Что за фигня? У нее же Ксандр, который ее любит. Хотя теперь не совсем понятно – любит ли. Вдруг после отворота какой-то осадочек остался с тягой к русалкам? И ведь не проверишь, пока Ксандр от пьянки с Вовой не отойдет. Так что на сегодня парень явно для нее потерян. Ох, как-то бы надо побыстрее разобраться со своей любовью. А тут еще столько всего навалилось. И Лену от Рыбича спасать, и убийцу инкуба искать. И солянку, наконец, доесть, а то с этими думами остыла совсем.

Анька скоренько дохлебала суп, помыла посуду и пошла в зал к компьютеру. Написала в поисковой строке браузера «инкуб» и стала читать то, что вылезло по запросу. В принципе ничего нового: «В средневековых легендах распутный демон, ищущий сексуальных связей с женщинами, персонаж низшей мифологии народов Европы». Так написано в вездесущей Википедии. И куча картинок с красивыми мужчинками, на теле которых выделен каждый мускул, каждый кубик на животе. Правда еще рога и хвост, но это только больше заводит. М-мм…

Да что ж такое!

Не иначе из-за сегодняшнего стресса у Аньки повышенное желание. Ну того самого… Зря она, наверное, не настояла, чтобы Ксандр пошел к ней. Заодно и проверили бы – отвязалась от него русалка или нет. А теперь сиди и думай об этом.

«Вот чертики корявые, - несмотря на разглядывание симпатичных инкубов, Аньке в голову пришла вполне здравая мысль. – Альберто точно кто-то послал. А кому я нужна, если не Колядину? Снова старому колдуну неймется? Вполне. Но это самое очевидное. А нет ли тут кого другого?»

Анькина логика после сделанных выводов была следующей.

Вряд ли инкуб стал преследовать Аньку после встречи в лифте. Не такая уж она красотка, чтобы тот на нее повелся (впрочем, об этом она уже рассуждала раньше). Значит, следил целенаправленно. И возможно сама встреча в лифте была подстроена, чтобы потом проще было познакомиться и не вспугнуть девчонку в темном дворе. Мол, виделись, разговаривали, так что парень не такой и незнакомый, а чуточку знакомый, поэтому не опасный. Ну, как-то так.

Наверное, Анька и сама бы придумала такой ход для знакомства, если бы была мужской особью. Логично ведь. Так что без ответа остается только один вопрос. Для чего это было подстроено? Ну, или кто заказал? И вот здесь неожиданно всплыли два конкретных ответа. Или Колядин, или Рыбич.

Первому, как известно, нужно отобрать у Аньки талисман огненного ветра, чтобы завладеть даром управлять стихиями. А второму проследить за тем, как Анька ищет русалку, и когда найдет, точно знать, кто из Анькиного окружения Евлампия.

Хотя зачем тогда заговоренная вода? Так, надо подумать. А-аа, ясненько для чего. Чтобы магически найти русалку. Блин блинский. Это и так было понятно. А может Лена зря думает, что именно через магию воды Рыбич ее найдет? Может все намного проще? Взял да нанял для этого инкуба. Может между соблазнителем и подводным царем какие-то магические связи существуют? Или родственные. Вполне может оказаться, что братья Фолетто – дети какого-нибудь очередного бога, пусть не славянского, а европейского, но бога. А боги по своей сути все родственники.

К тому же боги эти, судя по мифам и сказкам, не сильно отличаются от людей в своих страстях и поступках. И вполне возможно, что способностями инкубов пользуются для своих корыстных целей. Например, семейка Фолетто задолжала Рыбичу за что-то. А за что – вариантов много. Даже не придумаешь. «Но будет возможность, обязательно спрошу, - подумала Анька. – Наверняка увидеться нам придется. Хотя бы раз. Когда Лену буду выручать».