А-а… вона чего. Тогда… сгорел сарай, гори и хата?

- А вот тут я бы с вами поспорила, Ваше королевское высочество! Кто-то назовет это блудом, а кто-то – близостью. В близости нет ничего, чем можно испачкаться. Стихи о любви, серенады, долгие взгляды, красивые свидания, танцы и прогулки под луной… они придуманы людьми, чтобы в итоге привести двоих к общей постели. Чтобы они совершили то, собственно, что и завещал им Творец – плодились и размножались, продолжая людей на Земле. Близость двоих любящих благословенна, блуд это другое.

- Блуд, Таис, это близость в нарушение клятв перед алтарем.

- Клятвы давались двумя, Ваше королевское высочество.

- Это не твой грех! Заботиться следует в первую очередь о себе.

- Закрыть глаза? Я их закрыла. С исключительно добрым отношением, участием и пониманием, даже уважением. А что до клятвы у алтаря… она одинакова для всех – просто протокол о намерениях, а уж как там оно дальше? Люди все разные. Обстоятельства разные. И текст ее также написан людьми. Имеющими отношение к Церкви – да. Но просто людьми… от Господа с нами только «Отче наш…». А кто из людей не ошибался и даже сознательно не нарушал… понимая это и все равно делая? Брак до седьмого родственного колена запрещен Церковью, однако же…

- Ты забываешься! – хлопнула она по столу ладонью.

- Ну мы же с вами говорим о правильном и неправильном, ищем истину. Так что - брак между братом и сестрой не блуд в свете истинности церковного учения? Нет же… здесь оказывается возможны отступления от правил. Мы с Константином Николаевичем также отступление от правил. Отступление, в результате которого никому не нанесен ущерб, никто не обижен и не ущемлен в правах и интересах. И уж точно не состоится грех кровосмешения, грозящий ущербностью будущим детям – не на сестре ли и его планировалось женить? Наши с ним отношения ни в коем разе не касаются никого кроме нас двоих еще и потому, что не предусматривают нарушения запрета на морганатический брак. Я никогда не соглашусь на венчание с ним - для его же блага. Допуская в будущем высокий взлет для него, если… когда его заслужено оценят по достоинству. И наше расставание в этом случае – полный разрыв… Я пойду на него сознательно и честно, потому что запрет на неравные браки все же имеет какой-то смысл и это общая европейская тенденция... а российский престол в том числе зависим от понятия престижа и обязан иметь авторитет перед прочими государствами! - задохнулась я эмоциями, прижав ладонь к горлу и прикрыв глаза.

Кружилась голова… давление подскочило.

Ольга молчала. Отдышавшись, я продолжила уже спокойнее:

- Я люблю Константина Николаевича и ничего не сделаю во вред его авторитету, а тем более интересам Российской империи. Но до тех пор я ни за что не откажусь от нас с ним… сколько бы нам ни было отпущено. Может и нисколько. А может еще какие-то часы, дни, месяцы… Я не откажусь от них, как от самого дорогого.

Ольга встала. Подошла и села возле меня.

- Ты знаешь причины запрета на неравные браки?

- Акт о престолонаследии, - конечно я знала, - он был призван положить конец чехарде дворцовых переворотов, последовавших после не оставившего после себя наследника Петра I. Именно он – Павловский акт ввел «наследование по закону» и преимущество потомков мужского пола, а также запретил императорам неравные браки. А ваш дядюшка дополнил этот документ нормой, согласно которой рожденные в морганатическом браке дети лишаются права на престол. Отсюда и зарубежные женихи и невесты – в своей стране «равных» по статусу не может быть в принципе – государь высшее лицо, сохраняющее за собой «божественный след» - его считают избранником божиим. Следовательно…

- Все так, - тихо произнесла Ольга, останавливая меня жестом: - И запрет на морганатические браки не есть выдумка российских императоров – ты права, это общеевропейское правило. Которому мы вынуждены следовать.

- Ну да, а брак царских детей, не наследующих престол - один из самых действенных дипломатических инструментов. Но разве это так действует? Даже внутри семьи родственные отношения не гарантируют мира, а уж если будут задействованы интересы другого государства…

- Возможно. Но, если существует хотя бы шанс… Таис, Константин ведь предлагал тебе брак.

