Продолжить разговор нам не дали. Сначала я, было, думал, что нам придётся долбить стену дома вручную, но, как оказалось, я ошибся. Обязанности среди рабов были чётко распределены. Одни невольники ломали кирпич, другие очищали его от остатков цемента, оставшиеся грузили добытый строительный материал в грузовик. Судя по всему, такая работа была для невольников привычной, иначе, как объяснить, что на месте одного из подъездов пятиэтажки не осталось ничего кроме груд мусора?

Взявшись за лопату, мой напарник принялся загружать этот хлам в носилки.

Предвосхищая мой незаданный вопрос, он прошептал:

- Повезло нам, сегодня будем подсыпать дорогу.

Мелкая каменная крошка, фрагменты цемента и прочий хлам не лучший материал для того, чтобы с его помощью латать многочисленные выбоины на дорогах форта, но мой напарник был иного мнения. Делая очередной рейс и высыпая содержимое носилок в глубокую лужу, я оглянулся. Убедившись, что поблизости нет ни одного из конвоиров, я не удержался от вопроса.

- Слушай, Оглобля, а какой в нашей работе смысл?

- Смысл? - переспросил удивившийся сути вопроса раб. - Смысла тут нет, главное, что есть работа и паёк. Штуцер, вот тебе мой совет. Забудь, что было там, за стенами этого форта. Чем быстрее ты примешь сложившуюся ситуацию, тем лучше.

- Это ещё почему?

- По кочану. Будешь забивать себе голову посторонними мыслями - только сильнее устанешь. За тех, кто плохо работает, отдуваются другие члены бригады, так что, хорош трепаться, береги силы. День только начался. И вообще, лучше почаще отключай голову. Как по мне, ты слишком много думаешь. Работа у нас, конечно, однообразная, но это куда лучше, чем участвовать в охоте.

Послышался тихий предостерегающий свист, источником которого оказался Сиплый. Кивнув вопросительно посмотревшему на него Оглобле, он подал какой-то знак и продолжил грузить в носилки каменную крошку.

- Приплыли, - прошептал Оглобля.

- Что случилось? Ты можешь толком сказать.

- Позже, а пока молчи, и не вздумай отвечать на его подначки.

- Ты о ком? Какие ещё подначки?

- Тсс, к нам Вонючка идёт, - произнёс Оглобля и кивнул куда-то в сторону.

Тощий парень, один из шестёрок Дикого, приблизился и издевательским тоном произнёс:

- Надо же, а я гадаю, кто это у нас тут. Никак, новичок? - Притворно шмыгнув носом, словно принюхавшись, шестёрка ехидно произнёс;

- Свежачок.

- Шёл бы ты своей дорогой, Вонючка. Тебе тут не рады, да и новичок уже в бригаде Старого.

- А ты, Оглобля, не лезь, я не с тобой, а с новичком говорю. Да и кто в чьей бригаде решает Дикий.

- Ну так сходи к нему и узнай, - миролюбиво предложил Оглобля.

- Обязательно схожу, вот только с новичком поболтаю и обязательно схожу, - пообещал шестёрка. - Ну так что, парень, как там тебя? Штуцер, кажется. Чего молчишь? Или не желаешь подзаработать?

- Ну а кто же не желает? - принял я игру, предложенную собеседником. - Только я не по этой части, так что отвали.

- Это по какой ещё не этой части? - не понял Вонючка и суетливо облизал губы.

Оглобля сдержанно хрюкнул, пытаясь унять рвущийся наружу смех.

- Юморишь, значит, ну-ну, - сквозь зубы произнёс Вонючка. – Посмотрим, как ты запоёшь, когда Дикий назначит тебя на охоту.

- Не пугай, пуганый уже.

- Даже так, ну ничего, через день-другой ты передумаешь. При любом раскладе предложение босса всё ещё в силе. Надумаешь - дай знать конвоиру, он тебя отведёт к восьмому бараку.

Развернувшись, Вонючка поспешил к сидевшему чуть поодаль Дикому.

- Красиво ты его отшил, но он тебе это припомнит, потому он и Вонючка.

Вляпаешься один раз, а амбре тянется ещё долго. Мстительный он и злопамятный, в другом месте его бы давно порешили, а тут его спасает авторитет Дикого.

- И чего мне теперь от него ждать?

Оглобля пожал плечами.

