Однако Омо-Т'ар уничтожил храм, чтобы секреты древних не вышли наружу. Хоть это едва не стоило жизни ему и отряду лучших воинов. Кто же знал, что взрыв локальной бомбы повлечёт за собой цепную реакцию и задействует столь мощную систему самоуничтожения ветхого святилища. Они еле жвала унесли с разрушавшейся планеты. Вот только подобный артефакт был не единственным в галактике. Старпом заметил, что кто-то заходил в базу данных корабля и считал карту древних храмов. Р'ур-Икст был уверен, что это дело рук Ни-р'ен. Однако вряд ли она знает, какое из строений в обширном списке артефактов имело нужные технологии. Вероятнее всего, они будут проверять всё по порядку. И если их опередить…

Но прежде чем Р'ур-Икст успел воплотить свои планы, на клановый корабль вернулся Омо-Т'ар, которому стало известно об угоне челнока Первого класса.

Старейшина едва успел сойти с трапа личного корабля, как ему уже обо всём доложил Кра'ир, старший смотритель ангаров. Настроение Омо-Т'ара и без того напоминало столбик ртутного барометра в дождливую погоду, а эта новость едва ли не привела его в бешенство.

Жёлто-коричневые глаза Старейшины цепко впились в невозмутимое лицо Р'ур-Икста, точно когти хищника в пойманную дичь. Однако старпом был готов к подобному повороту и вполне спокойно ответил:

— Разве не ты послал того новобранца отвезти уманку обратно к своим?

— Какого ещё новобранца?.. — не понял Омо-Т'ар.

Он едва обратил внимание на выжившего яутжа из первой группы Окроплённых, ведь все его мысли в тот момент занимала строптивая самка, которую ему так и не удалось спасти. Потеря Ни-р'ен всё же зацепила расчётливого Старейшину. Сейчас же, поднапрягши память, лидер клана наконец вспомнил зеленошкурого новобранца и прятавшуюся за его спиной уманку. Он ещё велел Ка'нору и Ре'шану сопроводить подозрительного яутжа.

— Разве я приказывал брать челнок Первого класса? — с раздражением фыркнул Старейшина.

— Я так не думаю, — вежливо чуть склонил голову Р'ур-Икст.

— Тогда почему ты их не остановил?

— Я был занят твоим спасением с К'сана-3. Разве я неверно расставил приоритеты? Тем более что за старшего там был Ка'нор.

— Немедленно вызови его сюда.

— Это невозможно. Ка'нор убит в поединке.

— В каком ещё поединке? Кем?

— Как я понял, О'рланом, — ответил Р'ур-Икст и пояснил: — Тем новобранцем, который должен был отвезти уманку.

— Вот к'житова уманка! — проворчал Старейшина. — Столько с ней проблем возникло.

«Хф-ф, знал бы ты, что это за уманка», — мысленно отметил старпом, но вслух говорить о перевоплощенцах он не собирался, решив держать линию, что ему ничего об этом не известно.

— Так корабль отследили по маячку? — уже спокойнее спросил Омо-Т'ар.

— Нет, так как маячок оказался блокирован.

— Что?! Да откуда взялся этот новобранец, жёсткотелый его подери?! — вспылил разгневанный Старейшина.

— За набор молодняка отвечал Гро'от. Но он погиб на К'сане-3, — всё также терпеливо ответил старпом.

Омо-Т'ар нервно повёл жвалами, готовый вновь взорваться, но всё же сдержался.

— Дай досье на этого новобранца.

Р'ур-Икст с готовностью принялся выполнять указание, заранее зная его результат.

— Вот. Последний набор. О'рлан – ремесленник из провинции Ирантор. Семьи нет. Работал на ферме, но решил стать воином, показал хорошие результаты, — прокомментировал Р'ур-Икст им же состряпанные данные, при этом он всё оформил от руки Гро'ота. Тот ведь уже не сможет подтвердить или опровергнуть данные.

— Ремесленник из захолустья? Фрх! А такое впечатление, что был каким-нибудь воином-элитой, — проворчал Омо-Т'ар, детально вспоминая ещё молодое, но уже не юное лицо яутжа, на рецепторах которого отсутствовали какие-либо награды. — Что ж, теперь я понял, что за яутжа устроил переполох на умановской станции.

— Ты о чём? — насторожился старпом.

— В Совет пришёл ультиматум от Объединённых миров. Земля снова обвинила нас в теракте на своей военно-политической базе.

