– Правда? И как вы там живёте? – с искренним интересом спросила девушка.

– Да нормально в общем-то, наверное, даже хорошо.

Макс, наблюдавший за ними издалека, заметил девушку, что застыла в дверях. И до чего обидно: он берёт на себя принцессу, а Максу, как обычно, потенциальное чудовище. Хотя и не сказать, что девушка была совсем уж чудовищем – была она очень даже симпатичной, да и на вид не больше двадцати. Вообще, если бы он на себе не почувствовал, насколько сильной она может быть, то вряд ли бы поверил. Шея после её хватки всё ещё неприятно ныла. Девушка сделала несколько стремительных шагов к бару, когда Макс решительно выскочил у неё на пути. Голова девушки едва доставала ему до плеча, но смотрела она грозно и свысока.

– Уйди.

– Нам нужно с тобой поговорить, на счёт… – Макс замялся, подбирая нужные слова. – Твоего хозяина.

– Уйди, – повторила она, её голос теперь звучал чуть ниже.

Но Макс, возможно, впервые в жизни, не отступил.

– Работодателя?

Девушка усмехнулась, отпихнула Макса и прямой наводкой отправилась к бару.

– Он может уничтожить всё, что нам дорого, – возразил Макс, придержав её за руку.

Её глаза сузились, в них мелькнула тень гнева.

– Если ты думаешь, что мне не поебать, ты глубоко заблуждаешься, – прошипела она.

– А на неё тебе тоже поебать? – Макс указал пальцем в сторону Веры, что беззаботно болтала с Лешим. – Один разговор.

Юля мгновенно оценила угрозу. В свете огоньков её карие глаза показались ему расплавленным золотом. Макс присвистнул, привлекая к себе внимание друга, и кивнул на дверь.

Выйдя на прохладный вечерний воздух, Макс чуть выдохнул. Юля продолжала сверлить его недобрым взглядом и, кажется, даже чуть принюхивалась. Через пару мгновений на улицу вслед за ними выскользнул Леший.

– Я рад, что мы можем поговорить, – кивнул Леший.

– Что вам нужно, придурки? – сходу начала Юля.

– Давай я расскажу тебе всё, тогда ты поймёшь, кого ты защищаешь и на кого работаешь.

Юля смерила его скептичным взглядом и расхохоталась прямо в лицо.

– Ты ничего не знаешь, да? – умиляясь, спросила она, утирая выступившие слёзы. – Так, дебилы, я даже не буду спрашивать, где вас таких делают, потому что я…

Из дверей бара показалась Вера.

– Юля, а я тебя жду-жду, а ты всё не идёшь.

– Да, здесь небольшие проблемы с нашими гостями.

– А Аркаша пообещал мне рассказать всё-всё о своём посёлке. Можно послушать?

– Аркаша? – девушка с сомнением выгнула бровь и сложила руки на груди. – Ты что себе позволяешь, выродок? – она понизила голос.

– Посёлок рекламирую, – фыркнул Леший. – Рассказываю о прелестях деревенской жизни.

Рация, прикрепленная к поясу девушки, зашипела.

– Бондарь, караван готов.

Юля, смерив тяжёлым взглядом гостей империи, произнесла в рацию:

– Савин, поднимай парней, выходим сейчас.

– Понял, поднимаю.

– Оба, за мной, Вера домой, – приказала она.

– Ну, Юля… – законючила девушка. – Я же только послушать хочу.

– Вера идёт домой, – безапелляционно заявила та. – Нашим гостям пора уезжать.

Вера жалобно смотрела то на Юлю, то на Лешего, но, не найдя поддержки, побрела в сторону площади. Двое стражников, скрывающихся в тени, тут же пришли в движение. Юля же, проводив её взглядом, направилась в противоположную сторону.

– Вы с первого раза не понимаете? – раздражённо дёрнула щекой она. – Вам же сказали, валите нахер в свой посёлок, пока при памяти.

– Мы не можем платить ему, – попытался объяснить Леший. – Не бедствуем, конечно, но и платить не можем.

Они шли за ней по узкому переулку, выходившему к заставе.

– Выращивайте больше.

– Ты хоть раз сама работала над посадками? – с сарказмом спросил Макс.

– Нет, потому что у нас есть коровы, а их доят.

