Добравшись до квартиры, он закрыл за собой дверь и, не снимая ботинок, плюхнулся в кресло, стоявшее в зале. Отдышался. Затем вытащил телефон и нажал на нужный контакт. Трубку взяли сразу после первого гудка, похоже, ждали.

- Короче, все плохо, - доложил он собеседнику на той стороне и рассказал о своих приключениях.

- Значит, меняем тактику. Тебе надо сделать вот что…

***

А в это время причина сего переполоха спокойно приготовила ужин, поела, компенсировав потраченную на магию энергию едой, и завалилась на любимый диванчик, предварительно созвонившись с мамой и рассказав, что у ее дочки все хорошо. Выслушала несколько маминых жалоб на папу, который снова пытался распилить нужные жердины на дрова, а потом плюнул и ушел к соседу Генке пробовать только что приготовленную самогонку. А теперь храпит на весь дом и не дает маме смотреть свой сериал. А в общем у них тоже все отлично.

- Целую, мамочка, пока, - Анька быстренько закончила разговор, пока мама не вспомнила, что еще такого сделал ее муж за сегодняшний день, и положила телефон на столик у компьютера.

Махнула рукой, запустив в оконную занавеску небольшой ветерок, и плюхнулась обратно на диванчик, подтянув под себя ноги. Наконец-то она может спокойно поговорить с душой талисмана, Ермолаичем. Ведь после общения с местным водяным у нее осталась куча вопросов к своему симбиоту.

- И снова привет, - сказала мысленно, вызывая того на разговор.

- Слышались уже, - буркнул тот почему-то недовольно. – Чего тебе не спится-то? Завтра рано вставать.

- Ой, точно ведь, - ойкнула Анька, вспомнив, что завтра в 6.32 начинается летнее солнцестояние. И в этот магический день им с душой надо соединить амулет Велеса и талисман. – Заведу будильник. Все равно сама не проснусь.

Пришлось снова вскакивать с дивана, идти к столу и ставить в телефоне будильник на 6.00. Лучше все же пораньше, чтобы успеть проснуться. Хотя магией можно заниматься целый день. Но как сказал душа, лучше с самого утра. Вдруг что-то пойдет не так, а в течения дня можно будет косяки исправить. Если они поправимые. Потому что никто из них, ни Анька, ни сам Ермолаич, таким еще не занимались. Ермолаич только слышал от одного старого хозяина, как это делается, но сам не участвовал. Потому что его душа зародилась позднее, когда талисман уже включал в себя магию трех амулетов.

- Ты чего сердишься? – усаживаясь обратно, спросила Анька. – Все равно не усну, пока кое-что для себя не проясню.

- Я не сержусь. Я думаю, - ответил душа.

- Расскажешь? – беззаботно спросила Анька.

- Обязательно, - замолчал душа.

- А как Рыбич на местный пруд доберется? – спросила, не дожидаясь, когда тот выдаст ей свои думы. – У них что, подземные ходы или реки есть? – вспомнила, как о таком рассказывал Вова, искатель великого змея.

- Да уж доберется как-нибудь, - хмыкнул душа. – Небось, лазейки всегда есть. Не зря ведь он владыка всего рыбьего царства, так что вряд ли только в одном озере хозяйничает.

- Ну, это да, - согласилась Анька, обдумав слова собеседника. – Я вот читала, что главный в водоеме водяной. А о Рыбиче даже не слышала.

- Просто не сталкивалась еще. Потому что иерархия богов и полубогов, а также прочих мифических существ весьма строгая, - пояснил душа. – Как-нибудь на досуге почитаешь. Для нас с тобой, если честно, никакой роли это не играет. Потому что в первую очередь нужно решить сначала одну проблему, а затем и вторую.

- У нас только две проблемы? – удивилась Анька. – А я вот насчитала гораздо больше, - хотела перечислить, но ее прервал душа.

- Первоочередных две. Первая, - Аньке сразу представилось, как бородатый дедок, сидящий на пенечке у нее в голове, загибает пальцы на левой руке. – Увеличить наш энергетический потенциал за счет амулета Велеса. Технология неизвестная, так что проблемная. Но нужная. Небось, дядя Колядина после получения кольца Посвиста спит и видит, как меня у тебя отобрать.

