Хотелось бы мне знать, что тут вообще произошло? Тепловизор работает отлично, поэтому поднимающийся от машины теплый воздух был хорошо различим, да и сам корпус выделялся ярким пятном на фоне более холодных зданий. Пожар? Очень может быть. Вот только откуда тут столько мертвецов? Слишком их много для одной машины.

Я перевёл прицел чуть дальше и увидел ещё одну сгоревшую машину. Судя по сплющенному корпусу, ей не повезло столкнуться с Красным. Кстати, о Красном. Пока я проверял улицу на предмет возможных угроз, антропоморфная фигура продолжала двигаться в мою сторону. Можно, конечно, дождаться монстра и попросту пристрелить, но тратить боеприпасы категорически не хотелось. Да и лишний шум привлечёт ненужное внимание. Раз здесь полегло столько народу, приехавшего на этих двух машинах, вокруг обязательно скрывается куча тварей. Иначе ведь просто не может быть.

А может, я ошибаюсь, и обе машины – результат обычной перестрелки?.. Не поделили добычу или ещё что-нибудь. Нет, не складывается у меня картинка. Что-то тут не так. Твари бы попросту сожрали мертвецов, а они кружатся вокруг этого места, словно их сюда приманили.

– А ну-ка…

Я поднял винтовку повыше и медленно повёл стволом. Проверив верхние этажи ближайшего здания, я перенёс внимание на многоэтажку в конце улицы. Оппа, кажется, есть. Я включил зум и, наконец, заметил невысокий силуэт Жёлтого. Если бы не тепловизионный прицел, я бы вряд ли его заметил. Тварь засела на одном из балконов и явно, по своему обыкновению, пряталась. Похоже на засаду. Я выключил фару и выехал из-за поворота. Твари никак не отреагировали. Слишком заняты кровавым пиршеством.

Внимательно, нельзя быть самонадеянным, настраивал я себя. Включив первую, я медленно поехал к убежищу. Подъехав к двери, я выругался. Ворота распахнуты. Похоже, плакала добыча из моей нычки.

Я не стал глушить движок. Мало ли что меня ожидает внутри. Пригнувшись, я снял дробовик с предохранителя и вошёл в помещение. После взрыва здесь явно кто-то побывал. Я точно помню, что закрывал дверь, а сейчас ворота в гараж были открыты настежь. На бетонном полу следы крови и видны отпечатки грязных ботинок.

Я занёс ногу, чтобы сделать шаг, но моё обострившееся чутьё буквально взбунтовалось. Замерев в неустойчивой позе, я вернул ногу обратно, затем включил фонарик и присел на корточки. Тонкая, едва заметная проволока. Растяжка. Можно, конечно, попытаться её обезвредить, но лучше не рисковать. Вытащив из рюкзака моток тонкой лески, я вышел на улицу и отогнал байк на безопасное расстояние.

Похоже, моя уловка не сработала, и Айболит в курсе, что я всё ещё жив. Иначе откуда растяжка? С этой проблемой нужно разобраться, решил я и закрепил край лески на байке, а затем скользящими шагами двинулся обратно ко входу в гараж.

Хлюпающий звук за спиной. Разворот. Выстрел. Разряд картечи отбросил пытавшегося подкрасться Прозрачного. Наплевав на предосторожность, я рванул вперёд и добил раненую тварь ещё одним выстрелом.

Бум! Рванувшая растяжка стала для меня полной неожиданностью. Многострадальный гараж жалобно загудел, а я завел байк и, не дожидаясь, пока рассеется дым, рванул внутрь помещения. Захлопнув дверь, я задвинул массивный засов. Хух, теперь у меня есть пара секунд передышки.

Верстак всё ещё был здесь. Так и лежит на боку после взрыва. Именно эта массивная конструкция и приняла на себя почти всю силу взрыва в первый раз, а сейчас его поверхность щедро исполосовали осколки. Я попытался сдвинуть верстак на место, но не преуспел. А чёрт с ним.

Хуже всего то, что Прозрачные стали охотиться в паре. Раньше я о таком не слышал. Это ведь редкие одиночные твари, и они никогда не сбиваются в кучу. Да я за всё время не встречал их столько, сколько за последнюю неделю. Если бы не растяжка, оставленная по мою душу, я бы нос к носу столкнулся со второй тварью. Та ведь явно спешила скрыться в гараже, чтобы атаковать меня в самый неподходящий момент.

