— Я видел его в глазах Лиссы так же четко, как тебя сейчас, — настаивал Джаспер.

  — Куда же он подевался? Я ничего такого не заметил.

  — Ты же знаешь, ему требуется время, чтобы прижиться и проявить себя в полную силу. Иногда это занимает несколько дней, иногда недели. Но рано или поздно он возьмет свое.

  Энфирналы говорили так, будто меня нет в кабинете. Но это полбеды. Они говорили непонятно. Я слышала слова, но не улавливала суть. Мужчины определенно обсуждали мою скромную персону, но как-то странно. Речь шла не о том, что я наполовину существо. Так о чем они вообще?

  — Проверь ее, — предложил Джаспер. — И мы узнаем правду. Все просто.

  Лекс дернул плечом. Совет напарника ему не понравился. Но тут я, устав быть мебелью, решила вмешаться.

  — Что. Здесь. Происходит? — спросила весомо. — Будьте добры мне все объяснить.

  Минута тягостного молчания, и Лекс снизошел до ответа:

  — Джаспер заметил в тебе Мрак, — нехотя признался он.

   — Часть Грани? — округлила я глаза. — Ту самую, что делает вас энфирналами?

  — Именно, — через силу кивнул Лекс.

  — Я была около Грани. Может, прицепилось что-то. Но ведь это пройдет? — я не на шутку встревожилась.

   Особенно меня беспокоило выражение лица Лекса. Он смотрел с какой-то обреченностью. Как будто прощаясь со мной. Но я не неизлечимо больная!

    — Не переживай, — успокоил Джаспер. — Мрак не причинит тебе вреда. Он не убивает носителя.

  — Кого? — тупо переспросила я. Звучало так, будто внутри меня живет чужой из старого ужастика. Вот теперь и мне стало не по себе.

  — Мрак выбирает только тех, кто в состоянии его выдержать. Ты пока его не чувствуешь, но вскоре он даст о себе знать.

  — И что тогда? — прошептала я.

  — Ты станешь полноценным энфирналом, — хмыкнул Джаспер как-то безрадостно.

  Я перевела взгляд на Лекса. «Он ведь это не серьезно?» – спросила одними глазами, так как голос отказал. Не успела я смириться со своим происхождением, как свалилась новая напасть. Какое-то катастрофическое невезение. Перебор даже для меня.

  — Это еще надо проверить, — сказал Лекс. — Не факт, что в тебе есть Мрак.

    Он говорил, а я понимала – лжет. В первую очередь самому себе. Это называется «стадия отрицания». Вот у Лекса она самая.

    У энфирналов чутье, их не обмануть. Джаспер сразу уловил перемены во мне. Наверняка и Лекс их чувствует, просто не хочет признавать.

  — Так проверь, — я расправила плечи. — Прямо сейчас.

  — Ты еще слаба. Тебе нужен отдых, — попытался отделаться от меня Лекс.

  Показалось, дело вовсе не в заботе обо мне. Хотя она тоже имела место. Лекс как будто не хотел выяснять правду.

   Но я должна знать наверняка, а не мучиться догадками. Тогда я еще не понимала, что именно со мной произошло и какие будут последствия. 

  — Сделай, как она просит, — внезапно на мою сторону встал Джаспер. — Или я сделаю это сам. Она же не успокоится, пока не получит свое.

   Я часто закивала, подтверждая слова хладнокровного. Не успокоюсь, и не надейтесь. Буду ходить за ними и ныть, пока не сделают по-моему. Техникой мотания нервов я владею в совершенстве. У меня в ней черный пояс.

   — Хорошо, — сдался Лекс под двойным давлением, а потом предупредил меня: — Но будет больно.

  — Я потерплю. Скажи, что делать.

  — Просто дай мне свою руку.

  Я протянула правую руку ладонью вверх. Лекс, тем временем, вытащил из ящика стола канцелярский нож. Небольшой, но острый. Продезинфицировал его спиртным, бутылка которого нашлась в мини-баре. После, захватив чистую пепельницу, он направился ко мне.

     Появилось нехорошее предчувствие, что меня будут резать. Но отступать было поздно. В конце концов, Лекс предупреждал, что проверка – неприятная штука.

  — Это самый быстрый и простой способ выяснить есть ли в тебе Мрак, — пояснил Лекс, придвигая стул к креслу, где я сидела.

  Энфирнал устроился напротив и взял меня за руку. Его пальцы сомкнулись вокруг моего запястья. Едва мы соприкоснулись, как мой пульс подскочил. Лекс это почувствовал.

