— Если понадобится – да, я готов убить Изморозь, — ответил Арбитр и добавил: — Но надеюсь решить этот вопрос более мирным способом. По крайней мере, попробовать…

Квант снова задумался, от чего кремовые чешуйки на его лбу потемнели, приобретя оливковый оттенок.

— Но повторной попытки не будет. То, что случится – уже не изменишь, — заметил Квант.

— Я понимаю, — щёлкнул Шелест.

Малёк кивнул.

— Хорошо. Тогда всё теперь зависит от тебя. Не забывай о времени. События должны совпадать. Много отклонений – непредсказуемое будущее.

И малёк исчез, точно выключенная голограмма, растворившись в пространстве.

Шелест напряжённо вздохнул, потерев пальцами лоб. Он впервые чувствовал столь огромную ответственность на своих плечах. Даже когда ему приходилось спасать правопорядок целой цивилизации яутжа, он не был так взволнован, как сейчас. Ведь сейчас от его действий зависела жизнь самого близкого существа. И он невольно опасался, что из-за малейшей ошибки страшное будущее может повториться.

— Так, спокойно. Ещё есть время. Я всё исправлю, — твёрдо заверил себя Шелест.

Первым делом он решил найти Изморозь, эту главную угрозу жизни Бирюзы. Но, к его разочарованию и досаде, самка как в чёрную дыру провалилась. Время неумолимо приближалось к критическому моменту, а поиски коварной Воительницы не приносили результатов. Она не зря считалась лучшим арбитром, за что Шелест её ценил и не раз использовал её профессиональные качества. Теперь же всё умение Изморози развернулось против самого Главного силовика.

А возможно, то, что Квант сообщил Шелесту будущее, уже в какой-то степени изменило его ход, внеся в историю непредвиденные нюансы.

В итоге Арбитру ничего другого не оставалось, как пустить всё на самотёк и ждать запланированного появления Изморози. Это усложняло его задачу, ведь так шансы на благополучное решение ситуации сводились почти на нет.

Он даже подумал последовать совету Кванта и отказаться от Бирюзы. Но понимал, что это вовсе не выход. Если Изморозь решила убить Бирюзу, она сделает это в любом случае. Раньше или позже, но угроза по-прежнему останется. Пока её не устранить.

Он готов был жёстко осудить Изморозь за убийство, которое она ещё не сделала, но непременно совершит. Было ли это справедливо? Не претило ли закону? Шелеста это не беспокоило. Для него главное – сохранить жизнь Бирюзе. Даже вопреки Закону и Кодексу Чести.

***

Итак, всё началось с момента публичного объявления Бирюзы своей избранницей.

Когда Шелест вновь увидел дочь Ликвидатора, то на какой-то момент невольно оторопел, ощутив себя вне пространства и времени. Одно дело – увидеть любимую самочку после трёхдневной разлуки, и совсем другое – после того, как она умерла на твоих руках.

Шелесту потребовалось немалое усилие, чтобы вести себя непринуждённо. Хотя напряжение в его глазах не исчезло, затаившись где-то в уголках. Он машинально скользнул взглядом по дальнему периметру зала в поисках возможного присутствия Изморози. Он чувствовал, что она где-то недалеко, затаилась, наблюдает, планирует свою жуткую месть.

Однако время не позволило сосредоточиться Шелесту на поиске преступницы, заставляя повторять уже известный ему сценарий будущего. Сейчас он должен наградить Бирюзу и объявить её своей избранницей. Волнующий момент, который обладал теперь особым эффектом. Он ощутил едва ли не физическую боль, вновь прикоснувшись к самочке. Пришлось напрячь всю силу воли, чтобы не потерять над собой контроль. Мучительная роль актёра, которому приходилось импровизировать на ходу. Если он совершит ошибку – расплата за неё будет ужасной.

День пролетел в кошмаре дежавю, с каждой минутой приближая кульминацию страшной драмы. В отличие от предыдущего раза, что он уже прожил в сновидении, сейчас Шелест чувствовал себя более чем напряжённо. Знание будущего давило на плечи, а неотвратимость повторявшихся до мелочей всех событий едва ли не приводило в отчаяние. Конечно, он знал, что в доме Легендарного Бирюза в полной безопасности. Но этот вечер не мог длиться вечно. Они должны будут вернуться в особняк Шелеста, где всё произойдёт с неотвратимостью злого Рока.

