– Мне как раз нужно поучить Лагга приличным манерам.

Прощаясь со всеми тремя на лестничной площадке, он поймал на себе заинтересованный взгляд Пенни.

Оставшись один, Кэмпион тщательно запер дверь, уселся за стол, снял очки и извлек из саквояжа два совершенно необходимых предмета: маленькую, но зловещего вида резиновую дубинку и очень удобный пистолет-револьвер системы Кольта. Из кармана брюк он вынул точно такой же пистолет, который, однако, стрелял только водой. Кэмпион тщательно осмотрел оба ствола.

Потом вздохнул и убрал водяной пистолет в саквояж, а револьвер опустил в карман.

– Эй, чего тут происходит?! – В дверь заглянула возмущенная физиономия Лагга.

– Займитесь лучше своими делами, – огрызнулся Кэмпион, не поднимая головы. – Кстати, называйте меня «сэр».

– А чего, вас уже произвели в рыцари, а? – поинтересовался Лагг, вплывая в комнату и закрывая дверь. – Хорошо, что он убрался. Устал я от этих аристократов. Я увидал, как он уходит, и сразу пошел к вам поглядеть, чего тут у вас… сэр.

– С вами прямо беда, – посетовал Кэмпион, надевая очки. – До завтрашнего утра извольте освоить навыки камердинера. Понимаете вы это или нет, но вы профнепригодны.

– Да уж, не умею я разговаривать, как учат в школах для богачей. – Мистер Лагг положил на стол тяжелую ладонь. – Чего там у вас в кармане-то?

Кэмпион вынул и протянул ему револьвер.

– Так я и думал. – Лагг внимательно изучил кольт и с презрительным видом вернул хозяину. – Выходит, сами знаете, что дело непростое: то-то вы засуетились, как мышь под метлой. А я тоже по-своему приготовился. – Он вынул из кармана облезлый кастет. – Не желаю сидеть за ношение ствола. Ни ради какой чаши. Ну, так я ведь не из благородных. И не пойму я, чего вы там все время болтаете про денежки, которые вам дядя оставил. Знаю, он оплатил вам счета от портного, но ведь только до двадцать восьмого года. Эдак нам скоро придется на работу устраиваться, ежели вы то и дело будете браться за такие опасные делишки просто по доброте душевной.

Лагг сделал паузу и подался вперед. Его настрой вдруг резко переменился, а маленькие черные глазки смотрели сосредоточенно.

– Сэр, давайте-ка бросим это дело, – пробубнил он очень серьезно.

– Дорогой друг, – отозвался Кэмпион с шутовской учтивостью, – я уже сказал «А», значит пора ковать железо. А вы, мой распрекрасный, будете скромно стоять рядом. Дело трудное, согласен. Гирт отличный парень, но он не знает, с кем мы имеем дело. Нельзя требовать, чтобы он моментально понял все значение Société Anonyme[179]. Вы уверены, что в баре был именно Нэтти Джонсон?

– Я вам кто – частный сыщик?! – вознегодовал его собеседник. – Конечно уверен. Мелкий и противный, как сама жизнь. Не нравится мне это дело. – Лагг нервно огляделся и шагнул к хозяину. – Что-то здесь не так, – выдохнул он. – Слушал я сейчас в пивной одного хрыча, и он плел какую-то жуть. Оказывается, у них тут живет двухголовое чудище.

– Где? – опешил мистер Кэмпион.

– В Башне, как раз там, где у нас дело. Со всякой чертовщиной я связываться не желаю, так и знайте.

Кэмпион посмотрел на своего верного слугу с интересом:

– Неплохая байка. Вас разыграли.

– Вы, конечно, умник. – Лагг был уязвлен. – Только это все правда. У них есть особая каморка, и в ней прячут какую-то грязную семейную тайну. Окошко там имеется, а дверей нету, и когда наследнику исполняется двадцать пять, отец его туда отводит и показывает эту жуть, и парень с тех пор сам не свой. Вроде того короля, как его… Потому и ждут, пока сын в возраст войдет, чтоб мог такое выдержать.

После эффектной паузы Лагг продолжил:

– Тип, который рассказывал, был слегка навеселе, зато остальные старались его заткнуть. Они боятся. Наверняка там какое-то чудище, из таких, кого и кормить-то можно только с вил.

