– Представим, что есть.

В этот момент, как по волшебству, послышалась мелодия со стороны входной двери. Мира улыбнулась.

– Это полномасштабная операция? – спросила она, чувствуя, как бабочки в животе встрепенулись.

– А то, – прошептал Ратмир, наклонившись к её уху. – И этим вечером ты моя.

Заметив вспыхнувший огонёк в её глазах, он улыбнулся, а затем всё же вернулся к незаконченному разговору, посчитав, что стоило разложить всё по полочкам и больше не возвращаться к этому.

– Я знаю, что тобой не движет чувство наживы. Ты разительно отличаешься от тех девушек, с которыми мне когда-либо доводилось пересекаться, и я могу уверенно сказать, что тобой двигали не деньги. Всё началось и продолжается не из-за них.

– А что тогда мною двигало? – прошептала Мира, не в силах оторвать от него глаз, растворяясь в тёмном сладостном взгляде.

– Сердце. Твоё удивительно прекрасное сердце, – признался Ратмир, сцепив руки в замок на её талии. Она невольно оказалась в его власти. – Знаешь, что я могу сказать уверенно? – Мира подняла на него глаза. – Если понадобится, я выберу тебя снова.

– И до каких пор?

– Пока ты не выберешь меня.

Мира смущённо улыбнулась, понимая, что она уже сумела сделать свой выбор.

Сердце выбрало Ратмира.

Без всяких сомнений.

Настолько неожиданно и искренне, что передать это словами вряд ли удалось бы.

– Я не осмеливалась поговорить с тобой о… – нерешительно начала Мира, её взгляд беспокойно блуждал по лицу Ратмира. – О решении тёти Махиры передать мне долю Лейлы в компании.

– Потому что боялась моей реакции? – прямо спросил Ратмир.

Она честно кивнула в ответ.

– Боюсь, потому что твои опасения сбылись. И со стороны всё выглядит именно так, как ты говорил при нашей первой встрече: я заполучила доверие тёти Махиры и вынудила её принять это решение. – Её брови невольно сошлись на переносице, из груди вырвался обречённый тяжёлый вздох. То, что говорила Мира, ей совершенно не нравилось. Но эта тема, терпеливо ожидавшая своего часа, наконец получила развитие.

– Я узнал про это от Сюзанны, – через небольшую паузу произнёс Ратмир.

Они медленно двигались в такт мелодичной музыке, и весь этот вечер, казалось, был посвящён лишь тому, чтобы они сумели открыться друг другу настолько, насколько позволят их сердца.

– Первые минуты я думал, что задохнусь от негодования и злости. Я был в шоке, если говорить честно. В моей голове крутилась лишь мысль о том, что я оказался прав. – Поймав молчаливый взгляд Миры, которая будто перестала дышать, подчинив своё внимание его словам, Ратмир мягко провёл ладонью по её голове. Затем он опустил руку на спину и прижал к себе Миру ещё сильнее. – Мне потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться и посмотреть на случившееся со стороны. Да, произошло то, о чём я предупреждал Ибрагима Асадовича. Но я уверен, ты не хотела этого, – без колебаний отчеканил он, – ты не вынуждала тётю Махиру принять такое решение. Это исключительно её воля. Уже по пути домой, возвращаясь от Сюзанны, я твёрдо решил для себя, что эта ситуация никак не повлияет на то, что я начал чувствовать к тебе.

А чувствовать я начал многое.

Каждое движение, аккуратные прикосновения и на удивление сладостно-нежный взгляд, непривычные Ратмиру, указывали на чувства, готовые вот-вот выйти из тени.

– Не опускай глаза, – попросил он тихо, указательным пальцем приподняв лицо девушки за подбородок. – Попробуй прочувствовать то же, что и я.

Не сдержав улыбку и неловко уткнувшись носом в плечо Ратмира, Мира вдохнула полной грудью, ощущая странный спектр чувств: от сладостно нежных до волнующе трепетных.

На душе становилось легче.

На душе становилось теплее.