А ещё малыш Квант, который сейчас был до невозможного реален, в отличие от предыдущего раза, где он служил всего лишь фрагментом видения. Шелеста буквально начинал выводить из себя его пристальный взгляд охотившейся змеи. Арбитр старался делать вид, что у него всё под контролем, но это было далеко не так. Впервые Главный силовик был не уверен в правильности выбранных действий.

— Тебе лучше её оставить, — внезапно заметил малёк, когда они случайно оказались одни. Шелест вышел на минуту на балкон, а Квант тут же к нему присоединился.

— Я сказал, что смогу её защитить, — возразил Арбитр.

— Но времени мало, а угроза не исчезла. Наоборот: усилилась. Бирюзе осталось жить всего несколько часов. Оставь её здесь. Откажись от неё, пока не поздно.

— Ты же знаешь, какой стресс в таком случае переживёт твоя сестра. Нет, я не могу с ней так поступить.

— А дать ей погибнуть ты можешь?

— Я её спасу, — упрямо щёлкнул Шелест, устремив напряжённый взгляд на видневшиеся на фоне заката тёмные контуры домов.

— А если нет?

Арбитр перевёл внимание на настырного малька. Кажется, эти золотистые глаза на хамелионистой светлой мордашке будут преследовать его в ночных кошмарах.

— Изменив события, ты можешь с уверенностью предсказать новый сценарий будущего? — внезапно спросил силовик.

Малёк задумался, отведя мерцающий взгляд в сторону.

— Обычно я вижу видения и чувствую угрозу…

Шелест присел перед яутжёнком на корточках, заставив того вновь посмотреть ему в глаза.

— Если Бирюза останется сегодня здесь, это не остановит Изморозь. Выбирая цель, она всегда идёт до конца. Мы можем и не узнать её следующий шаг, ведь будущее и так уже изменилось.

— Ещё нет.

— О нём знаю я, значит, изменилось.

— Это не изменение будущего, — возразил Квант.

— Хочешь сказать, я должен был узнать, что произойдёт? — спросил Шелест с лёгкой растерянностью.

— Вот вы где, — внезапно прозвучал голос Бирюзы. Шелест поднялся на ноги, и самочка обняла его за плечи. Она бросила взгляд на Кванта и игриво спросила у избранника: — Что тебе этот маленький озорник уже обо мне наговорил?

Яутжёнок молча развернулся и покинул балкон, а Шелест с внешней беззаботностью проурчал:

— Сказал, что ты самая прекрасная самочка на свете.

Бирюза удивлённо изогнула изящные надбровные дуги, хлопнув длинными ресницами.

— Неужели? А выглядел он каким-то раздосадованным. И в твоих глазах улавливается напряжение. — Бирюза попыталась заглянуть в лицо Арбитра, но тот отвёл взор в сторону. Шелест улыбнулся.

— Тебе показалось. — И чтобы избежать дальнейших расспросов, он перевёл внимание любимой на другую тему, предусмотрительно уведя её с балкона. Ведь Изморозь была хорошим снайпером.

История продолжала воспроизводиться в известном Шелесту сценарии, не упуская ни одной детали. Вот уже Арбитр прибыл со своей молодой женой в загородный особняк, который, вместо счастливого домашнего очага, превратится в могилу его любимой самочки.

Всё повторялось. Тот же вечер, счастливая Бирюза на его руках, стены собственного дома, проплывавшие мимо колонны галереи, двери… Пожалуй, Шелест выглядел несколько напряжённым и взволнованным. Но это внешне казалось вполне объяснимым. Только трепет, охвативший его тело, имел иную природу.

Шелест не мог избавиться от ощущения, что добровольно сам несёт любимую на жертвенный алтарь злого Рока. Осознанно подвергает её опасности. Ему неудержимо хотелось покрепче ухватить Бирюзу и броситься с ней отсюда прочь. Укрыть от всего мира, спрятать от неминуемых бед и предсказаний, мрачными тенями подступавших со всех сторон.

Это ощущение было настолько сильным, что он даже невольно приостановился.

— Что-то не так? — спросила Бирюза, уловив его беспокойство.