Картина напоминала рьяно сражавшихся крокодилов в водах мутной африканской реки. А призрачный зеленоватый свет галактического ядра, что заменял на этой планете луну, придавал баталии особую эпичность. Не хватало только героической музыки, как в фильмах. Но этот недостаток компенсировали монотонный грохот водопада и яростное рычание инопланетных существ.

Понимая, что в воде убить противника будет сложнее, Легендарный решил выманить матёрого берсеркера на сушу. Отвесные скалы вплотную подступали к самому руслу реки, и найти хоть тонкую полоску берега оказалось не так-то просто. Но уровень воды возле них был меньше, чем по центру бурного потока, и доставал Хищникам лишь до пояса.

Берсеркер оказался опытным матёрым воином, явно предводителем местной шайки «охотников», и выглядел абсолютно уверенным в собственной силе. Он не спешил быстро разделаться со своей жертвой, наслаждаясь самим процессом боя. Если бы он знал, кто оказался его противником, то был бы более осмотрительным. Отсутствие наградных колец на заклёпках рецепторов и моложавая для его возраста внешность Легендарного вводила берсеркера в заблуждение, отождествляя его с Окроплённым. Он же не мог знать, что элитный воин намеренно снял свои многочисленные знаки отличия, когда отправлялся на это секретное задание. А отсутствие шрамов обусловливалось воздействием суперрегенеранта и вовсе не означало недостачу богатого опыта. Конечно, методика и сила ударов оппонента постепенно начинала озадачивать берсеркера, но скорее вводила его самоуверенную сущность в тупик, чем учила осторожности.

Замахнувшись для очередного удара, клинок Суперхищника вскользь прошёл по груди Ликвидатора, зацепив ремешок его брони, и Легендарный нетерпеливым жестом откинул в сторону мешавшийся доспех.

Выбравшись из глубины на мелководье, Хищники стали месить друг друга с новой силой. Бой стал походить на дворовую рукопашную драку без каких-либо правил. Удары чаще припадали на незащищённые масками «лица», превращая их в зелёное месиво. Берсеркер уже лишился мандибулы, которая сломанная безвольно висела на одной лишь шкуре. Имевший горький опыт прошлого, Легендарный успевал вовремя защёлкивать жвала, чтобы снова не потерять одно из них. Не страшно, конечно, но всё же приятного мало. В целом, более лёгкий и гибкий Ликвидатор по своей мобильности превосходил громоздкого противника и мог гораздо эффективнее уворачиваться от жёстких ударов. Вот и сейчас, быстро отведя голову в сторону, он избежал сокрушительного нокаута, тогда как мощный кулак берсеркера со всего маха влепил в скалу, выбив из неё осколки камней. Суперхищник злобно рыкнул, тряхнув разбитой конечностью. Легендарный парировал удар снизу. Но не совсем удачно: рука наткнулась на прочный доспех. А в следующую секунду его плечо пронзила резкая боль – берсеркер проткнул его запястными лезвиями. Зацепив нервный узел, он пришпилил Охотника к скале.

Легендарный гневно оскалился, ощущая, как стремительно по его телу распространяется паралич. Рыкнув ему в ответ, берсеркер схватил свою жертву за шею, намереваясь последним движением завершить бой в свою пользу. Собрав оставшиеся силы, Ликвидатор рванул окровавленным плечом вперёд, насаживая его на клинки врага, и обильно стекающая кровь Охотника коснулась повреждённого кулака берсеркера, проникая в его тело.

— Думаешь, это конец? — с трудом ворочая жвалами, щёлкнул Легендарный, глядя в красные глаза противника. — Напрасно. Мой организм выдержал ядовитое воздействие минерала, а вот выдержит ли твой?

Берсеркер непонимающе шелохнул жвалами и тут же судорожно вздохнул. Его хватка чуть ослабла, что позволило Охотнику нанести решительный удар, пронзив запястными лезвиями сердце противника.

