— Мама дорогая! На голограмме ты выглядел симпатичнее, — пробурчала Лекс, пятясь назад от мерзкого существа. Её пальцы напряжённо сжали древко копья, а вторая рука извлекла из-за пояса сюрикен. Резкий бросок, и раскрывшийся в полёте сверкающий диск срезал чудовищу единственный глаз, торчавший на макушке как перископ подводной лодки. — Но вот трофей из тебя получится отменный, — отметила Лекс. — Надеюсь, у тебя красивый череп, — добавила она, глядя на недовольно оскалившуюся огромную тварь.

Судя по количеству клювоподобных челюстей, оснащённых кучей мелких акульих зубов, череп монстра действительно будет выглядеть впечатляюще.

Лекс решила со зверушкой не церемониться и, вспомнив по схеме, где у монстра был мускульный мешок, заменяющий сердце, нанесла по цели удар копьём. Тварь взревела от боли, но вот помирать совсем не собиралась. Коротким жестом дёрнув древко, кух'кх отбросил копьё далеко в сторону и с вызывающим криком атаковал уманку. Лекс проворно увернулась от нападения, срезав ещё два метнувшихся к ней зелёных щупальца. Каково же было удивление мулатки, когда все отростки, что она отсекла, стремительно восстановились. А также быстро затянулась и кровоточащая рана на груди. Последним отрос перископ глаза. Он снова вытаращился на уманку с раздражающим равнодушием безмозглой твари.

— К'жит! Так у тебя суперрегенерация! — неприятно удивилась Лекс. — Теперь понятно, почему мне поручили добыть именно твою мерзкую голову… Суперрегенерация против суперрегенерации. Интересно, твои гены случайно не участвовали в создании «эликсира»? Нужно будет задать Стихии пару вопросов по этому поводу.

Теперь Лекс знала, как можно убить эту тварь. Проблема заключалась в том, что отсечь голову монстру было не так-то просто. Особенно если эту самую голову необходимо сохранить на трофей.

Внезапно щупальца чудовища схватили мулатку за руки и растянули их в стороны, блокировав запястные лезвия, чтобы Лекс не могла ими зацепить зелёные жгуты. Женщина беспомощно повисла перед жуткой мордой монстра, который с довольным видом поднял её на уровень своей зубастой головы. Зверюга с интересом посмотрела на безвольную жертву, ткнув третьим щупальцем в тело мулатки, точно покупатель в магазине, изучающий свежесть продукта.

— Полегче, осьминог-переросток! — возмутилась брюнетка, толкнув ногой мерзкий жгут. Затем она стукнула носком по пятке сандалии и активировала боковое лезвие поножи. Не зря Лекс обзавелась этим ноу-хау, долго объясняя Мерцающему, для чего ей нужны клинки на голенях. Изловчившись, мулатка зацепилась ногами за одно из удерживающих ее щупалец и с силой черканула по нему вооружённой ногой, тут же его обрубив. Освободив таким образом одну руку, брюнетка быстро извлекла наручные клинки и поразила другой жгут. Её летящее по инерции тело рухнуло в густой мох далеко от монстра. Зверь яростно взревел и, быстро отращивая себе новые конечности, бросился догонять сбежавшую добычу.

Лекс торопливо подскочила на ноги, лихорадочно разрабатывая дальнейшую стратегию. Она подняла руку и выстрелила в приближавшегося монстра ловчей сетью. Тенёта обхватили грузное тело, придавив к нему все щупальца. Это немного сдержало тварь, но не остановило. Более того, рассечённые щупальца упали в мох как нарезка стейков, а на их месте тут же отрасли новые жгуты. Сеть продолжала сдавливать слишком крупное для её размеров тело, и вскоре металлические ячейки исчезли в тучной плоти, что быстро вновь срослась.

— Надеюсь, твоему желудку не понравится такая «стринг-бэг»*, и у тебя пропадёт аппетит.

