– Расслабься, дело не такое уж сложное. Просто небольшой взлом с проникновением. Хотя дел на самом деле два. Первое – совсем простенькое, – сказал я.

– А в чем второе?

Я махнул желтому такси и ответил:

– Мне нужно, чтобы ты вскрыл мою машину.

Ансен Бьюд оказался одним из самых красивых мужчин, которых Кейт когда-либо видела.

У него была классическая скандинавская внешность. Высокий. Блондин. Телосложение олимпийского чемпиона по гимнастике под элегантным костюмом, фиалково-голубые глаза, из-за которых у нее как-то странно ослабли ноги, и скулы, способные посоперничать своей остротой с хвостовыми плавниками «Плимута Фьюри» пятьдесят седьмого года выпуска. Она была не единственной, кто пялился на мистера Бьюда. Несколько женщин-присяжных буквально расцвели, глядя на этого мужчину, когда он произнес слова присяги и опустился в кресло за свидетельской трибуной.

– Мистер Бьюд… – начал Кастро, произнеся фамилию эксперта так, словно вколачивая гвоздь.

– Вообще-то моя фамилия произносится как «Бю-дэ», – перебил его свидетель на безупречном английском с легким скандинавским акцентом. – Но я уже привык. Пусть будет Бьюд.

Дамам из состава жюри явно понравился и его голос.

– Прошу прощения. Так вас не затруднит вкратце обрисовать свой род занятий и профессиональную квалификацию присяжным? – холодно отозвался Кастро. Он был не только грязным игроком, но и крайне тщеславным и самолюбивым типом. Кейт видела это хотя бы по тому, как Кастро поправлял прическу и костюм всякий раз, когда поднимался на ноги. И, как и большинство властных мужчин, прокурор явно недолюбливал красавчика-эксперта. Кейт поняла это по его тону.

Со своим очаровательным акцентом Бьюд-Бюдэ поведал собравшимся, что изучал различные направления биологии в Стокгольме, прежде чем переехать в Нью-Йорк, где прошел подготовку в области извлечения и анализа латентных отпечатков пальцев, а далее поступил на работу в полицию Нью-Йорка, в лабораторию криминалистической экспертизы.

– Что такое латентный отпечаток? – спросил Кастро.

– Ну, сначала я должен объяснить, что в принципе представляет собой отпечаток ладони или пальца, – ответил Бьюд.

Кастро кивнул, как будто и ожидал этого, и велел ему продолжать. Хотя в глубине души был явно взбешен тем, что свидетель педантично разбирает его вопросы по косточкам. Кейт пришла к выводу, что Бьюд весьма серьезно воспринимает свою ответственность как свидетеля и как ученого.

– То, что способно оставить как характерный отпечаток пальца, так и ладони, формируется еще до нашего рождения. Это так называемые папиллярные линии на наших руках и пальцах, которые образуют завитки, петли и прочие узоры.

Закончив свой ответ, он посмотрел на Кастро. Бьюд был явно опытным свидетелем. Причем из тех, кто строго следует правилам. Вместо того, чтобы продолжить и дать полный развернутый ответ, он остановился. Ожидая вопроса. Все свидетели, которые в таких случаях продолжают говорить, сталкиваются с одной и той же проблемой – они неизбежно озвучивают что-то, что в итоге может выйти им боком.

– А что такое латентные отпечатки? – спросил Кастро.

– Вся поверхность нашего тела постоянно покрыта природными жирами и биоматериалами вроде омертвевших клеток кожи. Когда мы к чему-то прикасаемся, то обычно оставляем после себя частички этого материала. В том числе и в виде уникального узора папиллярных линий наших пальцев или ладоней. Невооруженным глазом такие отпечатки обычно не видны, поэтому их и называют латентными, или же скрытыми.

На этом урок криминалистики закончился – Кастро перевел разговор с экспертом ближе к делу и стал расспрашивать его про отпечаток, который тот нашел на орудии убийства.

