Индивидуальный подход и личное обслуживание.

Плюс полный английский завтрак.

В прошлом году у нее было несколько приятных ночей с инженером-электриком, работавшим в Плеже-Бич, один очень спортивный уикенд с комиком, выступавшим на разогреве в “Уинтер-Гарденс” (комик оказался несмешной, но выносливый), и не слишком удачная встреча со специалистом по ванным комнатам, который, не справившись с задачей, имел наглость оставить язвительный отзыв на “Трипадвайзере”.

Но если к кому у Айлы и была настоящая слабость, так это к высоким брюнетам с сексуальным иностранным акцентом.

Поднимаясь по лестнице, она разгладила новую блузку, потом оглядела себя в зеркале на пролете первого этажа, прежде чем тихонько постучать в дверь номера три. Из комнаты доносился звук телевизора. Она заговорила медленно и отчетливо: с иностранцами только так – из вежливости.

– Hola, сеньор Диас! Это миссис Дадридж. – Она улыбнулась про себя. – Айла. Я подумала, может, составите мне компанию за бокалом? У меня есть хорошая бутылка риохи, и я купила тапас в “Маркс энд Спенсере”. Решила, что это напомнит вам о доме. – Она придвинулась ближе к двери. – Сеньор Диас?..

– Я занят.

– Ну, я не имею в виду прямо сейчас. Я думала, может, попозже, знаете. Мы могли бы провести вечер вместе, если…

– Я ухожу сегодня вечером.

– А. Ну ладно, милый. Просто предложила…

Айла отступила и поплелась обратно к лестнице. Да пошел он. Ему же хуже, да и тапас – пустая трата времени.

Дурацкие маленькие порции – и кошку не накормишь.

Дрейпер застонал в подушку, потом сделал телевизор немного погромче.

Он был по-настоящему раздражен, потому что планировал вечер дома. Уже даже выбрал пиццу с доставкой (“Могучий мясной монстр”) и, проверив телепрограмму, обнаружил, что по каналу “Алиби” показывают отличную серию “Расследований Хетти Уэйнтропп”. Это, конечно, не “Чисто английские убийства”, но он все равно предвкушал просмотр. А теперь придется куда-то переться, раз уж он сказал хозяйке, что уходит, – не хотелось ее расстраивать. Спать с ней – боже упаси, – но не ее же вина, что она явно находила его неотразимым.

Сердцу ведь не прикажешь, верно?

Это было крайне досадно, но Дрейпер был уверен, что найдет, чем заняться с пользой. Стоило проверить пару адресов – всегда полезно изучить обстановку. Минуту-другую он обдумывал возможность нанести визит Уэйну Катлеру – просто напомнить, что у них остались незаконченные дела, но решил, что это было бы… неразумно. Да к тому же Катлер, вероятно, сам его ищет. Нет, в следующий раз хочется увидеть Катлера только когда этот козел будет отдавать причитающиеся ему, Дрейперу, десять штук, хотя, учитывая все доставленные неприятности, он не отказался бы встретиться с ним разок и после этого. Заглянуть как-нибудь, когда мистер Катлер будет меньше всего этого ожидать.

Визит Внезапной Смерти…

В целом он решил, что не помешает снова выйти в люди, вернуться к работе и заняться тем, ради чего он сюда вообще приехал. После той неудачи несколько ночей назад он залег на дно – отчасти потому, что это казалось разумным, покуда полиция суетится и рыщет повсюду, но еще и потому, что та история в доме Слэка слегка выбила его из колеи.

О чем только думал этот чудик? Болтал на кухне, такой милый и непринужденный, будто они обсуждают погоду, а потом погнался за ним в сад безоружным, когда у Дрейпера был нож.

О сержанте Миллере стоило хорошенько поразмышлять.

Еще более тревожным было то, почему он не сделал того, что намеревался, и не пустил в ход чертов нож? Он сбежал, хотя времени располосовать мелкого гаденыша и все равно уйти было предостаточно. Так почему же не сделал этого? То же самое случилось с бездомной девчонкой: какой-то пугающий и нелепый порыв быть – он едва мог поверить, что вообще думает об этом слове – милосердным.

Может, он устал? Или постарел?..

