- Я одежду в ванную сушить повесил, а носки постирал, - подойдя к Аньке вплотную, сказал Ксандр. Заглянул в ее удивленные глаза и спросил. – А ты чего подумала? – прижался к ней, обнимая и целуя в губы.
- Ничего не подумала, - улыбнулась теперь обычной улыбкой Анька, отвечая на поцелуй. Затем прошептала Ксандру в ухо. – А вообще подумала, - и провела рукой по голой спине парня, ощущая ладонью гладкую кожу и упругие мышцы. Остановилась на попе, легонько ее сжав, а затем дернула Ксандра за резинку трусов. И когда та с щелчком вернулась обратно, спросила. – А их почему не снял?
- Решил, что рано, - Ксандр полез ей под куртку. – Снимай, это все лишнее.
- Ага, - стала помогать ему себя раздевать.
- У меня нога левая промокла и низ у джинсов. Где-то в лужу неудачно наступил. Вот и решил посушить, пока ты к бабулькам ходишь, - Ксандр зачем-то стал объяснять, почему оказался раздетым, хотя Аньке было все равно.
Она сбросила в прихожей кроссовки, кинула на табурет куртку, а остальное стягивал с нее Ксандр, когда они добрались до дивана, целуясь и ласкаясь. Его нежные пальцы скользили у нее по телу, вызывая истому и страстное желание ощутить любимого в себе. От его поцелуев, которые мяли губы, Анька растворялась в сладостной неге. В изнеможении прошептала «я тебя хочу», а когда любимый в нее вошел, застонала, выгибаясь ему навстречу …
Потом они немного полежали рядом, поглаживая друг друга, а затем вместе пошли в ванную. И вместо того, чтобы мыться, снова занялись любовью под струями теплой воды. Оба наслаждались друг другом, понимая, что страшно друг по другу соскучились. Окружающий мир сегодня перестал для них существовать, сначала скукожившись до размеров ванной, а потом и вовсе исчез. И в целом мире остались только они вдвоем…
- Я сам тебя вытру, - сказал Ксандр, когда они уже стояли на коврике.
Накинул пушистое желтое полотенце Аньке на спину и заскользил им вниз, стирая крупные капли, блестевшие под лучами неяркой лампы. Стал вытирать грудь и не удержался, чтобы ее не поцеловать. Провел языком по ложбинке, подбираясь к шее и прижимаясь к Аньке своим вздыбленным сокровищем. Лизнул мочку уха и дыхнул в него жаром, возбуждая. Бросил полотенце на стиральную машинку, усадил туда Аньку и стал покрывать ее тело поцелуями, спускаясь от шеи ниже и ниже… И снова они наслаждались друг другом.
Потом смеялись, лежа на диване в изнеможении, и болтали всякую ерунду.
- Ой, а ты кушать не хочешь? – спохватилась Анька, вспомнив, что она все-таки хозяйка, и первым делом надо было гостя накормить, а не «это самое», как говаривал Ермолаич. – У меня рис с гуляшом есть. Будешь?
- Ну, теперь можно и поесть, - хихикнул Ксандр. – Иначе твой жеребец выдохнется раньше времени.
Горячая и вкусная еда сразу же сморила влюбленных, еще полчаса назад готовых на новые «подвиги». Но сытый желудок отобрал у них оставшиеся силы. И когда парочка добралась с кухни до диванчика, то Аньку хватило только на то, чтобы улечься с любимым рядом и положить ему на плечо голову. Глаза у нее сразу же закрылись, а у Ксандра похоже еще раньше. Но не успела Анька уснуть, как услышала писк пришедшего в телефон сообщения.
Сначала Анька не хотела смотреть, что там. Так как по привычке оставила гаджет на столе у компьютера, а до него хоть и два шага, но надо вставать. Но потом любопытство, ну да, то самое женское, все же пересилило лень. С трудом себя заставив, осторожно, чтобы не разбудить Ксандра, Анька выскользнула из его объятий и пошлепала за телефоном. Усевшись на стул голой попой, прикоснулась к экрану и посмотрела на сообщения, которых оказалось несколько.
Первое пришло от Лены, напарницы по работе. Довольно странное, если не знать предшествующую ему подоплеку. Там было написано: «Сама потом оценишь и поймешь, что я для тебя старалась». Видимо этим Лена пыталась оправдать свое желание поссорить Аньку с Ксандром, упомянув при его появлении о Саше-опере. Ну, ну… Ну откуда посторонние люди, даже не слишком друзья, знают, что для тебя лучше? Анька только хмыкнула на Ленино оправдание и отвечать ничего не стала.
