— Лучше тебе быть покладистым, если не хочешь, чтобы твою самку разобрали по косточкам на трофеи.

— Где она? — рыкнул Шелест, не спеша отпускать своего заложника. Второй стражник успел подняться и отошёл подальше в сторону.

— Спросишь об этом Госпожу, — коротко щёлкнул берсеркер и с насмешкой добавил: — Если, конечно, у тебя ещё будет такое желание после встречи с ней.

Шелест недовольно дёрнул жвалами и резким жестом отбросил заложника. Потом Арбитр поднялся на ноги и позволил вывести себя из камеры. В коридоре он приостановился, жмурясь от освещения. Не то чтобы яркого, но привыкшие к мраку глаза раздражало. Арбитр машинально нюхнул воздух, надеясь уловить хоть оттенок запаха Бирюзы. Безрезультатно. Его напарницы поблизости не было.

— Веди себя хорошо, и тогда твоя самка не пострадает, — на всякий случай проурчал берсеркер, видя непримиримый блеск в глазах пленного. Шелест не удосужился ответить и молча направился за конвоиром.

Арбитра привели в просторную комнату, которая, тем не менее, не была залом для приёмов или чем-то в этом роде. Скорее напоминала частные апартаменты для личных встреч. Здесь даже стояла богато застланная мехами широкая тахта, прямо намекая, какого рода беседы тут чаще проводились. Вокруг постели располагались массивные квадратные колонны с золотой росписью. Второй их ряд опоясывал комнату по периметру, оставляя возле стен проход метровой ширины, из-за чего в пространстве возникало много теней, разрезавших тусклый свет от красноватых светильников бра. Помещение изобиловало дорогими шкурами и шелками, указывая на пристрастие хозяйки к роскоши и уюту.

— Так ты и есть Главный Арбитр? — внезапно проурчал самочий голос. Из-за колонны вышла почти обнажённая берсеркерша-полукровка. Её чёрную шкуру с красным узором прикрывали только многочисленные украшения из золота и драгоценных камней. — Снимите с него оковы, — приказала она стражникам.

— Моя Госпожа, я бы не советовал этого делать. Он очень опасен, — почтительно склонив голову, щёлкнул командир стражников.

— До'гатт, я не спрашивала твоего совета, а приказала выполнить моё распоряжение, — жёстко ответила самка.

— Да, моя Госпожа. — Стражник-берсеркер отстегнул оковы Шелеста, тут же приготовившись отразить атаку пленного, но Арбитр даже не шелохнулся, сохраняя полное спокойствие.

По молчаливому жесту самки, стража отступила назад, тогда как сама предводительница изгоев подошла к Шелесту ближе, с интересом его рассматривая.

— Хф-ф, ты выглядишь как-то странно. — Её рука коснулась плеча Арбитра. — Шкурка гладкая, как у подростка, но ты не юн. Рецепторы без наградных колец и заклёпок, как будто ты отступник, а не силовик… — Её пальцы дотронулись до коротких дредов яутжа, на которых после купания в кислоте порастерялись все аксессуары матёрого воина. Шелест строптиво дёрнул головой в сторону.

— Помилуй, самочка, ты меня с кем-то путаешь, — наигранно проурчал Арбитр. — Я простой яутжа, провинившийся перед кланом, за что был изгнан и случайно потерпел крушение на этой планете.

— Складно мурлычешь, — хмыкнула берсеркерша, не сводя жёлтых глаз с пленника. — Только твоя мордашка столь же популярна, как и Совет Старейшин. И крушение потерпел наш челнок. Ты его захватил со своей подельницей. Мне всё прекрасно известно. И твою биографию я знаю. Знаменитый Шелест, которого не одна самка пыталась заполучить в свои коготки. Но ты ловкий.

Арбитр промолчал, и берсеркерша с интересом провела ладонью по его шкуре, на которой отсутствовали шрамы. Шелест не отреагировал, только его носовая складка презрительно дёрнулась.

— Регенерантом слишком увлёкся? Или какую-то медпроцедуру специально прошёл?

«Кислотная река и вулканический пепел», — мысленно фыркнул Шелест, а вслух коротко рыкнул:

— Где моя напарница?

— Та мелкая особь, что была с тобой? Хф-ф, придётся тебе о ней забыть. Теперь я буду твоей спутницей. Если, конечно, ты мне угодишь.

Шелест поморщился, уловив, как усилился малоприятный запах берсеркерши.

— Ты не в моём вкусе.

— Неужели? А так? — Самка внезапно взяла висевший на её поясе уже знакомый баллончик и распылила его содержимое прямо в жвала Арбитра.