- Вонючка специалист по части подлянок, так что сказать что-то конкретное я тебе не смогу. Всерьёз гадить он не станет, но если останешься один, наверняка отправит Шпалу, чтобы тот с тобой поболтал. Ну а там вариантов не много. Если Шпала тебя покалечит, придётся искать для тебя Микс. А это расходы. Наш мы уже потратили, а, значит, иного варианта, кроме как идти на поклон к Дикому, у тебя не останется. Калеки тут никому не нужны. Никто не станет держать в своей бригаде увечного. Калека - это обуза для бригады, таких или добивают свои же, или забирают на корм культисты.

Работа, какой бы бессмысленной она тебе не казалась - это возможность жить. Если ты продолжаешь работать, то тебя никто и не подумает отправить на охоту или отдать на прокорм обитающей в подземелье твари.

- А кто определяет, полезен ли раб или пора пустить его в расход? - задал я животрепещущий вопрос.

Оглобля хмыкнул и пояснил.

- Норма у всех своя, а тянуть лямку за другого - значит надорваться раньше времени и отправиться на корм обитающей в подземелье твари. Работай со всеми наравне, Стахановцев тут нет. Начнёшь рвать жилы, культисты заметят и начнут с нас требовать больше.

- Понял. Ещё вопрос. Выходит, если получил травму и вовремя не закинулся миксом, культисты тебя кормить не станут?

- Всё так, - подтвердил мои выводы Оглобля. - Балласт сразу отправляется за борт. Так что не лезь больше на рожон, я тебя прошу. Просто, если тебя покалечат, и ты ради микса залезешь в долги, то гарантированно попадёшь на крючок к Дикому. Все местные поставщики у него под колпаком, и он попросту выкупит у них твой долг. А должников у него много. Ты, кстати, учти, вместо Шпалы к тебе могут подослать парочку-другую таких же должников из рабов. Большинство тут конечно доходяги, но мало ли. Да и за драки тут наказывают строго. Или позорный столб или карцер, что считай равно смертному приговору. Дикому, по большей части, насрать на то, чьими руками будет сделана вся грязная работа. Ему главное получить прибыль с боёв, и раз он тебя приметил, то не успокоится, пока не добьётся своего.

Я вздохнул.

- Ладно, Оглобля. Спасибо тебе за совет. Значит, придётся быть настороже, - усмехнулся я.

Оглобля пожал плечами.

- Не факт, что до этого дойдёт, но, в любом случае, я должен был тебя предупредить. Но ты не дрейфь раньше времени. Дикий со своими шестёрками конечно тут в почёте, но открыто против Старого он не пойдёт.

У Старого с ним нейтралитет, так что, если Вонючка подставится, то мало ему не покажется. В любом случае, лучше от нас далеко не отходи.

- Кстати об этом, а если я вдруг захочу поссать или еще чего. Охрана не станет палить мне в спину?

- Нет, пока ты не лезешь в места, куда рабам проход закрыт, тебя никто не тронет, ну а если вдруг попался, то молись, чтобы тебя не прикончили на месте. Таких мест в форте не так уж и много, на досуге я тебе их назову.

Главное - держись подальше от центральной площади.

- А что с ней не так?

- Да всё так, просто был случай, один из рабов забрался в многоэтажку у центральной площади. Ну, та, на которой у культистов висит огромный стяг. Не знаю, что этот бедолага там хотел найти, но его труп висел на площади до того самого момента пока окончательно не сгнил. Так что, думай сам. В общем, если решишь отлучиться по нужде, то не уходи слишком далеко. Таких работяг, как мы, обычно не слишком контролируют, разве что на масштабных работах, и то, чтобы мы тут друг другу глотки не порвали.

Так, за неспешными разговорами о местных порядках, мы проработали до обеда. Постучавший по рельсе Вонючка возвестил о перерыве в рабочем процессе. Убедившись, что все рабы оставили свой инвентарьон, поспешил к своему начальнику и принялся шептать ему что-то на ухо. Я, было, подумал, что мелкий урод жалуется на меня, но, перехватив взгляд главаря бандитов, понял, что ошибся. Небольшая группа женщин, возившихся у полевой кухни, вот что вызвало его интерес. Наверняка среди них есть новенькая, иначе, с чего бы он так оживился?

Заняв своё место в очереди, я подошёл к импровизированной раздаче.