Увидев непонимание на их лицах, она пояснила:

– Это аллегория, идиоты. Вы – коровы империи, а то, что вы нам можете дать – молоко. Вот и получается, что…

– Да мы поняли, – прервал её Леший. – Но у нас у самих полно телят, и они ждут, пока мама-корова накормит их.

– А мама-корова не боится, что на месте, где она щиплет травку, в один прекрасный день образуется воронка диаметром полтора километра? – на одном дыхании выдала она.

– Нихрена себе, – выдохнул Макс.

– Но плюсы тоже есть. Телята перестанут ждать маму-корову, потому что и корова, и телята перестанут существовать, – пожала плечами та.

– Ну, плюсы у тебя, конечно, заебись, – показал ей большой палец Леший.

Юля провела их за ворота, там уже ожидали два тентованных грузовика.

– Кто это с тобой? – оценивающим взглядом окинул их один из мужчин в ладной чёрной форме.

Юля подошла к нему вплотную, что-то коротко сказала. Тот кивнул и поморщился.

– Пассажиры, значит.

– К себе их посади, – попросила она.

– В смысле? Куда? – напрягся Леший.

– Не высовывайтесь. Отъедем чутка, поможете мне кое в чём, тогда и поговорим на счёт вашей проблемы, – бросила она и залезла в кабину второй машины.

– Забирайтесь.

Грузовик тронулся с места, увозя их из города в ночь. Леший прислонился к борту, глядя на удаляющиеся огни. Макс некоторое время молчал, а потом начал жать руки военным в количестве шести человек, ещё двое сидели в кабине.

– А вы, караванщики, значит? И как, интересно?

– Не, мы не торговцы, мы те, кто сопровождает караваны, охраняет товар и самих торговцев, – охотно объяснил один из них по кличке Фанат.

– А что за товар? – поинтересовался Макс, больше для порядка.

– Разный. От провианта до оружия. Служба, как служба. Деньги платят, риски есть. Чего ещё желать? – с улыбкой ответил Фанат.

– Не разговаривай с ним, у него на лбу написано, что он даун, – прервал его Гонор, сидящий рядом.

Леший, до этого упорно делавший вид, что спит, открыл глаза.

– А у меня что на лбу написано?

– Ушлёпок, – не моргнув и глазом, ответил всё тот же боец.

– Гон, хорош, че ты сразу обзываешься? Ребята вроде мирные, – угомонил товарища другой. – Я Сомелье, приятно познакомиться.

– Почему Сомелье? – спросил Макс, в принципе, смутно понимая, кто это.

– А хуй его знает, но я по молодости бензин сливал в астрономических масштабах, – ухмыльнулся тот. – Так я тебе девяносто второй от девяносто пятого на запах отличу.

– Неплохо, – хохотнул Макс. – А куда едем?

Бойцы переглянулись, и Гонор постучал в кабину. Окошечко открылось, и из него показалось лицо того, к кому обращалась Юля.

– Что?

– Савин, кто эти клоуны?

– Я ебу? Пассажиры. Бондарь сказала, с нами едут.

– А зачем они с нами едут? – не отступал боец.

– Гонор, ты что от меня хочешь? Доклад и личное досье на каждого?

– Доебаться он хочет, – буркнул водитель.

Окошечко захлопнулось, и Гонор недобро уставился на парней. Поездка обещала быть долгой.

Спустя сутки, с одной остановкой, Макс был готов взвыть от скуки.

Два стальных гиганта неслись по разбитой дороге друг за другом, оставляя за собой облака пыли.

– Нелюбин, тормози! – взорвалась рация голосом Юли, ведомая неким предчувствием, но было поздно.

Под первым грузовиком, прямо под его тяжёлыми колёсами, земля вздыбилась. Мины разорвались одна за другой. Сталь заскрежетала, металл завыл, а люди внутри заорали.

Зрелище было страшным. Бронемашина взмыла в воздух, словно невесомая.

Оглушительные взрывы, осколки разлетелись веером, пронзая воздух, неся смерть. Жизнь первого экипажа была оборвана грубо, жёстко и мгновенно. Пять тел растворились в огне и дыму.

Колёса второго грузовика завизжали, оставляя глубокие борозды на земле. Наконец, машина замерла. Его экипаж, высунувшийся наружу, наблюдал за разворачивающейся впереди картиной.

Первый грузовик представлял собой искорëженную груду горящего металла. Пламя жадно пожирало останки машины, вздымаясь в небо.

– Там могли остаться люди, – Макс, ведомый неожиданным порывом, бросился к останкам машины.