– Не переживай, – прошептала Таби и сразу же получила поцелуй в висок. – Я в порядке. Но Мира нет.

– Это люди Дмитрия?! – прогремел Ратмир, смотря на Али. Тот неуверенно кивнул головой, переводя дыхание.

– Таби, присмотри, пожалуйста, за Аишей, – попросил Ратмир, когда девушка выглянула из-за плеча Али.

– Конечно, – ответила та и потянулась к девочке, чтобы взять её на руки.

Ратмир передал дочь Таби и направился к Мире. Али тем временем склонился над лежащим поблизости парнем, и быстрыми движениями начал искать какие-либо документы или оружие. Но ни того, ни другого найти не удалось.

Ратмир обернулся к нему и попросил:

– Как проверишь и второго, сфотографируй этих уродов. Их фотографии ещё понадобятся.

– Услышал, – ответил Али, не поднимая головы.

Напряжённый взгляд Ратмира скользнул по окровавленному лицу Миры.

Её трясло.

В ушах стоял её собственный крик, животный страх обуздал тело. Если бы не адреналин, ударивший в голову, скорее всего, она давно бы, как и лежавшие рядом, потеряла сознание.

Ратмир подошёл именно в тот момент, когда ноги Миры подкосились и она качнулась, не в силах больше стоять. Ратмир подхватил её и, заглянув в глаза, полные ужаса, спросил:

– Сможешь идти?

Она несколько раз моргнула и молча кивнула. Картинка перед глазами стала чётче.

Впервые они посмотрели друг на друга без ненависти.

Без страха.

Без раздражения.

Чёрные глаза Ратмира с беспокойством посмотрели в карие, и лютая ненависть не заставила сердце Миры судорожно сжаться до размеров камушка. Ненависти не было. Она напрочь отсутствовала.

Мира попыталась что-то сказать, но из горла, кроме сдавленного хрипа, выжать ничего не получилось. Алая кровь текла из разбитых губ.

Посмотрев на двух лежащих без сознания мужчин, она начала осознавать серьёзность происходящего. Это не было ужасающим кадром из фильма или чьей-то шуткой. Всё происходило наяву, и дела обстояли плохо: они едва не угодили в лапы двух головорезов, которые пытались их похитить.

Это была самая настоящая попытка похищения.

Кто эти люди?

Почему они пытались это сделать?

Что бы с ними произошло, если бы Ратмир и Али не успели вовремя? Одна минута решила исход всей ситуации. Всего одна минута…

От этих мыслей стало ещё больше не по себе, и паника, которая завладела телом, усилилась.

Передвигая ослабленные ноги, игнорируя боль и бешеную пульсацию в висках, Мира ощутила поддержку Ратмира. Правой рукой он обхватил её за талию и крепко прижал к себе.

Его присутствие впервые подарило ощущение безопасности.

Абсолютно. Полной. Безопасности.

Как бы она раньше не упрекала и не винила его в плохом отношении к себе, в этой ситуации мужчина не позволил свершиться похищению. Ратмир подоспел именно в то самое мгновение, когда между тащившим её коренастым головорезом и их машиной оставалось не больше метра. Пара секунд – и она оказалась бы в ловушке.

Ратмир аккуратно усадил Миру на заднее сиденье, затем подошли Али и Таби, которая прижимала к груди притихшую Аишу. Ратмир неосознанно потянулся и погладил дочь по голове, прошептав:

– Моя храбрая принцесса.

Ратмир позвонил Александру и продиктовал адрес, куда попросил немедленно направить людей.

Они все сели в машину и выехали на дорогу. Али обернулся на Таби, что сидела, обхватив рукой Миру и позволив ей положить голову себе на плечо. Между ними сидела Аиша, уткнувшись в бок Таби.

– Это не люди Дмитрия, – прервал молчание Али, переосмыслив картину произошедшего после слов Таби, которая по пути к машине вкратце передала то, что случилось до их появления.