— А в Совете что ответили?

— Как обычно: послали их ко всем жёсткотелым и напомнили им К'сан-3: уманы первые вторглись на нашу территорию.

— Эти события могут обострить ситуацию.

— Больше, чем есть, уже не обостришь. Совет, конечно, пообещал найти и наказать виновных, но вот когда – это уже вопрос времени.

— То теперь за нарушителем охотятся арбитры? — в голосе Р'ур-Икста промелькнуло беспокойство.

— Возможно. Как только установят этого самого нарушителя. Уманы не предоставили вразумительных данных, у них даже нет точного словесного портрета, не говоря уже о видеозаписи. А у наших арбитров и без мягкотелых дел полно. Так что вряд ли этим вопросом кто-то будет серьёзно заниматься.

— И что ты теперь намерен предпринять?

— То есть? — не понял Старейшина.

— Ну, если этот наш новобранец не вернётся, то будем его разыскивать?

Омо-Т'ар недовольно шелохнул жвалами, выражая озадаченность.

— Корабль, конечно, ценный. Не мешало бы его вернуть, — размышлял вслух Старейшина. — Но нам приказано усилить патрулирование. Я привёз зонды-маячки для контроля от вторжения. Отправишь команды для их установки в наиболее уязвимых участках.

— Хорошо. Я лично за всем прослежу.

— Да уж постарайся на этот раз, — с острой нотой щёлкнул Старейшина, намекая на оплошность старпома с угнанным кораблём. Р'ур-Икст с досадой заелозил максиллами, но сделал вид, что колкость не заметил.

***

Тем временем на борту челнока перевоплощенцев атмосфера достигла наивысшего накала. После первого ксенофильного эксперимента, последующие дни походили на какое-то безумие. Поиски древних храмов оказались начисто заброшены, а сознание двух компаньонов полностью погрузилось в страстный омут.

Орлан думал, что, заполучив наконец-то самочку, его хищная сущность удовлетворит свои инстинкты и успокоится, а вышло наоборот. Ему «сносило крышу» лишь от лёгкого намёка запаха Ни-р'ен, или едва её завидев. Впрочем, когда он её не видел, то его мучительно терзало изнутри, пока он снова не оказывался рядом с ней. Тогда его вновь накрывало неистовое желание, которое тут же передавалось самочке.

Орлан как-то поинтересовался у Ни-р'ен, насколько долго у их расы может длиться это любовное помешательство, на что самочка хитро улыбнулась и заметила:

— Обычно активность спадает после того, как оплодотворится яйцеклетка или пока партнёры по какой-то причине не разонравятся друг другу.

Орлан наигранно застонал, поняв, что они обречены сгорать в этом любовном безумии неопределённо долгое время. Вряд ли ему разонравится столь вкусная самочка. Разве только он вконец замучает Ни-р'ен, и она начнёт его избегать. Да вот только это тоже вряд ли случится.

Самка чувствовала себя немногим адекватнее. Орлан буквально гипнотизировал её необычным глубинным мурлыканьем, а его феромоны вводили Ни-р'ен в транс. Её завораживал пятнистый рисунок его рептильной кожи, восхищали грозные жвала, затягивал омут бездонных голубых глаз, таких необычных для расы яутжа.

Было немного странно видеть, что земная форма так реагировала на инопланетного представителя, который не являлся ей видовым сородичем. Но или это какой-то побочный эффект трансформации, или же особенность яутжа. Вот и напрашивалось объяснение, почему уманки западали на страшных инопланетных партнёров.

Орлан понял, что Хищники по своей натуре рьяные во всём: они на смерть сражаются в бою, настойчиво выслеживают дичь на охоте и самозабвенно ухаживают за самками, буквально забывая обо всём на свете. Ну прямо как токующие глухари.

Спецназовец хмыкнул от этого сравнения. Но тут же протяжно заскулил, одолеваемый навязчивым желанием немедленно видеть свою самочку. После тренировки на копьях, что они устроили в целях развлечения, утомлённая Ни-р'ен пошла принять душ. Но почему Орлан не может составить ей компанию?

Эта мысль лишь оттенком промелькнула в его сознании, а сущность яутжа уже мгновенно приняла решение, и, тенью скользнув к душевой, человекохищник тут же исчез за дверями. Раздался испуганный возглас девушки, потом слабый писк, томный стон и протяжное урчание довольного Хищника. Охотник настиг свою дичь, приступив к лакомой дегустации.