Смотрит девушка с пристани вслед кораблю.

И плечами поводит, озябнув от ветра.

Я люблю это время, безнадежно люблю!..

Москва.

Двести пятьдесят метров над поверхностью земли.

– Это открывает новые горизонты, – продолжал Андрей Антипович, мужчина средних лет, всё больше увлекаясь темой. – Если мы сможем понять, как именно этот паразит манипулирует иммунной системой, мы могли бы разработать новые методы лечения и профилактики для других заболеваний, которые вызывают более агрессивные формы паразитирования. Это может привести к революции в медицине!

– Но если мы не сможем контролировать эту форму жизни, Андрей? – произнесла Ольга Сергеевна, супруга и по совместительству соавтор их общего проекта, её тон стал более настороженным. – Он может стать угрозой не только для людей, но и для всей экосистемы. Если это правда, нам нужно будет провести дополнительные исследования. Мы не можем просто так взять и объявить о находке, не имея достаточных доказательств.

Андрей Антипович кивнул, понимая всю серьезность ситуации. Открытый и усовершенствованный ими паразит не просто параллельно сосуществовал с теоретическим носителем; он изменял его биохимию, адаптируясь к окружающей среде с поразительной эффективностью. Это представляло собой серьезный риск, если паразит попадет в более широкую популяцию.

– Мы можем начать с изучения его генома, – предложил мужчина, его голос дрожал от волнения. – Если мы сможем выявить ключевые гены, отвечающие за его способность избегать иммунного ответа, это даст нам возможность создать целевые терапии.

– Мы можем разработать пробные вакцины и тесты на основе его генетического материала. Это позволит нам создать защиту для потенциальных носителей и даже для популяций, которые могут подвергнуться риску, – продолжила за супруга Ольга Сергеевна.

– Я верю, что с правильным подходом и исследованиями мы можем не только установить контроль над ним, но и использовать его уникальные способности для блага всего человечества.

На лице женщины появилась тень улыбки, но в её взгляде всё ещё оставалась настороженность. Они оба понимали, что исследование паразитов может быть как путём к прогрессу, так и к катастрофе.

– Не знаю, это довольно опасно.

Андрей Антипович почувствовал, как надежда начинает угасать.

– Но у нас есть все данные! Мы можем начать эксперименты прямо сейчас, чтобы выяснить, как Император воздействует на организм.

– Император?

– Да, я решил, что это имя ему подходит.

Ольга Сергеевна почти всегда была непреклонна, но в этот раз её решимость пошатнулась.

– Мы должны быть готовы к тому, что это может обернуться против нас. Мы играем с чем-то, что не поддается контролю, – попыталась она вразумить супруга.

Андрей кивнул, понимая, что на кону не только их карьеры, но и безопасность людей.

– Я понимаю, но если мы не начнем исследования, кто-то другой это сделает за нас. Нам нужны гарантии, что это не попадет в неправильные руки. И что мы сможем использовать это открытие во благо.

Женщина наконец подняла глаза, в них мелькнуло понимание.

– Хорошо, Андрей. Мы соберем комиссию. Но я хочу, чтобы ты подготовил все необходимые данные и обосновал, почему это исследование должно быть начато именно здесь, именно нами.

Словно камень свалился с его души, Андрей Антипович почувствовал прилив уверенности.

– Оленька, я обещаю, я сделаю всё, чтобы доказать, что это важно.

В следующее мгновение мужчина закружил супругу в объятиях.

Восемь месяцев спустя.

Комиссия собралась в стерильном зале. Андрей, облаченный в свой лучший и единственный официальный костюм, чувствовал себя неуютно. Ольга, с непроницаемым лицом, сидела рядом.

– Итак, Андрей Антипович, – начал председатель комиссии, профессор с бородой, достойной самого Дарвина. – Убедите нас. Почему мы должны дать зеленый свет вашему… – председатель прочитал название с листка. – Императору?

