В салон вошёл ещё один яутжа с невыразительной тёмно-серой шкурой. Имя у него было соответствующее – Мутный.

— Ты зачем включил двигатели? — спросил новоприбывший у соклановца.

— Это не я. Автопилот заклинило, — возразил Острый клинок. — Я попытался его отключить – ничего не вышло.

— Дай я попробую. — Мутный подошёл к пульту и стал сам перебирать кнопками, заглянул вниз под панель, снова подёргал тумблерами. — Что за к'жит… — озадачился яутжа. Затем он полез под пульт.

***

Командир экипажа Старший кровавый Гром самолично следил за транспортировкой в приёмный отсек контейнеров с лицехватами, предназначенными для высадки на маленькой планете в соседней звёздной системе. Нужно было подготовить условия Обряда инициации для следующей группы молодых яутжа. В том диком неприветливом мире отсутствовал классический замороженный улей, и материал приходилось привозить с собой. С одной стороны, это выглядело проще, чем содержать спящую Матку и контролировать её жизнедеятельность. Уж больно Королевы оказывались непредсказуемыми и вечно норовили устроить какую-нибудь пакость. Можно было бы завозить в ритуальные пирамиды сразу взрослых особей, но, во-первых, это претило установленным традициям (Священная дичь должна пройти полный цикл своего развития), а во-вторых, содержать на борту кланового звездолёта целое стадо жёсткотелых тоже было весьма неудобно. Правда, некоторые кланы до сих пор перевозили с собой на кораблях Маток, но Древний предпочёл более технологический подход. По этой причине не стали держать на борту и яйца жёсткотелых из-за непредсказуемости их разморозки. Приятного будет мало, если один из этих кожаных мешков решит не вовремя активироваться, и его содержимое незаметно сбежит. Поэтому использовались крепкие колбы со спецраствором, в котором лицехваты сохраняли свою активность и их можно было контролировать. Разбить такой контейнер весьма сложно, так что утечка материала исключалась.

Но, увы, даже самая надёжная система могла дать сбой. Что в этот раз и произошло, когда на борту челнока появился нелегальный пассажир.

Гром с двумя молодыми Охотниками загрузили на борт восьмую партию груза, когда плита шлюзовой камеры позади них внезапно закрылась. По лёгкой вибрации корпуса стало понятно, что летающий аппарат пришёл в движение. Кто-то самовольно включил двигатели, и их челнок отстыковался от главного корабля. Во-первых, они ещё не завершили погрузку всех контейнеров, а во-вторых, скоро предстоял переход в подпространство, что было далеко не подходящим временем для прогулок по космосу. Ведь их челнок не обладал личной точкой перемещения.

Гром недовольно рыкнул и жестом приостановил свой эскорт. Он перебрал на наручном устройстве серию кнопок, вызывая на связь рубку.

— Острый Клинок, что у вас там происходит? — рыкнул командир экипажа.

— Возникли неполадки в системе управления, — последовал приглушённый помехами ответ. — Проводим диагностику.

— Как закончите, доложишь ситуацию.

— Слушаюсь, командир.

Гром жестом приказал грузчикам двигаться дальше. Старший яутжа решил заглянуть в рубку и самому проверить, что там стряслось, но сначала нужно как следует закрепить груз. Не хватало ещё, чтобы по их челноку разбежались лицехваты. От этой мысли Гром недовольно фыркнул.

Острый клинок посмотрел на напарника, который по пояс влез под приборную панель, пытаясь разобраться в неожиданной поломке.

— Мутный, ну что там?

— Здесь всё в норме, наверное, внешний координационный блок повреждён, — ответил воин.

— Каким курсом мы идём?

— Назад на умановскую планету. Система воспроизводит прежний навигационный трек.

— Хф-ф, хорошо хоть не на газовый гигант, — фыркнул Клинок, поворошив на затылке гибкие жгутики рецепторов. — Ладно, заканчивай здесь, пошли проверим этот к'житов блок, что там могло выйти из строя.

— Сейчас, на место только всё поставлю.

Пока его напарник возился с пультом, Острый Клинок внимательно просмотрел по голографической карте маршрут автопилота. Как и ожидалось, трек воспроизводился по предыдущей траектории, и вскоре они вновь приземлятся среди промозглой стужи ледяного материка. Проклятая планета их явно не желала отпускать.

