Ребята, по моей личной просьбе, поймали и связали для меня одного мертвеца. Я пристально смотрел на него, буквально гипнотизировал взглядом. Однако, ничего не вышло. Я даже не знал с чего начать. И как Сагад это делает? И делает ли? Кто знает, может Кирюха лишь нагнал про мертвецов, что слушались его дружка. Вряд ли.

Я сидел, стоял рядом с ним. Тыкал пальцами и много думал. Были бы бубны, устроил бы не хилую свистопляску рядом с ним. Всё было тщетно. Ребята уже начинали раздражаться и подгонять меня. Ну оно и понятно, нам ехать нужно, а я тут клоунаду устроил.

Кирюха, всё это время наблюдая за мной, наконец подошёл, да не просто так, а с дельным советом.

– Попроси Зверя о помощи. Я думаю именно так, он связывался с ними.

Эта идея показалась мне насколько гениальной и идиотской одновременно, что я мог только хлопать глазами.

– А если не удержу? – понуро спросил я.

– Разнесём тебе черепушку. – подмигнул он, и вернулся на исходную позицию.

Вот что-что, а обнадёживать он умел.

Я встал напротив мертвеца и закрыл глаза. Всеми фибрами души, обращаясь к Зверю. Я почувствовал, как холод пробежал по спине. Я не хотел потерять свою человечность, но в то же время понимал, что без него, мне не справиться с предстоящим. Я вздохнул, собрался с духом и решил. Если это единственный способ стать сильнее, то я готов рискнуть.

Сначала ничего не происходило, но чуть погодя, я ощутил такой прилив силы и ярости, что сразу понял. Он откликнулся на мой зов.

Со страху открыл глаза, боясь оказаться во тьме, но нет, всё было по-прежнему. Светило солнце, а передо мной, мой мёртвый пленник.

– Помоги. – произнёс я одними губами.

– ВЗАМЕН!

Раздался оглушительный рёв в моей голове, и я вздрогнул.

Взамен? Что я могу ему дать?

– ТЫ!

Тут же донёсся ответ из глубин сознания.

– Ага, а хуй тебе слюной не смочить?! – взвизгнул я, наполняемый злобой.

– Чё? – раздался сзади чей-то голос.

– Тихо ты. – шикнул на него Канарейка. – Не видишь, человек в контакт входит.

Вся ярость улетучилась из меня буквально через секунду. Зверь ушел, оскорблённый моим нежеланием делиться собой. Вот наглец, себя ему подавай, ещё поди и под соусом.

Я распорядился забрать мертвяка с собой. Все, кроме Канарейки, наотрез отказались размещаться со мной и с моим пассажиром в одном кунге. Даже несмотря на то, что он был крепко связан, а в рот запихана тряпка, на манер кляпа. Кирюха тоже не особо горел желанием, но пообещал, в случае чего, размозжить мне голову. Мертвец, дабы его не болтало и не трясло, был дополнительно привязан к стенке кунга.

Помоги, пожалуйста. Мысленно просил я.

В животе громко заурчало, и я прикусил внутреннюю сторону щеки. Во рту появился металлический привкус. Виски загудели. Зверь хотел большего, хотел убить моими руками. Я знал, он не столько хотел крови, сколько хорошей бойни. Выплеснуть гнев. Спустить пар. Да мне плевать, чего он там хочет. Я сел прямо на пол и закрыл глаза.

Блядь. Да я ведь даже поразмышлять в одиночестве не могу. Он всегда рядом. В моём сознании. В моём теле. Это его кровь вперемешку с моей, течёт по моим венам. Это его присутствие, лишило меня спокойного посмертия. Урод драный.

Я понимал, что Зверь не просто так просит свою долю. За силу всегда нужно платить. Но я не мог позволить себе стать тем, кого он хочет из меня вылепить.

Кирюха, заметив моё состояние, с любопытством спросил.

– Чё, как там?

Я не ответил. Вместо слов в голове крутились образы, сцены битв, кровь, ярость, и наконец, сладкая победа.

– ВОЗЬМИ!

Я почувствовал, как вены наполняются жаром. В этот момент, тело мертвеца передо мной, тихо заскрипело зубами, словно в ответ Зверю. Я повернулся к Кирюхе, в его глазах читалось что-то среднее между беспокойством и искренним ужасом.

– Это чё он? – спросил он, указывая на связанного пленника.

– Не знаю.