Но вот жажда убийства, увы, у монстра не пропала. Скорее наоборот, он стал ещё злее от неприятного дискомфорта внутренних органов, который устроила ловчая сеть.

Да, сейчас бы как никогда пригодилась плазменная пушка, но, по правилам охоты, её мулатке не выдали. Зато у неё была пара локальных бомб, что она получила в свой арсенал в качестве поблажки. Она, конечно, могла бы ещё использовать самоликвидатор, но тогда пришлось бы забыть о трофее, так как устройство разнесло б на атомы монстра и всю прилегающую округу. Нет, лучше бомбы.

Лекс посмотрела на два маленьких гладких шарика. Заряд их был невелик, максимум на десяток яиц жёсткотелых. Однако урон живучему монстру нанести они способны. Только как их закрепить на этой слизкой серой туше? Заряды имели магнитные присоски, но вряд ли у монстра внутренности металлические… Сеть! Если она недостаточно глубоко проникла в тело животного, то вполне возможно, что металлические ячейки смогут притянуть к себе бомбы.

«Эх, была не была». — Лекс активировала заряд и прицельно швырнула его в толстое брюхо кух'кха. А следом запустила вторую бомбу.

На секунду мулатка замерла, следя за полётом смертельных зарядов. Взрывчатка с глухим звуком плюхнулась в гибкую плоть, прогнув её своей увеличившейся за счёт движения массой, но тут же спружинила обратно. Лекс разочарованно замерла, однако, к её немалому облегчению, магнитные присоски всё же сработали, обнаружив под толстой шкурой металлическую сеть. Секунда, и произошёл мощный взрыв, окатив мулатку синим месивом. Скривившись от отвращения, Лекс стёрла с маски внутренности твари, и посмотрела на монстра. В её глазах появилось беспокойство, когда она увидела, что кух'кх не сдох, а начал стремительно регенерировать.

— К'жит! — выругалась раздосадованная уманка.

Пока тварь не успела восстановиться, Лекс схватила оставшийся у неё сюрикен и, подскочив к монстру, начала что есть силы рубить его по толстой шее, точно топором. Кух'кх попытался ей помешать, метнув к мулатке щупальца. Женщина проворно увернулась, в одном взмахе их тут же отрезав острой гранью сюрикена, и вновь с остервенением набросилась на уже начавшую подживать шею монстра. От непомерного усердия, сердце уманки готово было разорваться, а её лёгкие тщетно пытались наполниться кислородом. Тварь слишком быстро восстанавливалась, с каждой уходящей секундой забирая шансы на удачу. Но Лекс всё же повезло, и с последним ударом она отсекла зубастую пасть, которая безвольно щёлкая тремя челюстями, покатилась по бурому мху. Тело кух'кха обмякло и, последний раз дёрнувшись, тут же затихло. Монстр наконец-то оказался побеждён.

Лекс глубоко вздохнула и в бессилии рухнула рядом со своим трофеем, с трудом веря, что у неё всё получилось. Её тело настолько оказалось измождённое борьбой, что у женщины уже не осталось сил радоваться своей победе. Пытаясь унять нервную дрожь перенапряжённых мышц, мулатка приподнялась и села рядом с мёртвым чудовищем, которое теперь представляло из себя невообразимое месиво синего цвета.

«Нужно прихватить образец тканей для Стихии, — подумала Лекс. — Её должно заинтересовать».

За спиной женщины послышалось тихое стрекотание. Мулатка вздохнула и, не оборачиваясь, заметила:

— Специально ждал, когда я закончу?

— Это же твоя охота, — мурлыкнул Мерцающий, присев рядом с уманкой. — А вмешиваться в чужую охоту не принято.

— А если бы эта тварь меня разорвала?

— Но ведь не разорвала же.

Лекс фыркнула и молча отвернулась, тогда как Мерцающий легко провёл когтем по её не скрытой броней руке, стирая синюю слизь.