— Жвала обломает! — фыркнула Тейлор, невольно поёжившись от воспоминаний о пронизывающем взгляде янтарно-голубых глаз Хищника.

— Ведь мы уже отдали сердечко Саламандеру, — проурчал Веном.

— Ты о чём? — возмутилась женщина.

— Ну я же видел, как ты млела в его объятиях.

— Тебе показалось! — обрубила Тейлор, невольно ощутив, что краснеет. — И вообще, отправляйся обратно к своему хозяину.

— Он не хозяин, а компаньон.

— Без разницы! Иди давай!

— Подбрось до пункта назначения.

— Сам дошлёпаешь. — Тейлор всё больше начинала чувствовать раздражение и упадок сил.

— Вредина, — булькнул симбионт.

Он вытек из тела женщины бесформенной чёрной массой и, точно большая угловатая клякса, заструился к двери. Тейлор устало вздохнула, проводив его взглядом.

Два дня Эвелин фактически не видела Саламандера. Он изредка (обычно с утра) заходил в медлаб, где работала учёная, молча проверял результаты и тут же покидал корабль, весь день пропадая где-то на базе. Хоть Тейлор никто не запрещал покидать борт челнока, но женщина не отваживалась спускаться с трапа. Она лишь иногда наблюдала через центральный смотровой экран за протекавшей в ангаре жизнью Хищников: одни корабли покидали базу, а другие наоборот возвращались с многочисленных заданий. Их экипаж выглядел заметно потрёпанным и часто со следами свежих ран. Впрочем, регенеративные препараты быстро помогали справляться с повреждениями, и уже через пару часов одни и те же яутжа (Иви даже научилась их различать) выглядели «как новенькие». С собой ликвидаторы привозили добытые трофеи особо ценных особей и даже живые экземпляры оных. Чаще это были уже знакомые Тейлор ксеноморфы (жёсткотелые), а порой попадались и вовсе незнакомые представители инопланетной фауны.

Наконец утром третьего дня за доктором Тейлор пришёл Саламандер, велев ей следовать за ним. Чёрношкурый яутжа провёл учёную на третью палубу, затем они миновали длинный коридор, освещённый мерцающими настенными барельефами, и остановились перед матовыми стеклянными дверями. Саламандра приложил ладонь к распознавательной панели. Огромные створки с лёгким шипением разошлись в стороны.

У Иви захватило дух от открывшейся её глазам картины. Перед ней находился просторный зал инопланетной лаборатории, оснащённой всевозможными приборами. Кругом в прозрачных колбах бурлили реактивы, мерцали различные голограммы и быстрыми строчками высвечивались красные иероглифы. По полу медленно струился лёгкий туман, придавая лаборатории особый магический колорит. Тейлор сквозь визоры маски жадно хватала взглядом все детали, с привычкой учёного пытаясь вникнуть в происходящее. Её внимание отвлекла появившаяся из-за стеллажа светлая фигура в белом комбинезоне. Эвелин с интересом посмотрела на нового Хищника. Она поняла, что перед ней находился представитель касты учёных. Вероятно, именно о нём упоминал тот зелёношкурый начальник Малахит.

Незнакомец подошёл ближе к женщине и вежливо чуть склонил голову в уважительном приветствии, от чего на его рецепторах‐дредах мелодично зазвенели серебряные колечки.

— Моё имя Квант. Младший сотрудник Научмедцентра Яутжа-Прайм. — Урчащий голос яутжа удивлял необычной мягкостью. И на земном новый Хищник говорил так же чисто, как и Саламандра с Малахитом.

— Доктор Эвелин Тейлор, — в ответ представилась учёная, сняв свою маску.

Яутжа снова слегка кивнул прямо посмотрев на женщину.

У незнакомца не наблюдалось привычной для Хищников свирепости на жвалистой физиономии, но её недостаток целиком компенсировался цепким магнетическим взглядом чуть мерцающих золотистых глаз… ан нет, голубых. Или зелёных?.. А может жемчужных? Действительно их цвет невозможно было определить. В них то появлялись янтарные оттенки, то проблескивал насыщенный аметист. Такое Тейлор видела впервые. Но главным был не сам цвет глаз, а их невероятное магнетическое воздействие.