— Только я проверять не намерен, насколько ты окажешься живучим, — проворчал Легендарный, глядя на поверженного врага, тело которого постепенно стало погружаться в воду, уплывая по течению.

Суперрегенерация быстро восстанавливала функции организма, справляясь с повреждениями нервного узла, но движения Ликвидатора ещё были плохо скоординированы, а развороченное запястными лезвиями плечо какое-то время всё же будет о себе неприятно напоминать.

Опираясь на каменную стену, Легендарный неуверенным шагом поплёлся к пещере, где продолжался бой с остальными берсеркерами. Правда, когда он туда добрался, то Мерцающий с Портером добили последнего Суперхищника. Ещё один противник уже бездыханный лежал посреди пещеры, а его кровь подозрительно отливала синевой. Стихия применила своё природное оружие, и, при помощи токсина, самки быстро расправились с врагом.

Морпех перевёл дыхание и, вытерев взмокший лоб, пересчитал «трофеи». В пещере валялось три тела, а четвёртого берсеркера, как понял Портер, добил Охотник из ангара. Хотя, судя по внешнему виду Легендарного, это далось тому нелегко. Впрочем, если бы не яд самки, который, непонятно, где она раздобыла (морпех не понял, что это была кровь Стихии), они вряд ли смогли бы сами расправиться с двумя берсеркерами. Что ж, в любом случае их команда, в которую негласно оказался временно зачтён уман, могла праздновать победу.

Проверив незначительные раны Мерцающего (их хоть было много, но все поверхностные), Стихия подошла к устало присевшему на камень Ликвидатору. Тому досталось сильнее от его более матёрого противника. Самка недовольно дёрнула жвалами, посмотрев на перемазанного кровью Охотника.

— С твоим сумасшедшим образом жизни не один суперрегенерант не справится, — вздохнула она.

— У меня для этого есть ты, — коротко щёлкнул Легендарный не то серьёзно, не то в шутку.

Самка фыркнула и, приступая к своей работе, аккуратно убрала отростки-рецепторы с повреждённого плеча Элиты, чтобы получше осмотреть ранение.

— В следующий раз постарайся быть поосмотрительнее. У меня сейчас нет лаборатории, чтобы проводить полноценные операции. А если тебе оторвут руку, пришить её будет проблематично. — Она осторожно вытащила из подживающей раны мелкие осколки камней. — Всё-таки плечо – не жвала. Здесь система посложнее. Да и времени потребуется много, чтобы регенерировать все кости и ткани.

— Моя целительница слишком беспокоится по пустякам, — мурлыкнул яутжа, вдыхая запах самочки. Она находилась слишком близко, склонившись над его плечом, а её движения и скользящие по его коже рецепторы учёной вызывали лишь одно желание: захватить её в свои объятия.

Его рука непроизвольно пробежалась от колена самочки к её бедру, кончиками когтей проникая под доспех. Стихия на мгновение замерла, и Охотник, воспользовавшись её замешательством, продолжил своё вкрадчивое наступление, вынуждая учёную опуститься ему на колено. Их лица оказались почти на одном уровне. Жвала яутжа неспешно шелохнулись и скользнули к скулам самочки.

— Самое лучшее лекарство для меня – это ты, — тихо проурчал Легендарный.

Дыхание Стихии сбилось, с трепетом застыв в груди, когда язык Охотника неторопливо пробежал по внутренней части её перепонки, лаская обогнул острые зубки и, проскользнув дальше, коснулся кончика её язычка. Самка прикрыла глаза, растворяясь в этих сладких ощущениях, в ответ лаская соблазнителя. Её сознание поплыло, а тело помимо воли скользнуло ближе к Ликвидатору, прильнув к его груди. Позабыв об окружении, Стихия нежно замурлыкала, обняв Охотника за шею, предусмотрительно стараясь не зацепить его раненое плечо.