Не дай бог, размяк?

Он слегка вздрогнул от этой мысли и, чтобы успокоиться, достал записную книжку и, откинувшись, составил приятный, успокаивающий список.

Он нарисовал сердечко рядом с пунктом “Мама” и, довольный этим, перелистнул страницу на свой текущий рабочий список и внес несколько поправок.

Итак, у Бэгнолла портфеля не было. У его приятеля Слэка – тоже, как и у бездомной подружки Бэгнолла. Но у кого-то ведь он был, и в каком бы состоянии ни находились сейчас портфель и его содержимое, Дрейперу нужно было раздобыть достаточно доказательств, чтобы убедить Уэйна Катлера, что он выполнил заказанную работу. Чтобы получить оплату и убраться восвояси.

Дрейпер вспомнил о записке, найденной в квартире Бэгнолла.

Оставалось еще одно очевидное место для поисков.

– Ну не кисни, приятель, – сказал Миллер. – Разве не здорово?

– У меня обеденный перерыв, – буркнул Имран.

– Это единственное время, когда я мог вырваться, да и вообще ты сам меня пригласил, нет?

– Пригласил, потому что я идиот.

Миллер и так сидел вплотную к Имрану в тесном салоне, но теперь навалился на его плечо еще сильнее.

– Не поэтому, а потому что ты предельно заботливый и внимательный человек. – Он по-детски возбужденно захлопал в ладоши. – И что важнее, ты знаешь, как я люблю кататься на этой косилке.

Имран снова хмыкнул и наклонился вперед отрегулировать настройки. Он старался делать все возможное, чтобы трава лучше сохраняла влагу. Если стричь на правильной высоте, газон плотнее, цвет насыщеннее, корни уходят глубже.

– Да, но у меня обеденный перерыв.

Чтобы как-то поддерживать разговор, Имран отказался от защитных наушников, которые обычно надевал, но им все равно приходилось почти что кричать, чтобы слышать друг друга за шумом двигателя и лезвий.

– Ну не гунди ты, – сказал Миллер. – Я же принес сэндвичи, разве нет?

Довольный, как слон (Миллер понятия не имел, что за слон такой имелся в виду и почему он всегда был таким, мать его, довольным), он смотрел на медленно проплывающие мимо деревья, спортивную площадку за ними и темно-серые крыши промзоны еще дальше.

– Справедливости ради, твой график гибче моего, – сказал он. – Можно даже рассудить, что и работа моя немного важнее твоей. Я-то сам так не считаю, конечно, ты же знаешь – просто рассуждаю вслух. – Он выставил ладони и покачал ими вверх-вниз, словно взвешивая что-то. – Убийства или уход за газоном, уход за газоном или убийства? Непростое сравнение, конечно…

Имран покосился на него и показал средний палец.

Косилка медленно ползала вверх-вниз по полю средних размеров. Как обычно, на Имране был грязный комбинезон с логотипом Управления парков Ланкашира под светоотражающим жилетом. Миллер сидел рядом в одолженном светоотражающем жилете и плохо сидящей пластиковой каске, на которой Имран всегда настаивал. Миллер никогда не спорил с другом о таких вещах, но считал это немного “чрезмерным следованием технике безопасности” – все же они двигались со степенной скоростью семь миль в час на односкоростной самоходной роторной косилке мощностью 18 киловатт, а не носились по трассе Брэндс-Хэтч в болиде Формулы–1. Так что, строго говоря, шансов, что Миллер окажется стиснут под грудой искореженного металла или будет катапультирован из сиденья прямо в режущий механизм, было немного.

Тем не менее парк Имрана – значит, и правила Имрана.

– Я сглупил, – сказал Миллер.

Имран даже не моргнул.

– Тебе не впервой.

– Спасибо, конечно, но…

– Помнишь ту открытку с соболезнованиями, где ты написал в конце ЛОЛ, потому что думал, что это значит “люблю, обожаю, люблю”? А как назвал того вышибалу в “Брэннигэнсе” членососом?

– Да, я понял твою мысль…

– А как забыть ту ночь, когда ты выпил шесть банок “Стеллы” и пытался разморозить морозилку стамеской? Вот это прям накладно вышло.