- Так мы же все равно его сильнее, - фыркнула Анька, вспомнив как с трудом, но победила темного колдуна весной.

- Пока сильнее, но и то не факт, - стал пояснять ей душа. – Свою родовую ветвь Колядин тянет непосредственно от прадеда Владимира, родного брата твоего прапрадеда Константина. По силе, насколько помню, Константин был могущественнее. Ведь у него изначально был талисман, сочетающий силу Стрибога, Ярилы и Черного солнца.

- Ну, это понятно, - отмахнулась Анька, эту историю она уже знала. – Три силы гораздо больше одной. Математика.

- Ой, девка, смотрю, ты совсем позабыла, что мы с тремя-то еле с одним Посвистом справились, - укоризненно покачал головой. Анька прямо это почувствовала, и ей стало немного стыдно за свою браваду.

- Справились же, - буркнула, ничего не утверждая.

- Ага, - кивнул головой душа. – Справились. И то думаю по одной причине. Илларион мало что про свои истинные способности знал. И не усилил их дополнительными заклинаниями.

- А что так можно было? – заинтересовалась Анька, и ей почему-то стало страшно. Наверное, потому, что подумала о своей смерти, которая весной все же не случилась, хотя оказывается запросто могла. – Он что и с одной силой мог меня того?

- Мог, если бы заклинания использовал. Только, похоже, ему о них никто не поведал. И сдается мне, что его дядюшка руку к этому приложил.

- Ты так думаешь?

- А чего тут думать-то? Судя по всему, так и есть. Вот послушай, - и душа стал вкладывать Аньке свои мысли и основанные на них выводы…

От своего отца, колдуна Зингана, старший сын Константин в день своего совершеннолетия получил талисман огненного ветра, а младший Владимир – всего лишь кольцо Посвиста. Хотя и его не должен был иметь, потому как согласно семейным традициям все артефакты, усиливающие колдовские способности, передавались только старшему сыну. На том и держался весь род колдунов несколько веков – на могуществе старшего и почитании его младшими.

И потому никогда не было внутри рода распрей, которые случились потом от необдуманного решения Зингана. Ведь вместо того, чтобы соединить с талисманом кольцо Посвиста, он отдал его своему любимому сыну. Сыну второй жены Анфисы, на которой Зинган женился сразу же, как только схоронил первую, мать Константина. Вот Анфиса и прожужжала колдуну все уши, что их сын тоже должен стать могущественным чародеем. А Зинган рассудил, что хуже не сделает, если его младший сын тоже будет сильным.

- Папаша посчитал, вот как ты сейчас заявила, - кхекнул душа, - что при любом раскладе тройная сила больше одной. И Константину ничего грозить не будет.

- И что? Я не права? – Аньке было ужасно интересно послушать сказание о делах давно минувших дней, которые случились задолго до ее рождения, но не смогла удержаться, чтобы себя не выгородить.

- Похоже, у вас это семейное, - хихикнул душа. – Но тебе-то еще можно дурить по малолетству и бестолковости, а вот старому магу никогда. Потому что каждое действие имеет свои последствия. Не зря ведь в колдовском роду были строгие правила по наследованию артефактов. Учитывать это надо было старому пердуну, - замолчал душа, задумавшись.

- И что случилось? – подтолкнула в нетерпении Анька рассказчика. – Что дальше-то?

- А дальше как всегда. Распри да вражда…

Владимир, обретши силу Посвиста, решил через какое-то время, что ему ее маловато будет. Потому как видел, что мог делать старший брат со своей. Да еще и мамаша младшенького по ходу воду мутила. Как-то во время ночных утех выспросила у Зингана, как можно силу сына еще увеличить. А тот под пение ночной кукушки все и рассказал. Мол, есть еще заклинания, которые следовало отдать старшему сыну, да только сам он теперь его боится, потому и хранит в одном из семейных тайников.

- И как-то очень скоренько после этого разговора могущественный колдун помер от старости, - сделал заключение душа. – А после главой семьи стал Константин, но ненадолго, подписав себе смертный приговор, когда женился на первой красавице их села Варваре, твоей прапрабабке.