– Я посыпал этот образец оружия металлическим порошком и осторожно смахнул его излишки специальной кисточкой. Это позволяет жирам, биоматериалу и влаге стать видимыми – в виде рисунка, образованного папиллярными линиями у нас на коже. Подобный рисунок я увидел и на рукояти пистолета. Используя прозрачную липкую ленту, я сумел снять этот отпечаток и биоматериал, его составляющий, а затем пометил их как вещественное доказательство.

– Что вы сделали потом?

– Я сфотографировал этот отпечаток, отсканировал снимок и ввел изображение в базу данных отпечатков. Это был отпечаток ладони – вернее, некоторой ее части. К сожалению, сходного отпечатка в базе не нашлось.

– Существуют ли какие-либо особые причины, по которым кто-то может оставить свою ДНК в виде отпечатка пальца или ладони, но собственно отпечаток не совпадает с отпечатком обладателя этой ДНК?

– На это есть целое множество причин. Свое влияние могут оказывать сила давления, приложенного к поверхности, направление движения руки или сама контактная поверхность. В данном случае площади отпечатка оказалось явно недостаточно, и именно поэтому он не соответствовал контрольному отпечатку обвиняемого.

Кастро поблагодарил эксперта и сел.

Кейт встала и улыбнулась свидетелю. Он улыбнулся в ответ. У нее опять возникло это странное ощущение в ногах, которые словно стали ватными.

– Мистер Бью… Бюдэ, просто чтобы внести ясность: ваши показания сводятся к тому, что отпечаток ладони, обнаруженный вами на данном оружии, не совпадает с контрольным отпечатком обвиняемого, верно?

Он снова улыбнулся, и на миг Кейт показалось, что она куда-то продвинулась.

– Боюсь, все не так просто. На отпечатке, который я исследовал, не имелось характерных признаков в достаточном количестве, чтобы прийти к выводу о его соответствии контрольному отпечатку обвиняемого.

Если что, то для защиты это прозвучало даже еще хуже. Кейт получила разрешение судьи на повторный вызов Бьюда в качестве свидетеля, если это понадобится в дальнейшем, а затем села, пока непреднамеренно не нанесла еще больший ущерб. Это была не ее вина – вопрос был правильный, который необходимо было задать, и она это знала. Бьюд тоже это знал, потому-то и ждал его.

Следующим Кастро вызвал того, кто мог бы стать его главным свидетелем. Судя по всему, характером доктор Хопкинс отличался спокойным и рассудительным. Фунтов тридцать веса у него явно были лишними, и теперь их уютно облегал его серый свитер. У него были улыбка, костюм и широкие удобные ботинки, которые дозволяется купить, только если тебе уже больше шестидесяти пяти или когда ты из Кливленда. Произнеся слова присяги, он засвидетельствовал свою квалификацию эксперта по анализу ДНК, и Кастро в течение десяти минут задавал ему намеренно дилетантские вопросы о том, что такое ДНК, как ее извлекают и тестируют.

– Удалось ли вам получить ДНК-профиль из биоматериала, содержащегося в отпечатке ладони, снятом с того пистолета?

– Да, в оставленном на его рукояти биоматериале, образующем скрытый отпечаток – в частности, в клетках кожи, – имелось достаточно ДНК-маркеров, чтобы мы могли провести анализ.

– Просто для ясности: ДНК была извлечена из того самого отпечатка ладони?

– Совершенно верно. Образец был взят непосредственно с клейкой ленты, которую использовал мистер Бьюд для снятия данного отпечатка.

– И каков был результат вашего анализа данного образца ДНК?

– Как я уже объяснял ранее, каждый набор ДНК содержит определенные маркеры. Теперь у нас имеется технология, позволяющая провести исследование по двадцати четырем отдельным наборам маркеров – скажем, из образца чьей-либо крови. В данном случае мы смогли получить образец, вполне достаточный для определения профиля. Этот профиль с большой степенью вероятности соответствовал образцу ДНК, полученному в целях сравнения у обвиняемого.

– Почему вы говорите «с большой степенью вероятности»?

– В науке о ДНК нет такого понятия, как полное совпадение исследуемых профилей. Однако наши вероятностные показатели были достаточно высоки. Вероятность того, что исследованный образец может принадлежать кому-то еще, составляет три целых и девяносто три сотых к одному миллиарду.