Вдруг до слуха Острого Клинка донёсся отдалённый болезненный рык и странный грохот. Он резко обернулся к коридору.

— Там что-то произошло. Будь здесь, я пойду гляну, — щёлкнул он напарнику, и его бронированные сандалии с грохотом потарабанили по металлическим мосткам коридора.

Мутный в ответ что-то невнятно буркнул, продолжая возится с системами корабля.

Клан космических Охотников возвращался со своих угодий в Солнечной системе, где проходил Обряд инициации молодых воинов. Этих суровых инопланетян знал весь обитаемый космос. Одни считали их страшными монстрами, другие – воспринимали едва ли не как божеств, третьи – уважали и даже налаживали с ними дипломатические и экономические контакты. Нередко обращались к ним и за военной помощью.

Их было несколько рас, объединённых под общим названием Хиш-Ку-Тен. Но лучше всего обитаемые миры знали яутжа, то есть космических Охотников. Они относились к одной из древних развитых цивилизаций. Никто не знал их точной истории и как им удалось одновременно совместить в своём развитии первобытную дикость с высокими технологиями. Они бороздили космос ради многочисленных охот, коллекционировали черепа самых опасных тварей и представляли из себя непревзойдённых воинов. Яутжа обладали последними новинками в науке, а их учёные были лучшими среди развитых рас. Их считали безжалостными убийцами, но в то же время они чтили Кодекс Чести. Их боялись, ненавидели, уважали и даже восхищались. Но никто не оставался равнодушным. Хотя, это сложно было сделать по отношению к атлетически сложенным высоким рептилоидам с выразительной мелкочешуйчатой пятнистой шкурой и страшными жвалистыми лицами. Из их глоток одновременно вырывался как громкий рёв зверя, так и нежное мурлыканье или переливчатое стрекотание. Общую картину необычного колорита добавляли характерные доспехи и специфическое вооружение от острых копий до лазерных пушек.

У яутжа существовал собственный необычный устрой общества, и они почитали древние традиции. Одна из них заключалась в своеобразном ритуале Обряда посвящения, который должен пройти каждый воин, чтобы получить статус Окроплённого и официально стать взрослым представителем расы.

Именно после такого экзамена корабль клана «Стремительный удар» возвращался с Земли. Результаты минувшего на тамошних локациях Обряда инициации в этот раз нельзя было назвать ни плохими, ни хорошими. Клан пополнился новыми Окроплёнными, но потерял значительное количество юнцов, которые не смогли выжить в этом суровом испытании. Многие из них всё же перешли посмертно в ранг молодых воинов, успев убить Священную дичь. А некоторые так и сгинули в преддверии избранного пути, не переступив заветный порог. Тела достойных теперь перевозились на родину, а те, кто не смог – останутся только в памяти своих матерей.

Но кое-кто до сих пор пребывал на грани выбора: остаться целую вечность на нижней ступени славы, лишь успев одолеть порог достойных, или же выжить и продолжить трудное восхождение по пути великого воина. В числе таких оказался смертельно раненый во время боя с Маткой Жёсткотелых (ксеноморфов) младший сын Старейшины Древнего…

***

Главный медик кланового корабля «Стремительный удар» нервно прохаживался по своей каюте. Он носил ёмкое имя Скальпель за умение орудовать небезызвестным мединструментом. Час назад его буквально вытурили из медотсека вместе со всем персоналом. Ведь там планировалась секретная операция под названием «спасти обречённого» в исполнении загадочной личности по имени Пилигрим. Лидер клана собственноручно ассистировал этому странному бродячему лекарю.

Конечно, Старейшину Древнего можно было понять, ведь на операционном столе оказался его умирающий сын. Напрасно Скальпель убеждал лидера, что тому уже ничем не поможешь, после таких ран не выживают. Ещё хорошо, что малец успел убить Священную дичь, и теперь имел полное право присоединиться к доблестным воинам в чертогах бога Кетану – покровителя всех воинов-яутжа. Но нет, упрямый Старейшина не желал смириться с потерей младшего сына и вызвал Пилигрим. Как будто этот странный лекарь умел творить чудеса.