***

- Это ты здорово придумал, Андрей. Не забирать у них телефон оказалось отличной идеей, - проговорил пожилой седовласый мужчина средней полноты зычным голосом.

Он стоял к собеседнику спиной и смотрел в окно второго этажа великолепного двухэтажного особняка, построенного всего несколько лет назад, но повторяющего архитектуру старинного дома его прадеда Владимира с колоннами на первом этаже и двумя флигелями. Из родового гнезда мужчина давно переехал в Казань. Но когда возник вопрос о сносе старого строения, подключил все свои связи и сохранил барскую усадьбу. Теперь там музей помещичьего быта, в который он периодически отправляет экспонаты из университетского хранилища артефактов.

Именно в этом доме его друг-профессор, а по совместительству заведующий кафедрой истории Романовский, обнаружил талисман огненного ветра и прикарманил себе. Хорошо, что Илларион об этом рассказал дяде, иначе бы тот никогда не узнал о секретах, хранившихся в тайниках усадьбы. Только вот талисман вернуть не удалось. Девчонка оказалась из их рода, древнего рода колдуна Зингана, наследницей Константина, брата Владимира, и отлично освоила силу Стрибога, чего никто не ожидал.

Мужчина задумался о превратностях судьбы, гибели племянника и обретении новой опасной родственницы, разглядывая в окно зеленый газон и каменные дорожки. Ему очень нравилось приезжать сюда из шумной Казани, где он до сих пор работал в университете. Под окном копошился садовник и что-то делал на грядке с пионами, расцветшими огромными ярко-розовыми и белыми шапками. Красота неописуемая. А еще мужчине нравилось изображать из себя дворянина, одеваясь в уютную легкую куртку со стегаными лацканами и завязанную поясом поверх домашних льняных штанов белого цвета. Этакий писатель на даче в Переделкино, барин.

Услышав за спиной нетерпеливое покашливание, повернулся к собеседнику, все еще стоявшему у двери кабинета и не решавшемуся сесть за стол без приглашения.

- Не кряхти, - усмехнулся мужчина. – Я помню, что ты здесь. Задумался. Мне который раз не дает покоя вопрос, почему Илларион не смог с ней справиться. Ведь Романовский буквально перед их встречей отдал талисман девчонке. Она не должна была ничего знать и уметь. А тут такая сила. Как думаешь, Андрей, почему?

- Не знаю, - пожал плечами тот, задумчиво погладил левой рукой свою лысую голову, остановился на затылке, почесал его, затем поправил темно-синий галстук под воротничком белоснежной рубашки, одернул черный пиджак делового костюма и сказал в итоге. – Нет, не знаю. Я тут не специалист, я всего лишь начальник службы вашей безопасности, Викентий Павлович.

Он смотрел на своего работодателя и думал, как тот похож на своего племянника, который, насколько знал начбез, был настоящим колдуном. Такой же высокий, хотя чуть полноватый, с приятным умным лицом, за постоянной улыбкой которого не было видно его злых глаз, въедливо буравящих партнеров по сделкам. Андрей увидел в темно-карих почти черных глазах собеседника странные искорки и тут же отвернулся. Нет, дядя все же был не таким как племянник. Более могущественным, более хитрым и изворотливым, стремящимся к своей цели любой ценой. Однако не пускавшимся бездумно в очередную авантюру. Голова у него всегда была холодной. Он каждый раз тщательно продумывал ходы, особенно в сделках, касающихся нелегальных продаж антиквариата, находимого в археологических раскопках.

А тут еще унаследовал колдовскую силу племянника, после того как надел кольцо какого-то славянского бога. То ли Пострела, то ли Пострига, то ли еще кого. Ах да, Посвиста. Андрей один раз видел, что может сделать с природой хозяин, и окончательно перестал сомневаться в силе древних богов. Если раньше он полагался только на свое умение хорошо стрелять и отлично управляться с противниками в единоборствах, которыми владел в совершенстве, то сейчас эта вера в себя немного пошатнулась.