Малахит сказал, что их учёный телепат. Что ж, в это можно было поверить.

Тейлор невольно поёжилась от мысли, что её могут видеть насквозь или вообще способны загипнотизировать.

Светлошкурый Хищник улыбнулся. Нет. Реально улыбнулся, изогнув жвала в виде вполне приветливой улыбки. Тейлор она напомнила добродушную ухмылку чеширского кота. Мимика у странного яутжа тоже отличалась от себе подобных. Даже Саламандер не мог состроить столь умилённой физиономии. При этом Квант не выглядел комично. А вот располагающе да.

Может, этот научник гибрид? Или у Хищников все учёные так выглядят? Отличаются же берсеркеры (суперхищники) от своих классических собратьев. Возможно и здесь та же история.

Каково же было удивление Тейлор, когда Саламандер сказал, что Квант его двоюродный брат.

Учёная снова перевела взгляд на Кванта.

— Вы братья? — удивилась она.

— Двоюродные по-вашему, — пояснил Квант. — Моя мать и отец Саламандры имеют общего родителя.

— А Малахит значит…

— Мой родной брат.

— Но выросли мы все одной семьёй в клане «Стремительный удар», — добавил Саламандра.

— Не все, ‐ поправил Квант.

— Ну да, кое-кто у нас взращён в Научном Центре Яутжа-Прайм, — согласился Саламандра.

— При этом, как и вы, я прошёл Обряд посвящения.

— Сложно быть сыном Главного Ликвидатора и не уметь сражаться с жёсткотелыми, — насмешливо щёлкнул Саламандра.

— Действительно, — согласился Квант, вспомнив, как его лично тренировал Легендарный. Из-за того что они оба содержали в себе фрагменты Предшественников, а так же элементы генетической памяти Предалиена, тактика обучения заметно отличалась от общепринятой, что добавляло новые преимущества…

В помещение вошёл старший братец, придав атмосфере ещё больший семейный оттенок.

— Как вижу, вы уже познакомились, — констатировал Малахит.

— Да, мы объясняли Эвелин некоторые семейные связи, братец, — ответил Квант.

— Разве это столь необходимо для вашего научного сотрудничества? — чуть скривившись в недовольной гримасе спросил Малахит.

— Возможно, — спокойно ответил учёный, бросив короткой взгляд на Саламандру.

Чёрношкурый ничего не ответил, а его жвала плотнее приникли к пасти.

— Что ж, вернёмся к работе, — сменил тему Малахит. — Только что с Земли прилетели наши разведчики. Они обнаружили ксенофагов. Четыре особи. Держатся вместе в пустынном районе, недалеко от того места, координаты которого ты указал, — Малахит посмотрел на Саламандру.

— Они утратили связь с Наллом и теперь в явной растерянности, — предположил выглянувший из-за плеча Саламандера Веном.

Малахит согласно щёлкнул, тогда как Квант внимательно посмотрел на чужеродного компаньона своего двоюродного брата. Было ясно, что он впервые видел симбионта в реальности, но отнёсся к нему вполне спокойно. Его изучить он ещё успеет. Сначала нужно было разобраться с более насущными проблемами.

— Необходимо устранить незваных гостей, пока к ним не подобрались хитрые уманы, — выразил своё мнение Саламандра.

— Ксенофагов так просто не захватишь, — возразил Веном. — А привлечь их может только Кодекс.

Малахит посмотрел на Кванта и Тейлор.

— У вас есть три дня, чтобы создать ингибитор регенерации. И ещё: старшие бессмертные в курсе ситуации. Теперь она под контролем Главного Ликвидатора.

— Ты всё рассказал? — насторожился Саламандра.

— А разве от бати можно что-то утаить? — в ответ буркнул Малахит. Он явно тоже был недоволен. — По крайней мере нас от задания не отстранили и дали полную свободу действий. Но трофеи в частную коллекцию брать запрещено. Полная утилизация материала.

— Свой я раздобыл до поступления приказа, — возразил Саламандра, явно не желая расставаться с черепом ксенофага.

— Твоё дело. Но отчёт для Главного будешь сам составлять. Нам же приказано только по возможности собрать материал в криопробирки для Научмедцентра.

— Я этим займусь, — щёлкнул Квант.

Малахит кивнул.