Он нахмурился, раздражение исходило от него волнами.

– Я приглашал тебя на свидание. Но если тебя интересует только это, то не бери в голову. Спокойной ночи, Сэди.

Когда Рид скрылся за дверью, я почувствовала укол сожаления, словно только что забила последний гвоздь в гроб потенциальных отношений со своей первой любовью. Но почему это должно меня беспокоить? Я ведь все равно не хотела встречаться с Ридом. Так ведь?

Я вернулась к столику и заставила себя сосредоточиться на деле.

– Результаты вскрытия уже есть, но Рид не говорит, что там.

– Неудивительно, – сказала Мисти-Дон, подаваясь вперед. – С тех пор, когда мы пронесли припасы для Клем, из Раджа и слова не вытянешь, но это не значит, что информацию нам не найти. Мне всего лишь нужен доступ к его компьютеру.

– Как нам это сделать? Рид точно поехал обратно в участок, – сказала я. – Да и Берни наверняка еще там. Шармейн постоянно жалуется, что он работает больше обычного.

– Нам нужно их отвлечь, – сказала Пэтти Джин. В ее глазах блеснул огонек. – И я знаю как.

– Что ты собираешься сделать со стадом альпак Родни Симмонса? – спросила я Пэтти Джин на парковке «Речных крыс». Ее план был настолько безумным, что я сомневалась, правильно ли расслышала.

Она заговорщически хихикнула.

– Я открою загон, чтобы они перекрыли трассу. Риду и Берни придется регулировать движение, пока Родни не загонит их обратно. Делов-то. Мисти-Дон сможет быстро найти нужный файл в компьютере Раджа и убраться оттуда, пока они ничего не заподозрили.

– Мне нравится этот план, – обрадовалась Мисти-Дон.

– Ты выведешь альпак на шоссе? – возмущенно спросила Кэтлин. – Мы не можем подвергать их такой опасности. А вдруг кого-то собьют?

– Никого не собьют, – покачала головой Пэтти Джин. – Потому что мы с тобой и Дианой Мари будем действовать сообща. Я подам сигнал, и вы подъедете так, чтобы ваши машины стали первыми в заторе. Вы проследите, чтобы никто из животных не пострадал, пока Сэди и Мисти-Дон добывают нужную информацию.

– Гениально, – сказала Лорали. – Тебе помочь направить альпак?

– Не откажусь, – ответила Пэтти Джин. – Ты можешь написать Мисти-Дон, когда начнется представление.

Я изумленно проследила, как мои подруги бросились выполнять план. И когда Пэтти Джин, Кэтлин, Диана Мари и Лорали умчались с парковки, я повернулась к Мисти-Дон:

– По-моему, им слишком уж нравится устраивать проблемы шерифу.

Она расхохоталась и обняла меня за плечи.

– Это наши подруги. Чего ты ожидала?

– Пожалуй, именно этого, – я усмехнулась. – А нам не пора ехать?

Она покачала головой:

– Мне пора. Думаю, тебе показываться в участке не стоит. Я схожу сама и потом позвоню. Я запросто могу придумать повод появиться в кабинете Раджа. Подручные ничего не заподозрят. Но если Рид узнает, что приходила ты, он так этого не оставит. Лучше не будить зверя. По крайней мере, когда речь идет о взломе компьютеров.

Мне вдруг стало не по себе, и я скривилась.

– Мисти-Дон, если у Раджа из-за нас будут неприятности, может быть, не надо этого делать? Не хватало, чтобы еще кто-то из моих друзей вляпался в проблемы с законом. Я могу позвонить Пэтти Джин и все отменить. Если их поймают, они окажутся в камере как минимум за незаконное проникновение. Есть статья о подвергании альпак опасности? Мы будем первыми, кто понесет по ней ответственность.

– Сэди! – приструнила меня Мисти-Дон. – Возьми себя в руки. Никого не арестуют. Скот постоянно разбегается. Рид и Берни решат, что кто-то просто забыл закрыть калитку. А меня тебе ни за что не остановить. Теперь иди домой и выгуляй Нектаринку. Я позвоню тебе, как только найду отчет.

– Но…

– Нет! – Она подняла руку. – Мы справимся.

Она коротко меня обняла и мягко подтолкнула к «Хонде». Затем открыла дверь своей машины, забралась внутрь и крикнула:

– Будь на связи!