Глаза мёртвого тела заблестели, и я ощутил, как холодный ветер прошёлся по моему лицу. Внутри меня с новой силой разгорелся огонь. Зверь молчал, но я всё понял без слов. Я слишком долго боялся, ни Зверя, нет, я слишком долго боялся самого себя. Чтобы стать тем, кем я хочу быть, мне нужно принять свою тьму, позволить ей стать частью меня.

Зверь вновь начал пробуждаться во мне. На этот раз я не собирался сопротивляться. Я собирался взять под контроль то, что должно было помочь ни только выжить, но и победить.

Подавляя страх, я закрыл глаза и сосредоточился. Внезапно в голове возник образ, нет, ни мертвеца, а дядьки. Обычного такого, с залысиной. Он смотрел на меня злыми глазками и что-то бурчал себе под нос. Я не знал этого человека, а значит, это наш покойничек. Только более свежего образца. Дядька приблизился ко мне, всё также недоброжелательно смотря на меня, исподлобья.

– Ты понимаешь меня? – мысленно спросил я.

Дядька, чуть помедлив, кивнул.

Что ещё спрашивать, я не знал, но и это уже прогресс. Только, что же это получается? Где-то в глубине своих сознаний или же подсознаний, они были живы? Они всё понимали?

Внезапное осознание, больно сдавило грудь. Они такие же, как я, только наоборот. У них в головах, они сами себе пленники. А за пультом управления сидит паразит. У меня же, Зверь если и брал бразды правления, то я сам, или пуля в голову, пресекали его попытки захватить мой разум. По крайней мере, мне хотелось так думать.

С каждым мгновением, когда я погружался в этот странный контакт, ощущение реальности становилось всё более нечетким. Дядька с залысиной, теперь почти осязаемый, продолжал злобно бурчать. Я не мог разобрать слова, но его интонация была полна недовольства и обиды.

– Ты понимаешь, что происходит? – снова мысленно спросил я.

В ответ он лишь сжал губы.

А мне стало так жаль его, их всех, да и себя самого тоже.

– Ты хочешь, чтобы я что-то сделал для тебя? – спросил я.

На мгновение дядька замер, а затем, как будто пробуждаясь от долгого сна, его лицо смягчилось. Он стал более человечным, и в его глазах я увидел не только злобу, но и тоску. Я уставился на дядьку, готовый понять всё, что он хочет сказать.

– Забери это.

На секунду я опешил, вокруг нас не было ничего, да и его руки были пусты.

– Забери монстра. – твёрдо произнёс он.

Я бессильно покачал головой. Дядька может быть не догадывался, что уже давно стал полуразложившимся трупом, хотя что-то в его взгляде говорило о том, что он и сам всё понимает. Потому, то, что он сказал дальше, меня ничуть не удивило.

– Тогда убей.

Моя рука коснулась рукоятки ножа на поясе. Чёрт, как же всё-таки сложно убивать людей. Хотя, в его человечности ещё можно было поспорить, но я точно знал, сейчас передо мной живой, соображающий мужчина. И он просил меня убить его.

Его можно было понять. Его жизнь была уничтожена, как и жизнь многих других, и теперь он обращается ко мне, как к своему последнему спасению. Если это не моё искупление, то я не знаю, что это.

Я ощущал, как Зверь реагирует на мои переживания. Всё это не на шутку веселило моего соседа, он просто сидел внутри меня, и облизывался в предвкушении.

Я поднял руку и коснулся его плеча. Это было странное, почти сакральное прикосновение.

– Я помогу.

Зверь, внутри моей черепной коробки, ликовал. Я добровольно выбрал убийство, но это лучше, чем ни сделать ничего.

Лезвие ножа мягко входит в область его виска. Я теряю связь с этим мужчиной. Виски пронзило адской болью, но всего на мгновение.

И я и Зверь знали, это только начало. Дальше только больше, только злее, только жёстче.

– Ты как? – глухо спросил Кирилл.

Я медленно повернул голову в его сторону. В его руке был крепко зажат пистолет, направленный в мою сторону.

Как я? На миг я улыбнулся, оголив зубы.

– Нормально. – соврал я.

Я чувствовал себя одновременно живым и безнадёжно мёртвым. Странное, невкусное чувство, но такое... Знакомое.

Зверь, получив лёгкий аперитив, отчего-то не спешил уползать обратно. А я, так и стоял, с глупой, жутковатой улыбкой.