Андрей глубоко вдохнул. Сейчас или никогда, подумал он и начал свою речь, полную страсти, фактов и научного энтузиазма. Он говорил о революции в медицине, о новых источниках энергии, о победе над болезнями. В какой-то момент, увлекшись, он даже начал жестикулировать, чуть не сбив со стола стакан с водой.

Председатель скептически поднял бровь. Ольга закатила глаза. Но Андрей продолжал, его вера в Императора была непоколебима.

– В заключение, – сказал он, вытирая пот со лба. – Я верю, что Император – это не просто паразит. Это ключ к нашему будущему! Следующая ступень эволюции!

В зале повисла оглушающая тишина. Затем председатель медленно поднялся.

– Что ж, – произнëс он. – Ваша речь была… впечатляющей. Но у нас есть еще вопросы. Например, почему такое громкое название?

Ольга не смогла сдержать злую улыбку. Они им про революцию в мире микробиологии, а они прицепились к этому идиотскому названию.

Андрей почувствовал, как его уверенность немного пошатнулась.

– Ну, – пробормотал он. – Он просто…

– На данный момент Император доминирует над всеми известными паразитами, вирусами и многими другими микроорганизмами, – подала голос Ольга Сергеевна. – Но и это не предел, Император находится только в стадии развития.

Председатель хмыкнул.

Супруги покинули зал, дабы дать комиссии посовещаться.

– Ты выступил отлично, – Ольга обняла мужа за плечи.

– Ты так думаешь? Я где-то оставил свои бумажки с подсказками, пришлось импровизировать.

Ольга прыснула со смеха и пригладила светлые кудри Андрея.

– Я почему-то так и подумала, и знаешь... Если не дадут согласие на финансирование, то мы и без него справимся, – Ольга старалась заранее подготовить супруга к отказу.

Выступил он всё же смехотворно.

– Конечно, справимся, Оленька.

Комиссия согласилась профинансировать многообещающий проект Соболевых.

Всё только начиналось.

Молния

Таксист, нажав на кнопку окончания поездки, удостоверился, что она оплачена, и пожелал хорошего вечера.

Коротко кивнув, я покинула тёплый салон иномарки. Ледяной ветер, будто специально, швырнул в лицо колючие снежинки. Скривившись, я достала из пачки сигарету. Подкурив не с первой попытки, спрятала огонёк в ладони. Открыв магнитный замок на воротах, вошла во двор новенького ЖК на окраине города. Постояла пару минут, с удовлетворением вдыхая густой дым. Горящий окурок полетел в урну, тут же потухнув.

Девять шагов до лифта, короткая трель кнопки вызова.

Механический женский голос оповестил о прибытии на нужный этаж.

Восьмой встретил меня темнотой длинных коридоров, однако, чуть помедлив, свет включился.

Четырнадцать шагов до моей квартиры. Ну, не до моей конечно же, я её снимала. Сейчас вообще с жильём туго. Ипотечный взнос и процентная ставка не оставляли мне ни единого шанса купить что-то своё, даже в отдалённом будущем.

Сначала верхний замок, затем нижний.

Щелчок выключателя, по прихожей разлился мягкий, тёплый свет.

Ключ вставлен обратно в замочную скважину, чтобы с утра не бегать и не искать его.

Сняв пуховик, повесила на единственный крючок. Ботинки были сняты и аккуратно поставлены в угол.

Крохотная студия, на столько, что из подъезда было видно всё пространство, кроме, конечно, совмещенного санузла. Несмотря на это, места мне вполне хватало. Да я толком-то и не жила здесь, а лишь отсыпалась перед очередной тяжёлой сменой в ресторане.

Белая рубашка с пятнами соуса на рукавах и светлые носки полетели в стирку на экспресс-режим. Нет, можно было, конечно, ничего и не стирать, к тому же у меня завтра выходной, но если не сделаю это сейчас, то потом просто забуду.

Тогда придется покупать новую рубашку, если пятна не отойдут. А лишних денег у меня пока что не было. Чёрные брюки аккуратно сложены и повешены на спинку стула. Шкафа к сожалению у меня не было, и немногочисленные предметы гардероба складировались на подоконнике и на стуле. А иногда и валялись на полу.