Я позвал остальных, и мы все вместе двинулись мрачной процессией по гравийной дорожке, ведшей во двор позади коттеджа. Пасси отпер ворота, и мы прошли через чистенькую маленькую площадку к сараю с шиферной крышей, который напоминал маленькую сельскую школу, но таковой не являлся.

Я взял Эффи Роулендсон под руку. Дрожащая, с зубами, отбивающими дробь, она старалась держаться отважно, что у нее не слишком хорошо получалось.

Пасси был крайне тактичен.

– Там, за дверью, выключатель, – сказал он. – Не волнуйтесь, мисс, ничего страшного вас не ждет. Погодите, сэр, я пойду первым.

Он отпер дверь, и мы сгрудились на каменном пороге. Пасси щелкнул выключателем.

– Вот… – начал он и тут же, судорожно сглотнув, издал возглас, в котором недоверие смешивалось с растерянностью.

Помещение нисколько не изменилось с тех пор, как я видел его днем, не считая одного сбивающего с толку новшества. Стол, стоящий посредине, был пуст. Белая простыня валялась на полу, будто ее небрежно отбросили в сторону, вставая.

Свин Питерс исчез.

Последовала долгая неловкая пауза. Мгновение назад я отчетливо представлял себе очертания Свина под простыней, но теперь этот мысленный образ рассеялся столь внезапно, что я лишился способности трезво рассуждать. В помещении было очень холодно и тихо. Лагг тяжело шагнул вперед.

– И куда делся этот чертов труп? – спросил он столь резко, что я понял: он потрясен не меньше меня. – Господи, инспектор, вы хоть что-то под замком вообще держите? Хотя бы ваш шлем?

Пасси стоял, глядя на пустой стол. От его симпатичного простоватого лица отлила кровь.

– Удивительно странная картина, – начал он, оглядывая плохо освещенную комнату так, будто ожидал найти разгадку тайны в ее голых стенах.

На мгновение мне стало не по себе, чему лишь способствовала обстановка – безмолвная ночь, пустая комната и смятая простыня на полу.

Пасси собирался сказать что-то еще, но ему помешала Эффи Роулендсон, у которой окончательно сдали нервы. Отпрянув от меня, она закинула назад голову и в ужасе закричала, разинув рот в виде буквы «О». Не в силах этого вынести, я схватил ее за плечи и встряхнул с такой силой, что у нее лязгнули зубы.

Естественно, это ее успокоило. Последний вопль оборвался на середине, и она яростно уставилась на меня.

– Прекратите! – бросил я. – Вы что, хотите весь поселок перебудить?

Она попыталась меня оттолкнуть.

– Мне страшно, – проговорила она. – Сама не знаю, что делаю. Что с ним случилось? Вы говорили, что он тут. Я собиралась на него взглянуть, а теперь его нет.

Она шумно разрыдалась. Пасси посмотрел на нее, потом на меня.

– Пожалуй, молодой леди лучше будет отправиться домой, – разумно посоветовал он.

Мисс Роулендсон вцепилась в мой рукав.

– Не бросайте меня, – взмолилась она. – Я не пойду в «Перышко» в темноте. Не пойду, ни за что! Пока он тут где-то бродит, живой…

– Все в порядке, – успокаивающе начал я. – Лагг вас отвезет. Вам нечего опасаться. Случилась ошибка. Тело перенесли в другое место. Возможно, кто-то из похоронной конторы…

Услышав последние слова, Пасси поднял голову.

– Нет, – сказал он. – Он был тут час назад. Я заглядывал.

Эффи снова расплакалась.

– Я не поеду с ним, – заявила она. – Не поеду ни с кем, кроме вас. Мне страшно. Вы меня в это втянули, вы и вытаскивайте. Отвезите меня домой! Отвезите меня домой!

Она подняла невообразимый шум, и Пасси умоляюще взглянул на меня.

– Может, вы все же отвезете молодую леди домой, сэр, – робко предложил он, – чтобы нам тут стало полегче, так сказать? А я лучше прямо сейчас позвоню сэру Лео.

Я вопросительно посмотрел на Лагга, но тот избегал моего взгляда, а мисс Роулендсон положила голову мне на плечо, заливаясь слезами.

Ситуация выглядела странно нереальной и кошмарно неловкой. Двор за дверью сарая казался призрачным в свете луны. Было жарко, ни ветерка. Эффи била столь сильная дрожь, что мне показалось, будто она сейчас лишится чувств.

