За его спиной находился первый отряд. Я глазами искал своего обидчика, но не нашёл.

– Да. – хрипло ответил я. – Что произошло?

– Тебя убили. – также тихо продолжил Канарейка.

– Дважды. – засмеялся Рыжий.

Я с трудом переваривал информацию. Убили? Дважды? Это звучало абсурдно.

– Убили? – переспросил я, пытаясь осмыслить слова Канарейки. – Как это возможно?

– Ну, чисто технически, ты не умирал. – произнёс лысый мужик с позывным Люба. – Если бы ты реально умер, то это всё, финиш. А так, ты полностью восстановился. Зверь не даёт бессмертие, но регенерация у тебя запредельная.

Он знает. Откуда он знает? Я почувствовал, как холодок пробежал по моей спине. Я смотрел на него, пытаясь уловить что-то в его глазах, что подсказало бы мне, с кем я имею дело.

Он невесело хмыкнул.

– У меня тоже есть секреты.

– Где? – непонятно спросил я, отвлекаясь на другое.

Ребята смотрели на меня с недоумением.

– Где он? – прорычал я.

– Ушёл. – ответил Зима, поняв о ком я говорю. – Не из-за тебя. Нужно было так.

Я вздохнул. Зверь в моей голове кричал о мести, я был безразличен.

– Ну дак что? Вы согласны? – Канарейка потёр руки от нетерпения.

Все уставились на чмыря. Чмырь шумно выдохнул.

– Не знаю, посмотрим. Я ещё пост не получил. – фыркнул он. – А вы не боитесь, что я сдам всю вашу гоп-компанию? – нагло заявил он.

– В таком случае, я тебя в бетон закатаю. – легко ответил я.

Чмырь весь покраснел и надулся.

– Меня нельзя убить. – отчеканил он, и указал пальцем на Зиму. – Иначе он умрёт.

Скрежет зубов Зимы, наверняка слышал весь бункер.

– Да клал я на него. Сдохнет этот, нового найдём. А у тебя жизнь одна. – я рассматривал свои ботинки. – Не слишком ли безрассудно вот так глупо её лишиться? Как там тебя... Больной?

Парень был на грани, то ли истерики, то ли вспышки необоснованного насилия. С оружием он управляться умел, видел уже. Однако, он вовсе меня не пугал, а наоборот, разжигал азарт и веселье.

– Ты не знаешь, с кем имеешь дело. – произнёс он, сжимая кулаки, но в его голосе слышалась паника. – Я стану главой и тогда вы все...

Я взглянул на него с холодным спокойствием.

– Слушай. – начал я, поднимая руку, чтобы остановить его. – Сейчас не то время, чтобы выяснять у кого больше. В этом бункере уже достаточно врагов, не так ли?

– А нам нужен чёткий ответ, да или нет. – кивнул Канарейка. – Да, ты с нами.

– Нет, ты мёртв. – закончил я.

Парень явно был напуган и очень зол. Он исподлобья глядел на нас, своими маленькими глазками, и тряс кулачками.

Я повернулся к Зиме.

– Ты за?

Зима кивнул.

Значит и этот рано или поздно будет согласен. Отлично, хоть что-то прояснилось.

– Если вы хотите, чтобы я работал с вами, мне нужны гарантии, что то, что вы задумали, будет безопасно и конфиденциально.

Канарейка прыснул от смеха.

– Это революция умник, мы все в опасности.

– Я не совру, если скажу, что мы единственные, кто может остановить то, что надвигается. Если ты хочешь выжить, тебе придётся довериться нам.

– Что будем делать дальше? – наконец спросил Напалм, глядя на меня. – У меня в столице девушка, она беременна. Я не думаю, что она участвовала в этом всём, но насколько мне известно, она там не последний человек.

Я перевёл взгляд на Канарейку.

– Решим. У меня там знакомы есть, думаю всё обойдётся. – прямо глядя в глаза, соврал Кирилл.

Не было у него там знакомых.

Никто бы нам не помог.

– Нас не будет несколько месяцев. – произнёс Канарейка. – Нужно будет поездить, пособирать информацию. Да и по знакомым старым. В одиночку нам всё это не провернуть.

Я подумал о том, а к кому съездить мне. Я ведь тоже воевал, правда не многие сослуживцы выжили. А был ли я хорошим человеком? Не помню.