– Лагг, сядьте! – прикрикнул Кэмпион, изменяя своей всегдашней вежливости.

Немало удивленный, великан послушался.

Его хозяин сурово продолжал:

– Забудьте эти байки. Раз уж вы так много знаете, скажу вам правду. Гирты уже были знатным семейством, когда ваши предки еще лазали по деревьям. И пусть в восточном крыле Башни имеется комната с тайным входом. И то, что наследника по достижении двадцати пяти лет посвящают в какую-то семейную тайну, вполне нормально. Такой отчасти религиозный семейный ритуал. Я прошу усвоить: к нам это не имеет никакого отношения. Какова бы ни была тайна Гиртов, другим до нее дела нет. И если вы хотя бы упомянете о ней даже самому ничтожному слуге, то совершите непоправимую оплошность. Я тогда вас к себе и на десять миль не подпущу.

– Ладно, генерал, вы правы. – Мистер Лагг говорил виновато и нервничал. – Хорошо, что вы это сказали. Со мной не мешает быть построже. И все же есть вещи, которые мне не нравятся. К примеру, когда я шел из гаража, из какой-то захудалой лавчонки высунулась женщина, и она была лысая. Не то что там редкие волосы, а вообще без волос. Я потом про нее спросил, и мне начали плести про колдовство, призраков, заклятия всякие. Я в такое не верю, но мне это не нравится. Слишком много тут темных дел. И лес у них с привидениями, и цыганский табор в овраге стоит. Давайте уедем.

Мистер Кэмпион взирал на слугу озадаченно:

– Я смотрю, вы тут поразвлекались. Вы точно почерпнули все это не из путеводителя «Английская старина»? Сколько же вам пришлось выпить пива, чтобы собрать такую уйму сведений?

– Увидите, когда предъявлю вам счет за расходы, – нашелся Лагг. – Чем займемся вечером? Погуляем или тут будем сидеть?

– Не стоит никому показываться. Я купил вам книгу «Правила этикета для старшей прислуги». Думаю, вы ее осилите. Сидите здесь и учите свой урок.

– Наглость, – проворчал Лагг. – Пойду-ка я распакую ваши вещи. Раньше начну – раньше управлюсь. А вам, когда помрете, поставлю памятник в головах могилы. Ваша статуя в натуральную величину в образе ангела и очки из золота.

Он вывалился из комнаты. Кэмпион стоял у окна, глядя на тенистый сад, погруженный в душистые сумерки. Более мирный и влекущий пейзаж трудно было представить. Где-то за полями запел соловей, словно отвечая всем дневным птицам. Из бара на первом этаже доносилась речь с грубым местным акцентом, перемежаемая хриплым смехом.

Кэмпион, однако, покоя не ощущал. Его светлые глаза смотрели озабоченно, и раз или два он вздрогнул. Он думал о препятствиях на своем пути. Ему противостояли силы, с которыми он не мог бороться, силы тем более страшные, что он их не знал. То был скрытый враг.

Вэл и две веселые девушки в залитой солнцем гостиной со старинным убранством – это воспоминание вызвало у него болезненные чувства. Как и говорил Лагг, было в теперешнем деле что-то темное, нечто большее, чем просто опасность, а эти трое казались такими юными, наивными и прекрасными… Кэмпион вспомнил и о потайной комнате в Башне, но тут же сердито отогнал лишние мысли. Комната была тут ни при чем, иначе его предупредили бы.

Вскоре он закрыл окно и вернулся к столу, где его ждал самый лучший обед, какой только могла наколдовать миссис Буллок. Он ел рассеянно, то и дело замирая и настороженно прислушиваясь к негромким деревенским звукам.

Буря разразилась лишь утром, когда Кэмпион лежал на мягкой перине под очень красивым лоскутным одеялом. Разбудил его неистовый стук в дверь, за которой обнаружилась объятая страхом миссис Буллок.

– Сэр! – выпалила она. – Поскольку вы друг мистера Вэла, думаю, вам нужно сейчас же пойти в Башню. Леди Петвик, тетя мистера Вэла… Ее принесли сегодня утром, сэр. Мертвую.

Башня неожиданно оказалась красивой. Она стояла на вершине холма, почти скрытая купами дубов и кедров и окруженная парком, который раскинулся на полмили во все стороны. Дом состоял из прекрасных образцов английской архитектуры разных периодов.