Пусть напарница думает, что хочет, и в первую очередь – что Анька на нее обиделась. В любом случае всегда можно сказать, что была занята, вот и не ответила. А потом забыла. Нормальная девичья память, ссылка на которую всегда прокатывала среди подруг. А пока пусть Лена мучается, ведь не зря же она это написала. Значит, переживает, не переборщила ли со своей медвежьей услугой. Пусть и дальше переживает. По крайней мере, до утра. Да, Анька умеет быть вредной. Ибо не фиг лезть в чужую жизнь.
Второе сообщение пришло тоже от Лены, только от Дюхиной. Анька не стала называть ее русалкой даже для себя, потому что можно случайно проговориться при ком-нибудь постороннем. Так что как была Лена для нее Дюхиной, ну или Стекловой, так и осталась. Тем более проблему с русалочьим хвостом они завтра решат и наверняка навсегда. Именно это было в планах девчонок, о чем и спрашивала Лена, написав: «Все в силе?». «Конечно, не переживай, - ответила Анька, а затем следующим сообщением добавила. – У нас все супер. Спасибо вам!» На что ответа не последовало. То ли парочка давным-давно спала, то ли… была занята.
Анька посмотрела на время доставки сообщений от Лен и поняла, что они пришли намного раньше, чем следующее, которое и пискнуло так поздно. От Саши-опера. Анька еще подумала, стоит ли читать или сделать вид, что не видела. Потому что по висевшему оповещению было ясно, о чем оно. Там было всего два слова: «Ждешь меня?» «Само собой, не жду, - подумала Анька. – Но стоит ли об этом говорить? Вот в чем вопрос».
Немного посидела в раздумьях и решила, что не будет ни читать, ни отвечать. Выключила звук в телефоне и собралась ложиться спать, но внезапно ей в голову пришла одна мысль. А что если Саша не дождется ответа и припрется, подумав, что Анька просто спит? И будет долго трезвонить в дверь, пока ему не откроют. И конечно разбудит Ксандра, что не предвещает вообще ничего хорошего в ее отношениях с обоими парнями. Да уж… Лучше тогда ответить. Но что написать?
Может правду? Сказать, мол, так и так, у меня Ксандр и у нас все супер, как написала Лене. Этим Анька сразу же отсечет другие Сашины вопросы, как впрочем и желание опера общаться с ней дальше. Как-то не очень. Все-таки пусть и дружба, но эта дружба была Аньке нужна. Во-первых, ей хотелось знать о ходе расследования, а во-вторых, надо признаться честно, Анька почему-то не хотела отпускать Сашу. И наверняка второе, если быть более честной, было на первом месте.
Неужели Анька считает, что ей, как говорит Лена-напарница, нужен запасной аэродром? Хотя какой он запасной? У Саши есть Полинка. Следовательно, пока Анька сподобится повернуться к нему не задом, он ждать не будет. Блин! Как все сложно! Но у Аньки же есть Ксандр, с которым у нее все супер. Ясно же, что невозможно усидеть на двух стульях одновременно. Тут надо быть или гением психологии, или очень-очень большой стервой. Ни к тому, ни к другой Анька себя не относила. Хотя… вариант есть.
«У меня родители вернулись, - сообщила Анька, открыв переписку с Сашей. – Погода дурацкая. Так что мы уже спим. Пока». И после ответного «пока, а жаль», отключилась, решив, что такой ответ с ее стороны был единственно правильным. Ни да, ни нет. И вроде она тут ни при чем. Опять же Саша будет знать, что и Ксандру не удалось ее увидеть. Родители же дома. Хотя спорно. Могла она и в гостях «того самого» с любимым. Ой, все! Лучше об этом не думать, а то сейчас мозги себе сломает.
Ответила и ладно. А теперь спать, спать…
***
В сгущавшихся сумерках Андрей выехал из Казани в сторону деревни, в которой спрятался ото всех убийца Альберто Фолетто. Цель у начбеза была одна – поджечь ночью убогий домик бабки Игоря вместе со всеми, кто там будет. И тем самым замести свои следы, чтобы остаться перед семейкой Фолетто белым и пушистым. Мало ли когда Андрею пригодятся услуги необычных детективов еще. Ведь после того, что он сделал с Колядиным, начбез собирался жить долго и безбедно. А богатым людям, как известно, нужны такие люди, как эти ведьмаки.