– А вы. – продолжил Кирилл. – Сидите тихо, как мыши, не вынюхивайте пока ничего.

– Есть, капитан. – отдал честь Хилый, больше для того, чтобы позлить Зиму.

У них какие-то свои тёрки. Но это и не удивительно. Зимин, этакая принцесса на горошине, и Хилый, идеальный козёл отпущения.

Ну и гадюшник тут у них.

Сухо попрощались с ребятами.

– И куда поедем?

– В нижний, осмотреться нужно будет, если что подтянем кого-нибудь.

Я хмыкнул.

Сейчас, всё то что мы делали, начинало набирать обороты.

И мне это не нравилось.

Рыжий

С того самого дня, как Канарейка с Князем, впутали нас в эту авантюру, прошло чуть больше трёх лет. И тот разговор, начал постепенно забываться. Будто и не было ничего.

Много, что изменилось за это время. Косолапый с Лешим ушли из бункера, так ни разу, и подав нам весточки. Напалм с Мямлей, окончательно отделились от нашего отряда. Они оба работают в бункере. Мямля теперь у нас не какой-то там связист, а целый коммуникационный специалист. Напалм, обучает молодое поколение, так как тренера Евгения Николаевича, с нами больше нет. Лёха даже пару раз ездил в Москву, повидать дочку. Девчушке дали имя Верочка. Хорошенькая она, он привёз пару фотографий и показывал нам их. Правда, что-то там у них случилось, и Лёша больше не ездит к ним. Хилый, теперь полноправный начальник бункера. Даже получил звание полковника вне очереди, сученыш. Любомир трудится в госпитале. Мы с Денисом, сопровождаем торговые караваны. Это тоже для нас в новинку. Политика бункера претерпела изменения. Теперь, мы не тащим людей к себе насильно. Теперь, мы как разумные люди, развиваем торговые отношения.

Почти все поселения находятся не дальше ста километров. Но тем не менее, иногда парни с других смен не возвращаются.

– Он не придёт. – прошептал Денис, глядя на ночное небо.

Мы устроили небольшой привал, потому как в этой бронированной махине, на которой мы ехали, что-то отъебнуло. Механик, а по совместительству и наш водитель Славик, громко матерясь, и периодически размахивая руками, ковырялся в капоте.

Я воровато оглянулся, торговцы и парни из бункера, такие же вояки, как и мы, сидели в метрах трёх от нас, разведя небольшой костёр.

Конец сентября, но погода всё равно стояла прохладная, хорошо хоть дождя не было. Но это пока что.

– Не придёт. – кивнул я. – Слишком много времени прошло, он не вернётся. Может умер, а может наврал.

– Наврал. – эхом повторил Денис.

– Может, это и к лучшему. – я понизил голос до шёпота. – Знаешь, восстание это, ни к чему бы хорошему не привело.

Он перевёл взгляд равнодушных глаз на меня.

– Думаешь, ни чего бы не вышло?

Я коротко кивнул. Я не думал, я был уверен в том, что московские бы нас раскатали.

– Хилого недавно видел. – отстранённо произнёс Денис. – Даже не поздоровался, сука. А раньше боялся.

Я удивлённо поднял брови. Хилый, как только полковником стал, забился в свою нору. Ни с кем из нас не общается, ни в столовую, ни в оружейную, даже носа не показывает.

– Ты не ошибся тогда, есть в нём что-то особенное. – улыбнулся я, надеясь раззадорить его.

Он никак не отреагировал на мои слова.

– Нет. – ответил он спустя время. – Больше нет. А тогда, во всех нас это было.

– Раньше мы выжить хотели. А сейчас... – я задумался. – Да мне если честно всё равно уже.

Денис поморщился, а я продолжил.

– Раньше романтика, что ли была, приключения, задания, драма, схватки, а сейчас всё пустое.

Я замолчал, разглядывая тлеющие угольки, далекого костра. В голове всплывали обрывки воспоминаний. Пьяная мать, детдом, первые мертвецы, животный ужас, Степан Чужой, и мы, ещё совсем зелёные.

– Может, нужно было уйти? – тихо спросил Денис, нарушив тишину.

– Куда? – усмехнулся я. – Здесь хоть крыша над головой есть, еда, оружие. Всё, как ты и говорил. А там… Там просто смерть.

– Просто смерть… – он повторил мои слова, пробуя их на вкус. – Но свободная.