Шелест закашлялся, ощутив, как ему стало трудно дышать, однако он быстро постарался справиться с недугом.

— Теперь я тебе нравлюсь? — спросила самка.

Арбитр оскалился в хищной ухмылке и тут же мягко мурлыкнул:

— Ещё как нравишься! Ты восхитительно-прекрасна! — Его рука нагло скользнула на талию берсеркерши и резким движением притянула её ближе.

Стоявшие чуть в стороне стражники даже не шелохнулись. Видимо, подобные картины для них были привычны.

— Мр-ф, тогда покажи мне, на что ты способен, — проурчала берсеркерша, обнимая яутжа.

— С удовольствием, — мурлыкнул Шелест, лаская пробежав руками по телу самки. Та томно заурчала. — Только у меня есть маленькая просьба. — Он мило улыбнулся. — Прикажи привести сюда мою напарницу.

— Это ещё зачем? — насторожилась берсеркерша.

— Ты же хочешь, чтоб между нами всё было по максимуму? — Коготь Шелеста ласково прошёлся по пятнистой скуле самки. — А меня невероятно заводит присутствие бывших.

Берсеркерша хитро ухмыльнулась, поняв, что яутжа имел в виду.

— А ты озорник.

— Ещё какой. Но уверяю, тебе понравится.

— Хорошо. — Берсеркерша кокетливо изогнула максиллу, а потом приказала стоявшим рядом воинам охраны: — Приведите сюда пленницу.

Стражники кивнули и вышли из комнаты.

Предводительница изгоев нетерпеливо скользнула всем телом к Шелесту, протянув наглые ручонки к его набедренной повязке, но яутжа вежливо её удержал.

— Не стоит спешить. Ведь у нас есть масса времени, чтобы без суеты вкусить всю прелесть друг друга. — Он скользнул пальцами по её рукам, в игривом жесте отведя их в сторону от своего тела.

— И ты со всеми такой неспешный? — немного нервно усмехнулась берсеркерша, но покорно позволила яутжа управлять собой. Шелест обошёл партнёршу со спины.

— Скорее искусный. Ты же хочешь узнать, за что меня ценят другие самки? — Его руки снова опустились на её талию, погладив пышные бедра.

— Мр-ф, ты меня интригуешь, — с довольными нотами проурчала берсеркерша. Шелест склонился к ней через плечо.

— Тогда предоставь мне заправлять всем процессом.

В этот момент двери снова открылись, и стражники приволокли сопротивлявшуюся Бирюзу. Самочка была закована в своеобразные металлические стремена, которые не позволяли ей воспользоваться своей токсичной кровью. Увидев Шелеста, дочь Ликвидатора с надеждой ему мурлыкнула, прося о помощи, но Арбитр даже не повернул в её сторону головы.

— Привяжите её к колонне напротив кровати, чтобы она всё хорошо видела, — приказала предводительница.

Не понимая, что происходит, Бирюза снова попыталась вырваться, но безрезультатно. Когда стражники выполнили свою работу, они по приказу Госпожи покинули комнату, оставив её наедине с пленниками. Берсеркерша обернулась к Шелесту и обворожительно ему улыбнулась.

— Как видишь, я исполнила обещание. Твоя компаньонка здесь. Теперь ты должен хорошо постараться, чтобы я осталась тобой довольна.

— Обещаю, ты не пожалеешь, моя Госпожа, — мягко проурчал Шелест, склонившись к лицу берсеркерши. Кончики его жвал аккуратно погладили массивные мандибулы предводительницы изгоев.

Бирюза, наконец, догадалась, что здесь должно произойти, и в отвращении фыркнула, чувствуя, как её душу буквально переполнила обида и боль. Она совсем не ожидала, что Шелест её предаст. Самочка хотела отвернуться от безобразной сцены, но не могла даже повернуть головы. Единственное, что ей оставалось, это плотно закрыть глаза. Поэтому она не видела, как берсеркерша обняла Арбитра, а тот, лаская жвалами её клыкастое лицо, неприметно скользнул рукой к затылку партнёрши. Вторая его ладонь неторопливо пробежалась по открытой шее самки, и в ту секунду, как змеиный язык берсеркерши нетерпеливо устремился к яутжа, раздался резкий хруст. Глаза предводительницы потухли, застывшим взглядом уставившись на Арбитра. Но в лице силовика читался холодный приговор. Коварная самка даже не успела осознать, что с ней произошло, как её разум навсегда погрузился в смертельный мрак. Шелест небрежным жестом откинул бездыханное тело берсеркерши на кровать, презрительно фыркнув под жвала: