Я ничего не ответил. Свобода была роскошью, которую мы давно себе не могли позволить. Ну а кто мы? Мы, какие-никакие, но солдаты. Один из парней, ещё там в бункеры мне сказал. Мы лишь винтики в огромной машине, призванной защищать остатки человечества. И эти слова поразили меня, такое точное описание нашей жизни. Да он философ, бля. Дак вот, какая разница, чего мы хотим? Наши желания ничего не значат.

– Свободный, значит мёртвый. – невесело хмыкнул я.

– Ты не понимаешь. – произнёс он, и его глаза вспыхнули. – Мы могли бы быть чем-то большим. Мы могли бы изменить эту систему, взять власть в свои руки. Они ведь говорили, что мы можем. Что помогут.

Я вздохнул, к сожалению я понимал его. Денис всегда стремился к лидерству, к власти, к тому, чтобы не быть исполнителем, а тем, кто принимает решения. И говорит он всё это не из злости, а из-за глубокого разочарования. Теперь, когда он увидел, что Хилый, этот сморчок, занял место, которое когда-то пообещали ему, его обида только росла.

– Ты думаешь, что сможешь просто так взять и поменять всё? – спросил я, стараясь утихомирить его. – Ты ведь знаешь, как это работает. Они не позволят нам. Ни с помощью Канарейки, ни с чьей либо помощью.

– Не позволят? – он вскинул светлую голову, его глаза сверкали от гнева. – Да мы сами можем взять её. Мы можем собрать людей, создать своё движение. Он ведь так говорил. Ты помнишь? Говорил ведь. – закончил он как-то скомкано.

– Слушай, Денис. – начал я осторожно. – Я понимаю, что ты зол. Но восстание? Это не решение. Мы потеряем всё, что у нас есть. – произнёс я почти одними губами.

– Потеряем? – он рассмеялся, но в его смехе не было радости. – У нас уже ничего нет. Мы как собаки на цепи, а Хилый и эти твари в кителях и халатах, наши хозяева.

Я цокнул, и чуть повернул голову в сторону костра, намекая на торговцев и ребят.

Он непонимающе уставился на меня.

– Ты хочешь, чтобы и они услышали?

– Ты не знаешь чего я хочу. Мое нестерпимое желание. – Денис облизнул пересохшие губы. – Оно разрывает моё сознание, мою душу. Я готов пойти на все ради этого. Ты знаешь, сколько я людей положил? Скольких я измучил и сломал? Ты реально не понимаешь, чего я хочу?

Сейчас Денис откровенно пугал меня. Безумные глаза, смотрели прямо на меня. Он тряс побелевшими кулаками, и орал во всю Ивановскую.

– Тише, прошу, я понял. – терпеливо пытался успокоить его я.

– Нет! Ты врун ебучий! Никому не...

Я принял единственное верное решение. Хлёсткий удар в лицо. Денис, лёжа на земле, ошарашенно смотрит на меня.

Я огляделся, пытаясь собраться с мыслями. Торговцы, также испуганно таращились на нас. Двое парней поглаживали свои автоматы. И даже механик, отвлёкся от своей работы, и обернулся на нас.

– Всё нормально ребят, перегрелся чутка наш капитан.

Холодный ветер пронизывал до костей, они продолжали смотреть на нас.

– Мы это, отойдём. – улыбнулся я.

Взял Дениса за шкирку, и оттащив чуть глубже в лес, собрав кажется все мелкие камушки, и листья.

– Ты совсем пизданулся? – прошипел я ему прямо с лицо.

– Ты думаешь, что сможешь остановить меня? – прорычал в ответ он, поднимаясь на локтях. – Ты лишь отвлекаешь меня от главного. Я не отступлю, пока не достигну своей цели.

Он казалось совсем не слышал меня.

– Какая цель, Зимин? Всё. Не получишь ты нихрена, понял?! – я сунул ему под нос кукиш.

– Ты с ними за одно, да Серёжа?

– Ты больной. – зло процедил я. – С кем я за одно, идиотина?

– С ними! – заорал Денис, вскакивая на ноги, и тыча пальцем в небо. – С теми, кто забрал мою власть! Кто украл мой смысл!

Я схватил его за плечи и тряхнул изо всех сил.

– Зимин, очнись! Нет никаких них! Есть мы, есть работа, есть выживание. Какой нахуй смысл?

Денис перестал сопротивляться, но взгляд его оставался безумным и пустым. Он словно смотрел сквозь меня, видя что-то, чего не видел я.

