- Если бы не ваша Галина Петровна, - прищурился опер, улыбнувшись, - ты не лежала бы тут в целости и сохранности.

- Да? А она-то тут каким боком? – удивилась Анька и услышала не менее интересную историю, чем ее похищение Фолетто.

Оказывается, Галина Петровна вчера весь вечер ждала Аньку, которая обещала заглянуть к ней на чай с плюшками, но так и не появилась. По этой причине, а скорее всего по ряду многих причин, бабулька-детектив почти все послеобеденное время проторчала на своей лоджии пятого этажа, выходящей во двор.

- Вернее не совсем так, - остановился Саша-опер, пытаясь сложить сбивчивый рассказ Галины Петровны в стройную историю. – Точнее, вот так…

После обеда «совершенно случайно» старушка увидела, что к четвертому подъезду подъехала и остановилась знакомая машина. Номер которой, как и всех остальных авто, которые хоть раз побывали во дворе их дома, был записан у Галины Петровны в специальном блокнотике. Бабулька поняла, что приехали Анины друзья. Но на всякий случай решила сверить номер машины с записанным и не успела крикнуть Ане, выскочившей очень быстро, чтобы та к ней зашла.

Увидев, что соседка уехала, Галина Петровна собралась дождаться, когда та вернется, и сразу же зазвать к себе. Очень ей хотелось поделиться мыслями об убитом парне и разузнать, что говорит полиция. А чтобы Аня не смогла отказаться от ее приглашения, решила, что самым лучшим будет Аню встретить, когда та вернется домой. Вот поэтому и проторчала столько времени на своей лоджии.

Стараясь не скучать и не маяться от безделья, Галина Петровна развлекалась, как могла. Сначала немного убралась, почистив цветы герани от сухих листьев, а потом разглядывала в бинокль соседских мальчишек, о чем-то спорящих, но так и не подравшихся. Созвонилась с Ольгой Павловной, которая показалась на своем наблюдательном пункте, обсудив с ней заходящих и выходящих соседей. И конечно самым интересным было возвращение Ани.

Потому что Галина Петровна задолго до этого заприметила незнакомого мужчину, весьма симпатичного (она в бинокль разглядела), который слонялся во дворе без дела и все время кому-то названивал. А потом ринулся вслед за снохой Ольги Павловны в их подъезд. Само собой Галина Петровна не могла упустить возможность узнать, к кому красавчик рвался, и выглянула из двери квартиры.

Прислушиваясь к гулким шагам незнакомца, приближавшихся к пятому этажу, даже испугалась, что тот может застукать любопытную старушку за подсматриванием. Поэтому убрала голову из двери, оставив маленькую щелку. Все-таки любопытство вместе со страстным желанием все знать у местного детектива было в крови.

- И представляешь, красавчик остановился у твоей квартиры, - ухмыльнулся Саша-опер.

- Ну и что, мало ли кого носит, - Анька хотела по своей старой привычке отмазаться, что, мол, знать не знает, кто это такой. Но тут же прикинула, что скрывать что-либо нет смысла, поэтому сказала. – Фолетто старший. Он мне названивал еще перед тем, как собрался в Йошку прилететь. И потом звонил, а мы с Добровыми на котловане купались.

- Да? Тебе? – удивленно приподнял брови Саша. – Оперативно. Интересно, откуда он твой номер телефона раздобыл. Х-мм, - задумался. – Весьма интересно…

- Сказал, что у него много знакомых в верхах. И поэтому найти нужную информацию для него не проблема, - ответила Анька, вспомнив, как инкуб пытался ее припугнуть.

- Возможно, - все еще раздумывая, пробормотал опер. Помолчал немного, почесывая затылок. – Найти инфу действительно не проблема. А вот как он на тебя вышел? Вот в чем вопрос.

- В каком смысле вышел? – переспросила его Анька.

- В таком, что связи между тобой и смертью его брата не существует. Ты в полицейских сводках нигде не фигурируешь. Я Нине Ефимовне еще не говорил, что убитый тебя провожал, - Саша пристально посмотрел на Аньку, которая судорожно сглотнула слюну. Во рту у нее снова пересохло. – Может, чайку поставим? – спросил, вставая с дивана.

- Ага, давай. Пить хочу, - кивнула Анька, наблюдая, как опер после одобрения с ее стороны сразу же пошел на кухню.