Я посмотрела, как она выезжает с парковки, а потом отправилась домой.

Сорок пять минут спустя я лежала на диване с Нектаринкой, переключая каналы телевизора, когда начались местные новости. Я уставилась на экран, разинув рот.

План Пэтти Джин сработал идеально. Моросило. Местный репортер стоял перед фермой Родни и докладывал о происшествии. Альпаки все еще бродили по дороге, а на заднем плане отсвечивали мигалки.

– Движение на шоссе № 27 перекрыто, транспорт направляют на улицу Пивоваров, – говорил репортер. Камера переключилась на общий план местности, а затем сфокусировалась на до боли знакомом человеке, стоявшем посреди дороги и жестами объяснявшем что-то тем, кто еще не знал о перекрытии. Мимо него прошел Берни, ведя за уздечку альпаку обратно в загон. Но она вдруг резко остановилась, вытянула шею и стащила с головы Рида темно-синюю бейсболку.

– Эй! – крикнул Рид.

Но альпака кинулась прочь, проскочила мимо Берни и скрылась в загоне, прежде чем Рид успел хоть что-то сделать. Я не смогла сдержать смех. Следующая альпака, проходя мимо, выбрала цель пониже и тыкнула носом ему в филейную часть, отчего Рид взвизгнул. Прикрыв рот рукой, я захохотала так громко, что чуть не свалилась с дивана, живот заболел от смеха. Я перевела дух и вытерла выступившие слезы. План Пэтти Джин не только оказался блестящим, но и отлично меня развлек.

Как раз когда в кадре снова появился репортер, на экране телефона зажглось имя Мисти-Дон.

– Что, нашла? – спросила я вместо приветствия.

Она фыркнула.

– А ты уж из штанов выпрыгиваешь.

– Да, – сказала я. – Выкладывай. Что-нибудь интересное?

– А как же!

В трубке раздался хлопок двери машины, а затем – громкая музыка. Неужели это Rosanna группы Toto? Я поняла, что не ошиблась, когда Мисти-Дон сказала:

– О, ты знаешь, я обожаю эту песню. Какая она мощная!

Это была одна из ее самых любимых песен.

– Мисти-Дон, не хочу портить тебе удовольствие, но что там с результатами вскрытия? – нетерпеливо сказала я.

– Ах да, – она прокашлялась и убавила громкость. – Смерть наступила не от попадания спицы в глаз.

Я села прямо и застыла в напряжении.

– Правда? Тогда что случилось? Сердечный приступ? Инсульт?

– Руби наверняка предпочла бы эти варианты, но нет. Установлен факт убийства путем отравления. Наперстянкой, если конкретно. Это растение…

– …Ядовито для людей, – закончила я за нее, прижав руку к сердцу. – А ты знаешь, кто не выращивает наперстянку у себя в саду?

Мозг лихорадочно заработал.

– Клем? – спросила она.

– Верно. Клем вывешивает несколько корзин с петуниями, и все. Кроме этого, она занимается луковичными и розами. Больше я у нее во дворе ничего не видела. Она всегда говорила, что за другими растениями ей ухаживать тяжело.

– Вот именно! – сказала Мисти-Дон. – Даже ежику понятно, что причастность Клем очень сомнительна и выдвигать обвинения нет смысла, ведь убийцей может быть буквально кто угодно.

– Казалось бы, да? – сказала я, внезапно сильно разозлившись на Рида. Он видел эти данные и все же позволил людям думать, что Клем – главная подозреваемая. И ее обвинили в убийстве, в котором истинное орудие преступления могло указать на кого угодно.

– Ну, обвинения выдвигает прокурор, так что я уверена, Рид делает все возможное, чтобы найти веские доказательства, которые позволят снять обвинения с Клем. А до тех пор, похоже, нам придется осмотреть все сады в городе на наличие наперстянки.

– Сады перед домом, – напомнила я ей. – Мы же не собираемся стучать во все двери.

Это занятие мне не нравилось, но если оно поможет очистить имя Клем, я не буду колебаться ни секунды.

– Я съезжу завтра к дому Рэндольфа, пока ты на работе, и проверю, что там растет, – вызвалась Мисти-Дон.

Я сильно сомневалась, что он держит ядовитое растение у всех на виду, но не собиралась отказываться от предложения Мисти-Дон.

– Сажать наперстянку перед домом было бы невероятно глупо, но он и не семи пядей во лбу, так что кто знает.