– Ты не понимаешь, Серёжа. – прошептал он. – Ты никогда не понимал.

Он вырвался из моей хватки, и опустившись на землю, заплакал. Что-то сломалось в нем. Что-то очень важное и бесценное. Теперь я понимал, что он уже очень давно был не в себе. Просто я не хотел этого замечать.

Я прислонился спиной к дереву и закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Но в голове продолжали крутиться слова Дениса. Ты не понимаешь. Ты никогда не понимал.

Я открыл глаза и посмотрел на лес, что нас окружал. Осенняя листва только начинала опадать, но на земле уже был приличный ковёр. Там было темно и тихо.

Я знал, что должен что-то сделать. Но чем я мог ему помочь? Что я мог противопоставить его безумию и отчаянию? В голове всё те же вопросы, что же делать? Как же быть?

Я протянул ему руку и улыбнулся.

– Пошли, Дэн, мы всё ещё нужны им.

– Я не хочу. – ответил он, утирая слёзы рукавом.

– Да я тоже не в восторге. – усмехнулся я. – Но мы должны. Ты же знаешь, что без нас они не справятся.

Денис поднял голову и посмотрел на меня с недоверием, но в его заплаканных глазах уже не было той ярости, которая пылала раньше.

– И что ты предлагаешь? – спросил он, в его голосе была лишь усталость.

– Просто вернуться. Сделать то, что мы умеем. Мы можем помочь, даже если это не то, что мы хотим.

Он, задумавшись, кивнул.

– Ты прав. Мы не можем просто уйти. Пропадут ведь.

Он ухватился за мою ладонь, и поднялся на ноги. Отряхнулся и привычно фыркнул.

– Нихуя ты мне двинул.

– Дак если ты истеричка.

– Ой, иди в пизду. – беззлобно ответил он.

Когда мы вернулись к торговцам, я присел рядом с костром, Денис же пошёл сразу к механику.

– Ну что там?

– Не, ну а чё вы хотели? – тут же снова забубнил Славик. – Ремень генератора порвался.

– И что? Без этого не поедет? – вклинился в разговор вояка с громким позывным Затычка.

Слава пожал плечами.

– Если повезёт, то до поселения дай бог доедем, тут недалеко ехать осталось, километров тридцать не больше. Но если там у них не будет запасного, то я хуй знает, как возвращаться будем.

– Понятно. – кивнул Зимин. – Заводись.

– Собираемся, парни. – бросил я.

Собирать нам особо было нечего. Пару рюкзаков, что валялись у костра, да остатки тушёнки.

Живо загрузились в эту консервную банку и тихо, но ровно поехали.

Когда мы наконец подъехали к поселению, что носило громкое название Гордеевский, я заметил, что на въезде, у массивных ворот стоит охрана.

– Кто едет? – спросил один из постовых.

Денис, высунувшись из кабины, протянул ему письмо с печатью. Часовой вскрыл конверт, быстро пробежался по строчкам, изучающе посмотрел на нас, и на мгновение показалось, что он собирается что-то сказать. Но потом, он просто кивнул, вернул пропускное письмо Денису и отступил в сторону.

Второй часовой тут же подал знак на вышку, и ворота стали медленно открываться перед нами.

Наша машина медленно покатилась вперёд.

Мы с Денисом, были тут впервые, потому я сначала даже не поверил своим глазам.

Внутри поселения было гораздо более оживленно, чем я ожидал. Люди суетились, кто-то торгует, кто-то громко обсуждает последние новости, а тепло одетые дети, играют прямо на улице. Это место, несмотря на свои суровые условия, словно дышало жизнью. Я буквально прилип к смотровому окну, пытаясь уловить атмосферу, которая царила здесь.

– Смотри, как у них всё организовано. – заметил вояка с позывным Шпала, указывая на небольшую группу людей, которые разгружали товары из другого грузовика. – Неплохо, да?

– Ага, и не бояться ни кого. – кивнул я, всё ещё поражаясь тому, как у них тут всё безмятежно и спокойно.

– Без нас справитесь? – спросил Денис. – Мы тут впервые, осмотреться хочется.

– Там на углу бордель есть. – подмигнул Затычка. – Наташу не берите, стоит дёшево, но там бонус в виде сифилиса.

– Разберёмся. – буркнул я.

– А ещё обязательно сходите на крысиные бега. – поддакнул Славик.