Скинула с дивана на пол ноги. Не нащупав свои мохнатые тапочки, огляделась вокруг. Ну конечно, они стояли в прихожей, поэтому пришлось шлепать до них босиком, предварительно стянув носки. Заодно глянула на себя в зеркало, отметив темные круги под глазами и красные веки. Хорошо, что глаза не слезились. Запихнула носки в кроссовки, причесала взъерошенные волосы, все-таки у нее в доме мужчина, и пошла на кухню. Уселась на табурет и стала смотреть, как хлопочет на ее кухне Саша.

Тот уже успел поставить чайник на плиту и рылся в холодильнике. Повернувшись с тарелкой нарезки, улыбнулся Аньке:

- О-оо, вижу, начала оживать. Даже прическу навела. Сняла бы еше вот это рыбацкое недоразумение.

Показал подбородком на Анькин спортивный костюм и поставил тарелку на стол. Полез в хлебницу за хлебом.

- Почему недоразумение, - обиделась Анька. – Очень удобная вещь, между прочим. Комары не жрут.

- Ну, разве что комары, - улыбка не сходила у Саши с лица. – А так выглядишь в нем, как… - повернулся к Аньке и не стал договаривать, спросил. – Ты что будешь? Черный или батон? – вытащил из хлебницы, показывая, обе буханки.

- Вообще-то ничего не хочу, только пить, - ответила Анька. – А ты бери, что хочешь, - стала стаскивать с себя верхнюю часть костюма, оставшись в зеленой футболке и штанах. Показала Саше язык, скорчив смешную мордочку и вытаращив глаза. – И вовсе не потому, что тебе не нравится. Просто жарко в нем.

- Ну да, ну да, - засмеялся опер, положил на стол ржаной хлеб, достал нож и разделочную доску, стал нарезать куски.

- А откуда тогда старший Фолетто обо мне узнал? – решив не продолжать шуточную перебранку с опером, Анька задала вопрос, который вертелся у нее на языке.

- Сам не понимаю, поэтому надо узнать лично у Фолетто, - Саша выключил плиту под закипевшим чайником и, поставив кружки на стол, спросил. – А где у вас заварка?

- Сахар вон там, - Анька показала рукой на стоявшую у хлебницы пузатую сахарницу, белую с цветочками. – А заварку ты не найдешь, ее много и она разная. Я один сорт люблю, а мама другой. Причем не один, а несколько.

Встала и хотела сама залезть в шкафчик над мойкой, но ее остановил Саша. Крепко ухватив Аньку за плечи, ласково и в то же время настойчиво подтолкнул обратно к табурету. Как бы ненароком провел ладонью по левой руке, погладив кожу девушки, которая тут же вспыхнула от мужского прикосновения. Ощутив приятную теплоту, разливающуюся по всему телу, Анька смутилась и быстро опустила глаза в пол. Наверное, испугалась, что Саша заметит ее внезапное смущение. Почему? Она сама не понимала.

Усадив Аньку, открывшую было рот, чтобы возмутиться Сашиным самоуправством, опер успел спросить первым:

- И где это заветное место?

- В том шкафчике, - Анька перевела взгляд с пола на кухонный гарнитур, избегая смотреть парню в глаза.

После пошаговых указаний хозяйки Саша достал заварку и налил кипяток в кружки, бросив в них перед этим чайные пакетики и сахар. Уселся за стол и начал складывать бутерброды с колбасой. Один, самый первый, пододвинул к Аньке, сказав:

- Ешь. Набирайся сил. Нам еще в отдел ко мне ехать и с Ниной Ефимовной объясняться.

- Зачем ехать? Я не хочу, - Анька взяла бутерброд и отхлебнула чаю. Жалобно спросила. – Может, ты сам как-нибудь с ней поговоришь? Ты же все знаешь, - сделала мордочку просящего котенка.

- Не-не, не строй мне слезливые глазки, - усмехнулся Саша, а затем и вовсе рассмеялся. – В тебе умирает великая актриса. Но сейчас тебе это не поможет.

- Ничего она не умирает, - буркнула Анька, подумав «сам-то еще тот хитрец, ничего не утаить».

- Разве не хочешь узнать о Фолетто из первых рук? – Саша смачно жевал колбасу с хлебом, прихлебывая чаем и одновременно разговаривая. – Небось, у тебя к нему свои вопросы есть? И не интересно, зачем он сюда приехал и зачем тебя похитил?