Он крепче прижал её к себе, и непривычный сердцу холод сменился будоражащим теплом, которое подобно току проносился по венам, отчего сердце учащённо забилось в груди. Маленькое расстояние между ними позволяло вдохнуть аромат сладких духов, который сводил мужчину с ума, а белоснежная кожа так и манила прикоснуться к ней. Ратмир закрыл глаза, эта сладкая истома в теле пробивалась сквозь многолетнюю броню одиночества.

Это были чувства.

И он впервые был к ним готов.

Мира, не поднимая глаз, спросила:

– Почему одного свидания достаточно, чтобы понять и тем более привлечь человека? – Она подняла взгляд и всмотрелась в чёрные глаза Ратмира.

Одним движением руки, царственно лежащей на изящной талии девушки, он притянул её ближе к себе. Носом уткнувшись в мощное плечо, она улыбнулась.

– Может, потому, что одной встречи достаточно, чтобы связать двух человек, – ответил он почти шёпотом, наслаждаясь близостью. – Как думаешь?

– Одного свидания недостаточно.

Послышался мягкий смешок, губы Ратмира хищно улыбнулись.

– Несомненно, нам нужно и второе, а затем и третье, чтобы прийти к самому интересному.

– Оу, и к чему же?

Ратмир наклонился и, коснувшись губами её уха, чем вызвал дрожь по телу Миры, шепнул:

– Хочу тебя поцеловать.

Мира прикусила нижнюю губу, пытаясь не улыбаться.

– Но Ратмир не целуется на первом свидании? – уточнила она, придав лицу невинный вид.

– Упаси боже мою грешную душу!

– Не богохульствуй!

Ратмир улыбнулся, задвинув выбившуюся прядь её волос за ухо.

– Ты уже целовал меня, – напомнила Мира, смело посмотрев ему прямо в глаза. Весёлые искры, заплясав во мраке тёмных глаз, осветили остро очерченное лицо.

– Разве целовал? – нарочито удивлённо произнёс Ратмир, сдерживая довольную улыбку.

– Целовал!

– И как тебе? – он придал голосу как можно более спокойный тон. Ратмир внимательно следил за застывшими, слегка приоткрытыми манящими губами. Хотелось приблизиться и завладеть ими. Сглотнув, с трудом отогнав мысли и сосредоточившись на разговоре, он вдохнул полной грудью.

Мира молчала, широко улыбаясь.

– Как я понимаю, поцелуй пришёлся по душе? – поинтересовался он.

– Да… – незамедлительно последовал ответ, отчего Ратмир посмотрел в ночное небо, пытаясь не улыбаться, как мальчишка, но радость так и вспыхивала на лице.

– Обязательно повторим, но в следующий раз.

– Значит, будет второе свидание?

– И третье, – уверил он, подмигнув.

Рассмеявшись, Мира снова уткнулась носом в его плечо, чувствуя, как растворяется в крепком нежном объятии.

– Знаешь, чего удалось добиться с первого раза?

– И чего же?

– Растопить ледяную принцессу, – отшутился он, – и понять, что чувства – это не так уж и страшно, как казалось изначально. Я всегда боялся любить, – произнёс он тихо.

Мира раскрыла рот, но что-то заставило промолчать. Повисла пауза, позволившая собраться с мыслями. Музыка продолжала звучать, но двигались они интуитивно, почти не слыша её.

– С каких пор Ратмир стал романтиком? – Мира смело подняла на него глаза. – Ужин, музыка, танцы, откровение, думала, ты далёк от всего этого.

– Верно, – кивнул он. – Добрые люди помогли, посчитав, что такому сногсшибательному мужчине пора блеснуть. – Ратмир бегло взглянул в сторону железной двери, за которой недавно скрылся Иван.

Мира хихикнула, наслаждаясь прекрасным мгновением. Вот бы оно не заканчивалось!

– Так и знала, что есть подвох! Ратмир и романтика несовместимые понятия, да?

Он усмехнулся, взгляд сверкнул озорством.

– Соглашусь, романтик из меня хреновый, но вот любовник… – он хитро улыбнулся, заметив, как молниеносно изменились мягкие черты лица Миры.

Она, закатив глаза, вновь прижалась лицом к его груди.

– Чуть что, сразу говоришь про постель! – недовольно буркнула она. – Перестань!

– Конечно, – широко улыбнулся Ратмир, наслаждаясь вспыхнувшим смущением. – Нравится твоя реакция.