- Нет.

Я не собиралась открывать ей всю правду. Потому что тогда нас совсем лишат шанса быть вместе. А так… хотя бы иногда, хотя бы еще немного.

- Я рада. Добровольно снять с себя обязанности, которые подразумевает фамилия и статус - этому не было бы оправданий. Согласна с тем, что у каждого из нас своя история, но добровольно теряя все права при вступлении в неравный брак, он показал бы, что ему нет дела до нас - до семьи и до скандала, который это событие произведет в России. Что только один эгоизм царствует над всеми его чувствами… мимо совести, долга и порядочности. Неразборчивость брака недопустима, какие бы причины здесь ни были. Эгоизм ли, жажда наслаждения и даже такое высокое чувство, как любовь – это всего лишь собственные ничтожные помыслы.

- Я уже говорила, что речи о браке не идет.

- А еще же дети, Таис, ты верно вспомнила о них… статья 36 «Основных законов» гласит: "Дети, происшедшие от брачного союза лица Императорской Фамилии с лицом, не имеющим соответственного достоинства, то есть не принадлежащим ни к какому царствующему или владетельному дому, на наследование престола права не имеют"…

А статья 18 гласит: "Лицо Императорской Фамилии, вступившее в брачный союз с лицом, не имеющим соответственного достоинства… не может сообщить ни оному, ни потомству, от брака сего произойти могущему, прав, принадлежащих Членам Императорской Фамилии".

Это общеевропейские нормы, Таис… и в Российской императорской семье дети от подобных браков также лишаются прав на престол и просто принадлежности к семье со всеми правами и привилегиями.

- Вы гляжу знаете наизусть все документы, оправдывающие вашу жертвенность, Ольга Николаевна, - вдруг пробило меня на слезы.

Она обняла меня, поглаживая по плечу.

- Изучила в свое время… зачитала до дыр, прощаясь с мечтой. И сделала выбор сознательно, изыскав, впрочем, для себя лазейку. И прости, что не верю тебе, Таис… но любой уважающий себя мужчина будет стремиться дать официальный статус своей женщине и своим будущим потомкам от нее. Здесь огромный конфликт интересов. Но если у вас все настолько серьезно… Костя просто не мог не предложить тебе венчаться. Мы всегда чем-то жертвуем, а он еще очень молод, пылок и восторжен от природы, впервые влюблен, глубоко порядочен… скорее всего, выбор был сделан в твою пользу. Тебе будет непросто - у него еще и резкий, взрывной, волевой характер…

- Да похоже на то, - вспомнила я тот его тон, - рядом с ним, кажется, и комары залетают строем.

Ольга хмыкнула, чуть расслабляясь и встала, зашелестев платьем.

- Я рада, что ты проявила разумность за вас двоих и прости мне… прости за упреки с моей стороны. Ты сейчас тоже несешь жертву, сознательно, как и я. Мы все же похожи с тобой – по духу и разуму. Пускай будет так, как вы решили… быть вместе столько, сколько отпустит вам время. Я рада, Таис… действительно рада, что это оказалась ты.

- Трудный какой… разговор, - вытерла я глаза, - простите и вы меня, я собиралась бороться, драться даже за нас… спасибо за понимание. И если уж мы поняли друг друга, давайте оставим эту тему. Я к вам с чем-то не менее, а может и гораздо более серьезным. Сейчас… минуточку… - вышла я за дверь и сразу же вернулась с глиняным горшком в руках.

Поставив его на стол, открыла, дав ей заглянуть вовнутрь.

- Все, о чем мы говорили, безумно важно – для нас с вами. Здесь же то, что может перевернуть весь мир. Не стану выдавать свои источники – это чужая тайна… я украла ее, если уж сказать по совести. Но нисколько не жалею…

А дальше я выдала ассимилированную к нынешнему времени версию действия будущего антибиотика. Изложила соображения об антисептике – не свои, а Пирогова и частично Земмельвейса, за что оба врача порицаемы завистливыми коллегами. А я с талантищами согласна, потому что… и куча доводов, и море логики.