Фыркая и кашляя, Лекс вынырнула на поверхность шумящей воды, беспомощно барахтаясь в кружевах белой пены. Она настороженно осмотрелась по сторонам, в одновременных поисках, как Стихии, так и погони гигантских Охотников.

Никого.

Тогда уманка, усиленно сопротивляясь стремительному течению, погребла к крутому берегу, под прикрытие нависавших, точно козырёк, белоснежных рельефных скал. Выбравшись из воды на мокрый каменный уступ, она снова осмотрелась. Из-за оглушительного грохота многочисленных водопадов, сложно было различить другие звуки. Лекс чуть не вскрикнула, когда рядом с ней кто-то грузно шлёпнулся на камни. Резко отпрянув в сторону, она тут же чертыхнулась, позволив себе расслабиться.

— Стихия! Предупреждать же надо! Напугала меня.

— Я тоже рада, что ты выжила, — в тон уманке фыркнула самка и внимательно осмотрела свою ранее сломанную ногу. Сумасшедший бег растревожил плохо сросшиеся кости, и теперь они неприятно ныли. — Нет, такой бешеный образ жизни никакая суперрегенерация не выдержит, — проворчала самка.

— Это точно, — согласилась Лекс и, вздохнув, добавила: — Нужно было лететь на клановый корабль с нашими Охотниками, а не устраивать девичник.

Стихия промолчала. Хотя мысленно вынуждена была согласиться с брюнеткой.

— Интересно, наши преследователи отстали или дожидаются где-нибудь на бережке? — вслух размышляла Лекс, осматривая шумящую вокруг воду.

— Мне кажется, они просто прекратили преследование, — предположила Стихия. — А вот охоту свою вряд ли закончили, и мы теперь представляем их дичь.

— Какую ещё охоту? — насторожилась брюнетка.

— Это берсеркеры. Они – далёкие сородичи яутжа, но представляют отдельную ветвь. Промышляют разбоем и развлекаются травлей завезённой дичи. Они не охотятся на других планетах, а выбирают подходящую добычу в чужих мирах и доставляют её в свои личные угодья, где и устраивают сафари. Берсеркеры не придерживаются общепринятого Кодекса Чести, как яутжа, или других галактических законов. Чем-то напоминают Плохую Кровь. Видно мы попали на их планету в разгар охотничьего сезона.

— Хочешь сказать, эти громилы не с того корабля, с которого мы сбежали? — спросила Лекс.

— Нет. Это хозяева местных угодий. Яутжа предпочитают не заходить в их владения. Между нашими расами существует условное перемирие, и нарушать его никто не стремится. Хотя, я слышала, что берсеркеры частенько отлавливают яутжа, как ценную дичь для своих охотничьих развлечений. А у нашей расы череп этих громил является ценным трофеем.

— И это называется перемирие? — с нотой сарказма заметила Лекс.

— Условное перемирие, — уточнила Стихия. — Открытых военных действий наши народы не ведут, но и дружелюбие не проявляют. — И добавила: — Нам ещё повезло, что они не применили плазмопушки…

— Ты сказала, что их называют берсеркерами. Я это слово слышала на Земле.

— Вполне возможно, что оно вошло в обиход уманов из языка яутжа.

— Выходит, что мы попали из огня да в прорубь. Нам везёт, как утопленникам, — вздохнула Лекс.

— Это точно. Учитывая, что мы ими едва сейчас не стали. — Стихия кивнула на бурлящую вокруг них воду.

— И что теперь делать будем? Изображать из себя русалочек на камне — не очень-то удачная идея.

— Найдём укрытие, а потом уже обдумаем план действий. У берсеркеров должен быть корабль. Можем попытаться его выкрасть.

— Замечательно! Давай пока остановимся на твоей первой идее, так как вторая больше похожа на бред.

Самка пожала плечами, и они обе снова нырнули в бурлящую воду.

Опасливо выбравшись на берег, беглянки настороженно осмотрелись. Инопланетный лес выглядел вполне мирным. Похоже, погоня за ними действительно прекратилась, или же стремительное течение далеко унесло их от того места, где они прыгнули с обрыва. Немного успокоившись, самки решили поискать подходящий уголок для ночлега, а заодно разжиться каким-нибудь провиантом. Последнее их питание представляли те личинки шелкопряда, что они ели на ужин в инопланетном кафе. А судя по зверскому чувству голода, это было очень давно. Лекс конечно предлагали на корабле какую-то похлёбку в миске, но гордая уманка отказалась употреблять эту собачью еду, от которой ещё и неблаговидно попахивало. Теперь же голодный желудок настойчиво требовал к себе должного внимания.

— Знать бы ещё, какие ягоды здесь съедобные, — проворчала Лекс, рассматривая куст с синими плодами, похожими на голубику.

— Да, без сканеров масок, сделать это будет сложно, — согласилась Стихия. — Но суперрегенерация вряд ли даст погибнуть. — И она закинула в рот синюю ягоду.

— Ну да, после токсина Легендарного, тебе бояться нечего, — хмыкнула Лекс и тоже попробовала на зуб инопланетное растение. — Хм, а ничего. На вкус сладкая, с какой-то необычной нотой, но приятная. Если не отравимся, то на пропитание сойдёт.

Стихия согласилась со своей компаньонкой, хоть и сожалела, что не может сейчас точно определить состав ягод. Если они, вместо ядовитых, окажутся галлюциногенными, приятного тоже будет мало. Вернее, безопасного, учитывая те условия, в которых они сейчас оказались.

— Ладно, пошли, поищем укрытие в скалах, пока совсем не стемнело. Ночью может быть прохладно, — заметила самка, направляясь вдоль берега в сторону нагромождения каменных уступов. — Лекс?

— Иду, — откликнулась уманка, набирая полную горсть сладких ягод. — Нужно местечко запомнить, — отметила она себе.

Ещё пару раз закинув в рот синие горошины, она наконец смогла оторваться от куста. Но когда брюнетка развернулась, чтобы догнать свою компаньонку, ей на плечи обрушилась чья-то туша. Мулатка среагировала мгновенно и, отбив запястными лезвиями от своего горла широкий нож, точно уж вывернулась из крепкого захвата противника. Все собранные ею ягоды рассыпались по мху, превратившись под ногами в пурпурное месиво. Отпрыгнув в сторону, женщина приготовилась отразить новую атаку, но тут же в нерешительности замерла. Её противником оказался человек в заметно потрёпанной военной форме американских пехотинцев, поверх которой поблескивали детали доспехов инопланетных Охотников. Несмотря на все перемены, что произошли в землянине, Лекс всё же смогла его узнать, и это привело мулатку к ещё большему удивлению.

— Капитан Портер?..

— Ну да. А ты кто?

Человек тоже выглядел обескураженным. Он очутился на неведомой дикой планете, и тут его кто-то назвал по имени.

Наступали поздние сумерки, и в сгущавшемся фиолетовом полумраке, что скрывал его противника, землянину сложно было разглядеть подробные черты, кроме поблёскивавших металлом доспехов. Существо сделало шаг вперёд, выходя из тени деревьев, и Портер озадаченно уставился на темнокожую женщину, которую, хоть с трудом, но смог узнать.

— Мисс Вудс? Не может быть…