  — Не бойся. Я буду осторожен, — он решил, что мой сердечный ритм зашкаливает из-за страха.

   Но причина была в другом – в его прикосновении. Каждый раз, когда Лекс дотрагивался до меня, со мной творилось что-то невообразимое. Во мне буквально взрывалась гормональная бомба, и я ничего не могла с этим поделать. Реакция моего тела на этого энфирнала не поддается контролю.

  — Расслабься, — Лекс легонько встряхнул мою руку.

   Надавил большим пальцем на ладонь и помассировал. От этого нехитрого движения я растаяла как мороженое на солнце. Еще немного и стеку лужей к его ногам.  

    Лекс добился своего – лишил меня бдительности. Забыв, что это вообще-то проверка, я смотрела в его глаза, не мигая. Они были абсолютно черные. Я помнила, что это означает.

  Я настолько увлеклась, что, ощутив боль, даже не сразу поняла, где ее источник.

  — Ой! — я дернулась и перевела взгляд на свою ладонь. На ней зиял глубокий порез. Лекс ранил меня канцелярским ножом.

  — Прости, — сказал он. — Крови надо много. Сожми руку в кулак и занеси над пепельницей.

  Я сделала, как он велел. Моя кровь быстро наполнила пепельницу, после чего Джаспер протянул мне упаковку стерильных салфеток, чтобы я зажала рану. Я и забыла, что он тоже в кабинете.

    — И что теперь? — поинтересовалась я, глядя на пепельницу в руках Лекса.

   Она была полна моей кровью до краев. Мы словно собрались провести какой-то древний жуткий ритуал. Не скажу, что мне это нравилось.

  — Дай мне зажигалку, Джаспер, — попросил Лекс.

  Магическая зажигалка отличалась от обычной. Она была проще в обращении. Не надо было, щелкая, крутить колесико. Достаточно нажать на кнопку сбоку, и магический огонь запылает ровно и ярко, а главное – никакому ветру его не затушить.

   — Ты будешь поджигать мою кровь? — я с интересом наблюдала за действиями Лекса. — Кровь вообще-то не горит.

  — Вот и посмотрим.

   По тому, как напряженно звучал его голос, я поняла, что шутки закончились. Видимо, это она и есть – проверка. Все, что было до этого, лишь подготовка.

   Затаив дыхание, мы с Джаспером следили за Лексом. Джаспер заглядывал ему через плечо, а я сидела прямо напротив, что называется, в первом ряду.

   Лекс наклонил зажигалку, и магическое пламя лизнуло мою кровь. Вопреки ожиданиям огонь не погас, а кровь – невероятно! – загорелась. Я рот открыла от удивления. Впервые вижу подобное.

   Кровь горела необычным, сиреневым пламенем, а еще она дымилась. Черный густой чад поднимался от пепельницы. Он дрожал и извивался, словно живой. Мне чудились в нем грозовые всполохи и буйство стихии.

   Я невольно отшатнулась, когда странный дым потянулся в мою сторону, и глянула на Лекса. Наши взгляды встретились. Я смотрела в его глаза и видела, как в них гаснет жизнь. Они снова стали пустыми и равнодушными. Я так долго боролась за эту искру, что едва сдержала слезы. Я сразу поняла – произошло что-то плохое.

  — Довольно, — Джаспер отобрал у Лекса пепельницу и накрыл ее ладонью, гася пламя. — Мы увидели достаточно.

  — Что это было? — почему-то шепотом спросила я.

  — Кровь, естественно, не горит, — пояснил Джаспер. — А вот Мрак очень даже горюч. По сути, единственное, чего он боится, – это огонь. Извечное противостояние тьмы и света, знаешь ли. Именно это ты сейчас наблюдала – как горит Мрак. А это означает, что он есть в твоей крови. Ты – энфирнал, Лисса.

   Лекс отвернулся от меня, встал и отошел в дальний конец кабинета. Он словно подчеркивал расстояние между нами. Все, мы не вместе.

  Я мало что знала о Мраке и о том, как быть энфирналом, а главное о том, чем мне это грозит. Но реакция Лекса здорово меня напугала.

  — Выйди, Джаспер, — попросила я хрипло.

   Удивительно, но хладнокровный не спорил. Направился к двери и, прежде чем шагнуть за порог, нажал какую-то кнопку, затемняя стеклянные стены кабинета. Теперь нас не увидят в общем зале.