Склонившись над входом в подвал, я радостно оскалился. Похоже, растяжка – всё-таки случайность. Внизу в яме лежал обезображенный труп. Знакомый тёмный камуфляж и типовое снаряжение. Похоже, это один из тех наёмников, которые гоняли меня на границе с пустошью. Хотя нет, я же упокоил всю пятёрку. Тогда кто он? И какого хрена валяется у входа в мой персональный бункер? Я уже собирался было спуститься вниз, когда окровавленный труп резко дёрнулся и шумно застонал.

Я закинул дробовик на плечо и вытащил пистолет. Осторожно спустился вниз и обшарил раненого. Пистолет «Грач» с двумя магазинами, нож. Всё типовое. Как-то маловато для серьёзного боя. Желая проверить свою догадку, я обыскал ботинки наёмника, и тут меня ожидал неприятный сюрприз. Маленький компактный револьвер Ruger LCR под патрон 22LR. Я разрядил оружие и после недолгого колебания вернул его в кобуру, закреплённую на щиколотке раненого. Похоже, я обнаружил оружие последнего шанса.

Связав руки наёмника его же поясным ремнём, я открыл дверь в бункер. Видимо, сил у раненого хватило лишь на то, чтобы поставить растяжку и доползти до входа. Гуманистом я никогда себя не считал, сейчас главным было раздобыть информацию. У меня накопилось слишком много вопросов.

Для начала нужно понять, какие цели преследуют наёмники. Ухватив раненого за разгрузку, я затащил его внутрь убежища. Вернулся наверх, забрал рюкзаки и оставшееся оружие. Раненый по-прежнему был без сознания, и, похоже, единственным шансом его вытащить был микс. На ногах видны рваные раны, похоже, бойцу пришлось схлестнуться с тварями. Удивительно, что он сумел от места боя проползти такое расстояние. Наверняка растяжку на входе он устанавливал не для меня, а для защиты от тварей.

Странно, почему на этот случай у него нет с собой микса? Ведь жизнь стоит куда больше, чем жалкая кучка камней. Надо отдать должное: не будь этой ловушки, Прозрачный непременно меня убил бы.

Разложив оружие на столе, я кое-как усадил наёмника в углу и закрыл дверь.

– Ну, давай, приходи в себя, – похлопал я раненого по щекам.

Никакой реакции.

– Вот же засранец, придётся тратить на тебя микс, – буркнул я.

Вытащив портсигар, я достал трубочку с миксом и поднёс к носу раненого. Мгновенье ничего не происходило, а затем тело наёмника выгнуло дугой. Его затрясло крупной дрожью, он закашлял и выплюнул на пол сгусток крови. Черты лица у мужика резко заострились, словно он сбросил десяток килограммов, под глазами пленника проступили тени.

– Не дёргайся, – рыкнул я, когда заметил, что наёмник потянулся к пустой кобуре.

Пленник бросил на меня взгляд, полный злости. Прислонившись к стене, он произнёс:

– Ты Штуцер?

– Он самый, – подтвердил я. – А ты кто такой?

– Меня зовут Угрюмый.

– Ну, раз мы с тобой познакомились, то вот моё предложение. Ты быстро и честно отвечаешь на интересующие меня вопросы, а я верну тебе оружие и отпущу.

Пленник рассмеялся.

– Штуцер, думаешь, что после того, как я узнал про это место, я стану молчать? Нашу группу ищут и рано или поздно найдут. Можешь меня убить, но я ничего тебе не скажу.

– Как знаешь, – сказал я и выстрелил пленному в ногу.

– А-а-а! – Угрюмый зарычал, а затем едва не отключился от боли.

– Слушай сюда, дерьмо угрюмое, – произнёс я, похлопав его по лицу, – меня интересует, кто вы такие?

– Мы – дети Мешка, придурок, – простонал раненый.

– Кто вы такие? – повторил я свой вопрос, но раненый упрямо твердил одно и то же.

Мне сказанное ни о чём не говорило, поэтому я продолжил допрос:

– Зачем вам похищенный ребёнок?

Пленник заупрямился и явно пошёл в отказ, не желая отвечать. Я приставил пистолет к ране на его ноге и надавил. Угрюмый застонал.

– Отвечай, говнюк! Вы ищете ребенка? Я прав? Отвечай!

– Да, он нужен американцу, зачем – не знаю, – прорычал Угрюмый, всё ещё пытаясь зажать рану на ноге.

– Американцу? Он жив?

– Живее всех живых, – оскалился наёмник. – И у него к тебе большой счёт, Штуцер. Он тебя найдет…