Ворча под нос, я загнала Нектаринку внутрь, удалила видео и записала вместо него короткое объяснение, что открытие задерживается, но тур по магазину скоро выйдет.

Выйдя на кухню, я нашла Клем с чашкой кофе.

– Хорошо поспала? – спросила я ее.

– Не очень. – Она пожала плечами. – Тяжело уснуть, когда… – Она махнула рукой. – Ты знаешь.

Я кивнула.

– Да. Слушай, звонил шериф Хокинс, и…

Меня перебил звонок в дверь. Нектаринка сразу зашлась лаем, предупреждая о незваном госте.

– Видимо, это он, – сказала я.

Брови Клем взлетели вверх.

– Снова шериф?

– Уверена, он приехал опять ругать меня, – сказала я, направляясь к двери. – Ему не понравилось мое видео. Он потребовал его удалить, а потом сказал, что едет.

Клем и Нектаринка стояли у меня за плечом, когда я открыла дверь, – вид у Рида был мрачнее некуда. Я уставилась на него пустым взглядом.

– Рид. Хочешь снова меня пропесочить?

– Я не песочил тебя, Сэди. Я всего лишь хотел, чтобы расследованию ничего не мешало.

– Как-то не похоже…

Он поднял руку, перебивая меня.

– Я приехал не из-за видео.

– Зачем тогда? – потребовала я.

Он сжал губы в тонкую линию, на лице отразилось явное нежелание здесь находиться. Но он тут же собрался и с пустым выражением лица достал жетон и какие-то документы:

– Мне очень жаль. Клементина Паркер, вы арестованы за убийство Руби Поттс. Вы имеете право хранить молчание…

– Стой. Ты не можешь арестовать Клем. Она ничего не сделала. Никаких доказательств нет. – Мой голос сорвался на крик, сердце застучало с бешеной скоростью, а в ушах зазвенело.

– Доказательства есть, – спокойно ответил Рид.

– И какие же?

Я уперла руки в бока, стараясь заслонить Клем, будто могла хоть как-то помешать ее аресту.

– Да, какие? – спросила Клем, выглядывая из-за моей спины.

– Мы нашли ваши отпечатки на спицах, Клем, – наконец сказал Рид со вздохом. – Простите, но мне придется задержать вас и отвезти в участок.

Я застыла как вкопанная. Ни при каких обстоятельствах я не была готова к тому, что Клем в самом деле арестуют за это преступление. Да, он ее допросил, но я не ожидала, что появятся настоящие доказательства.

– Не может быть, – сказала я, не в состоянии поверить в происходящее. – Здесь явно какая-то ошибка.

– Ошибки нет, Сэди, – сказал Рид уже мягче. – Я потребовал, чтобы тест провели повторно. Отпечатки совпали.

– Но откуда у вас вообще образцы отпечатков Клем? – Я покачала головой. – У нее никогда не было проблем с законом или работы с таким допуском. Я просто не понимаю, как…

Клем прочистила горло.

Я повернулась к ней.

– Я… Ну… В молодости я была не такой паинькой, – робко сказала она.

– Не была паинькой? – ошарашенно спросила я. – И что же ты делала? Бегала на поле опрокидывать коров?

Клем фыркнула.

– Нет-нет. Однажды мы пошли, но не смогли опрокинуть ни одну корову, а потом я еще и в лепешку наступила.

– Клементина, мы не можем стоять тут весь день, – пригрозил Рид.

Она подняла руки, будто сдаваясь.

– Давным-давно я попалась на продаже самогонки из папиного багажника. Персиковая была, и весьма неплохая, скажу я вам. Шериф тогда был страшный зануда. Я хотела дать ему попробовать, но он сказал, что ненавидит персики, задержал нас с твоей бабушкой и притащил в участок. Если бы папа не дружил с прокурором штата и не подарил ему весь наш запас самогонки, кто знает, чем бы все кончилось.

– Скорее всего, отделались бы предупреждением и штрафом. Никто бы не стал вас сажать, – сказал Рид.

Он продолжил зачитывать права Клем, а я только раскрыла рот от удивления. Мою бабушку арестовывали за продажу самогона? И она нам не рассказывала? Какие еще секреты она утаила?

Договорив, Рид надел на Клем наручники и повел к машине.

Я уставилась на Нектаринку, думая, куда же делась ее бравада. Рида она облаяла за милую душу, но, когда он арестовал Клем и нам нужна была поддержка, она тихо ретировалась, будто радуясь, что ее не забирают заодно.