– Сейчас вернусь, – сказал я Пасси и поспешил вместе с ней по гравийной дорожке к ожидавшей машине.

Гостиница «Перышко» находится в дальнем конце поселка, на вершине холма, и, как говорят, там если не лучшие комнаты во всей округе, то, по крайней мере, лучшее пиво.

Эффи Роулендсон забралась на переднее сиденье, а когда я сел рядом, она придвинулась ко мне, продолжая рыдать.

– Для меня это просто удар, – всхлипывала она. – Я заранее готовилась, а тут оказалось, что незачем. Потом я поняла, что Ролли ушел оттуда сам. Вы не знали Ролли Питерса так хорошо, как его знала я, мистер Кэмпион. Когда я услышала, что он погиб, я не вполне поверила. Он был умен и жесток. Наверняка он где-то прячется.

– Сегодня днем он был мертв, – хладнокровно откликнулся я. – Мертв окончательно и бесповоротно. А поскольку чудес в наше время не бывает, вероятно, он все так же мертв. Вовсе незачем так волноваться. Мне жаль, что вам пришлось пережить несколько неприятных минут, но, вероятно, причина, по которой исчезло тело, вполне рядовая.

Меня самого несколько шокировал мой раздраженный тон. Случившееся внушало тревогу, и немалую. Неуловимость мертвого Свина становилась нелогичной и пугающей.

Когда мы выехали из поселка на вересковую пустошь, безмолвную и пустынную в холодном таинственном свете луны, Эффи передернуло.

– У меня не слишком богатое воображение, мистер Кэмпион, – сказала она, – но вы ведь читали про всякие странные случаи? Что, если он сейчас вылезет из-за груды камней на обочине и направится к нам?..

– Замолчите! – бросил я, возможно чересчур грубо. – Вы сами себя готовы напугать до смерти, моя милая. Уверяю вас, всему этому есть некое вполне разумное объяснение. Когда вернетесь в «Перышко», выпейте чего-нибудь горячего и ложитесь спать. К утру тайна наверняка прояснится.

Она отпрянула от меня.

– А вы злой, – в своей прежней манере заявила она. – Я говорила, что вы злой. Мне нравятся злые мужчины. В самом деле нравятся.

Ее молниеносная смена настроения сбила меня с толку, и я был только рад, когда мы подъехали к гостинице. Старинные рейки и штукатурка фасада терялись во тьме, что не удивительно, поскольку была почти полночь.

– Которая дверь? – спросил я.

– С табличкой «Клуб». Скорее всего, заперто.

Оставив Эффи в машине, я постучал в указанную ею дверь. Сперва никто не отвечал, и я уже начал терять терпение, когда изнутри послышался шорох. Я снова постучал, и на этот раз дверь открылась.

– Что-то вы поздно, – произнес голос, который я меньше всего ожидал услышать, и в лунном свете возникло бледное лицо не кого иного, как Гилберта Уиппета.

Я уставился на него, и при виде меня на его физиономии отразилось смутное беспокойство.

– Э… гм… Кэмпион? – пробормотал он. – Привет! Ужасно поздно, да?

Он уже пятился назад в темноту, когда я наконец опомнился.

– Эй, – схватил его за рукав я. – Ты куда, Уиппет?

Он не сопротивлялся, но и выйти на свет не пытался. Более того, мне показалось, что стоит мне его отпустить, и он бесшумно скроется в темноте.

– Я уже собирался спать, – буркнул он, явно в ответ на мой вопрос. – Услышал стук и открыл дверь.

– Остановись, поговорим, – велел я. – Что ты вообще здесь делаешь?

В моем голосе невольно прозвучали давние строгие нотки. Уиппет столь мутный тип, что просто вынуждает вести себя с ним с необычной прямотой.

Он не ответил, и я повторил свой вопрос.

– Здесь? – переспросил он, глядя на вывеску гостиницы. – Ну… я тут живу. Всего пару дней.

Он меня прямо-таки бесил, и я почти забыл про девушку, пока не услышал ее шаги за спиной.

– Мистер Уиппет, – выдохнула она, – он исчез! Труп исчез! Что нам делать?

Уиппет обратил к ней взгляд своих блеклых глаз, и мне показалось, что в них мелькнуло предупреждение.

– А, мисс Роулендсон, – проговорил он. – Вы куда-то ходили? Что-то вы поздно.