Викентий Павлович однажды решил показать ему силу магии. Зачем? Наверное, для того чтобы похвастаться или самому убедиться, что может справиться с напавшим на него специалистом без другого специалиста, то есть телохранителя. Сначала хозяин заставил Андрея накинуться на него и ударить кулаком. Но после каких-то манипуляций руками начбез был отброшен в сторону как мячик. А Викентий даже не прикоснулся к нему!

Затем Андрею пришлось напасть с ножом, но подойти к хозяину снова не удалось. Ураганный ветер сбил его с ног и, прокатившись по каменной дорожке к забору и изрядно отбив бока, он уселся на траву и, сложив крестом руки над головой, сдался на милость победителя. А когда изо рта Викентия стал вылетать туман и заполнять окружающее пространство, ему стало совсем неуютно и даже жутко. Он отлично помнил, как вздрогнул от страха, когда из тумана перед самым его носом появился хозяин и громко засмеялся как в фильмах ужасов «гы-гы-гы».

- Ну, как, напугал я тебя? – зычным басом загудел он при этом…

Андрей потряс головой, отбрасывая неприятные воспоминания, и спросил:

- А как с телефоном? Все получилось? Слышно, что она делает?

- Да, слышно. Ты отличный специалист, за что и ценю, - улыбнулся Викентий. – Наконец-то телефон Иллариона дошел до нее. Зря я так долго ждал, думал, что все само разрешится. Считал, что этот идиот отдаст его сам. А он прикарманил, вот ведь прохвост. Пришлось подтолкнуть и заплатить немного, чтобы он вернул гаджет девчонке. И теперь я постоянно слежу за ней, как раньше за Илларионом. Программка просто супер.

- Ну так, - теперь улыбнулся и Андрей, ему была приятна похвала хозяина.

- А ты чего стоишь? Присаживайся, в ногах правды нет, - Викентий только сейчас милостиво пригласил начбеза за стол.

Ему нравилось изображать радушного хозяина, однако при этом всегда держал дистанцию, нередко заставляя подчиненных подолгу стоять перед собой. Он подошел к большому письменному столу, сделанному на заказ из беленого дуба с инкрустированной дорогими сортами деревьев столешницей, и сел в бежевое кожаное кресло. Оглядел шкафы из такого же беленого дуба, заставленные книгами, в большинстве своем раритетами прошлых веков. Его взгляд остановился на любимом фолианте. Особой его гордостью был сборник произведений Лермонтова, изданный еще при жизни писателя. Книга стояла на центральной полке не переплетом к стеклу, как остальные, а всей светло-синей обложкой с золотыми вензелями.

Викентий перевел взгляд от шкафа на собеседника и продолжил:

- Но интересного мало. В основном переговоры с подружками и болтовня с парнем. Единственное, что действительно меня заинтересовало, это происшествие на пасеке, в которое она оказалась втянута вместе с другой девчонкой. Из последнего разговора с каким-то Сашей, судя по всему полицейским, я узнал, что дело связано с магическими знаками. Вот, послушай сам, - он протянул начбезу миниатюрный диктофон. – Я тут скопировал для тебя основное.

Тот взял гаджет и хотел включить, но Викентий его остановил:

- Потом, Андрей, без меня. Я уже все слышал. А к тебе в связи с этим будет поручение. Быстренько подключай свои старые связи в полиции, и чтобы дело пасечника было у меня на столе через день-два. Сдается мне, что там не все чисто. А если в деле замешана магия, то неплохо было бы оценить – в помощь она мне или нет.

- Хорошо, я понял, - ответил, вставая, начбез. – Я свободен?

- Да, действуй, - согласился Викентий и крикнул в уже закрывающуюся за собеседником дверь. – Но чтобы в ближайшее время!

Посмотрел на средний палец левой руки, на котором красовалось серебряное кольцо с затейливыми вензелями, по переплетениям которых знающий маг сразу узнавал, с кем имеет дело, и снова задумался. Он был Стрибожьм потомком, ведущим свою ветвь от сына Стрибога Посвиста, обладающего способностью управлять темными ветрами и бушующими стихиями. А теперь стал и владельцем силы древнего бога. Причем с момента переплетения его души и души кольца внутри потомка заметно прибавилось темноты. И как думал Викентий, в мире магии осталось совсем мало соперников, способных с ним справиться, если бы не эта девчонка со странным именем Анна-Мария.