– Тоже мне сторожевая собака, – пробормотала я, а потом бросилась вслед за Ридом и Клем.

– Это правда необходимо? – Я так сильно разозлилась, что у меня чуть не взорвалась голова. Я преградила Риду путь, сложила руки на груди и с вызовом уставилась на него. – Она не может сама доехать до участка? Все соседи смотрят. К обеду об этом будут знать уже в Мемфисе. Она же не пытается сбежать.

Рид раздраженно посмотрел в ответ.

– Сэди, Клем арестована за убийство. Я всего лишь выполняю свою работу. Пожалуйста, отойди, а то придется арестовать и тебя.

– Ты не посмеешь, – выдавила я сквозь зубы.

– Я не хочу, но, если ты продолжишь мешать, у меня не останется выбора.

Скрепя сердце я отошла. Если бы взглядом можно было убить, шериф Рид Хокинс сгорел бы дотла прямо перед домом Клем. Соседи бы год обсуждали.

Посадив Клем на заднее сиденье, Рид подошел ко мне.

– Лучшее, что ты можешь сделать – найти ей хорошего адвоката. Он ей нужен, – мрачно сказал он.

Я проследила, как он сел в машину, а потом бросилась к своей «Хонде».

– Кэтлин! – закричала я в трубку. – Наконец-то. Я думала, ты перезвонишь пораньше.

Только я припарковалась у полицейского участка, как на экране телефона загорелось имя Кэтлин. Я звонила ей без остановки с тех пор, как выехала вслед за Ридом.

– Я целый день разбиралась с проблемным клиентом. А ты чего как на углях сидишь? – спросила она, а потом заговорила с кем-то еще.

– Кэтлин, сосредоточься. Это важно, – сказала я, хватая сумку и открывая дверь. – Клем арестовали за убийство Руби Поттс.

– Что?! – закричала она. – Ты шутишь? Клем? Да ну!

– Я не шучу. Конечно, она невиновна. Но нам срочно нужен адвокат, прямо сию минуту. Ты знаешь всех отсюда до Дымчатых гор. Лучше, если он приедет как можно скорее, чтобы Клем не пришлось сидеть за решеткой дольше необходимого. Есть идеи, кому звонить?

– Поверить не могу, – сказала Кэтлин. Я услышала, как она стучит по клавишам компьютера. – Пусть Руби и действовала Клем на нервы, но это не повод ее убивать.

– Ты сейчас зря сотрясаешь воздух, – сказала я, расхаживая перед входом в участок.

– Хорошо. Ни о чем не беспокойся. Я найду адвоката и пришлю его имя сразу, как он выедет.

– Да. Отлично. Спасибо, Кэтлин. Знала, что на тебя можно положиться.

Я положила трубку и зашла в унылый участок. От флуоресцентных ламп у меня задергался глаз, а с пластиковых стульев пыль не стирали на вид лет десять.

Чувствуя, что толку, скорее всего, будет мало, я подошла к приемной стойке и нажала на звонок. Расправляя складки на серой форменной рубашке, появился Берни, муж Шарм. Он был низким и щуплым и обладал коллекцией нервных тиков.

– Сэди. Не могу сказать, что рад тебя видеть. – Он натянуто улыбнулся.

– Когда я смогу увидеться с Клем? – спросила я.

– Не раньше, чем будет составлен протокол задержания и шериф Хокинс закончит с ней разговаривать.

– Она не будет ни с кем разговаривать без присутствия адвоката, – сказала я. – Так и передай Риду.

Он посмотрел на меня без выражения.

– Это решать Клементине, Сэди. Она взрослая женщина. Она может сама принимать решения.

– Берни! – строго сказала я. А потом вспомнила бабушкину присказку о том, что мухи летят на мед, а не на уксус, и понизила голос. – Слушай, Клем нам с Шармейн как родная. Пожалуйста, напомни ей пока ничего не говорить. Адвокат уже едет.

– Ладно. – Он закатил глаза и ушел обратно в кабинет.

Я из последних сил сдержалась, чтобы не покрыть его проклятиями, и села ждать на грязный стул.

Час спустя я все еще тихо поносила своего никудышного зятя, но тут звякнул колокольчик на двери, и в участок зашел высокий, широкоплечий мужчина. Он не обратил на меня никакого внимания и тоже нажал на звонок приемной стойки.