– В смысле? – на лице Ратмира отразилось непонимание. – А чьи это отморозки?

В разговор вступила Таби, окончательно сбив Ратмира с толку.

– Они пытались похитить не меня. – Он поймал её взгляд в зеркале заднего вида, и его чёрные брови изумлённо сошлись на переносице. Девушка тихим голосом продолжила: – Меня пытались лишь удержать, но не затащить в машину.

Повисла тяжёлая пауза, во время которой все пытались переварить сказанное Таби.

Мира, преодолев непрерывную пульсацию в висках, не позволявшую толком открыть глаза, перевела помутневший взгляд в зеркало заднего вида. В нём она заметила ошеломление в чёрных глазах Ратмира. Она поймала себя на мысли, что второй раз за вечер не разглядела в них ненависти. Удивительно. Никакой ненависти.

Её веки медленно закрылись, и голова беспомощно пала на грудь. Прежде чем потерять сознание, она услышала:

– Они приезжали за Мирой. – Голос Таби прозвучал тихо, но этого оказалось достаточно, чтобы Ратмир ощутил страх.

Давно. Забытый. Страх.

– Я мог бы отвезти вас, зачем такси вызвали? – попытки Ратмира остались безрезультатными, Али и Таби не согласились на его предложение отвезти их в аэропорт.

Таби в очередной раз проверяла в чёрной дорожной сумке, на месте ли все необходимые документы и ничего ли не забыто впопыхах.

В дорогу она надела спортивный костюм чёрного цвета и любимые кроссовки в тон. Собрав волосы в низкий пучок, девушка накинула сверху кожаную куртку. Она заметно нервничала, и Али видел это.

Отсутствие макияжа никак не смущало её, впереди ждала дальняя дорога и не менее утомительный перелёт в Берлин. Не хотелось чувствовать на лице даже малейшего дискомфорта.

Али стоял рядом. Он также оделся в спортивный костюм, только темно-синего цвета. На груди виднелась небольшая надпись на латыни Carpe diem[2].

Это было символично. Именно это они и делали, пытаясь поймать собственное мгновение, чтобы прожить его вместе, несмотря ни на какие трудности.

Али был расстроен, хоть и пытался этого не показывать. Он крепко обнял Ратмира, похлопав на прощание по спине.

– Я рад, что нас связывают кровные узы, – слова прозвучали спонтанно и искренне тронули Ратмира: он смутился, губы сложились в тонкую линию. Такое от Али он слышал впервые.

Ранее они никогда не были столь близки, как на этой неделе, когда их родственная связь была ощутима как никогда.

Таби смотрела на них взглядом, полным нежности. За эти дни она успела проникнуться к Ратмиру тёплыми чувствами, отныне зная, что он являлся частью их семьи. И она не посмеет забыть, как он укрыл их под своей крышей в тяжелейший период жизни и как помог в минуты попытки похищения. Да, Ратмир и вправду для многих выглядел отстранённым и холодным, но она начала понимать, почему Али уверял, что он хороший человек.

Потому что он таким и был.

И сейчас, смотря на этих двоих, она чувствовала, что рядом стоял не только любимый человек, но и ещё один надёжный друг, которого она так и не смогла понять полностью, но к которому почувствовала доверие, что случалось с ней крайне редко.

Ратмир, стоявший напротив Таби, немного замешкался, не решаясь обнять девушку на прощание. Он знал, что это было чуждо ей. Прикосновения людей давались ей нелегко, собственно, как и его дочери.

Каково же было удивление, когда она сделала шаг и сама обняла его: неловко зажато, но от всего сердца.

Растерянность отразилась на лице Ратмира, брови взметнулись вверх, а взгляд упёрся в довольного Али, который наблюдал за изумлённым двоюродным братом и вышедшей из зоны комфорта любимой.

– Спасибо за всё, – поблагодарила она, как только разжала объятия и сделала шаг назад. – Никогда не забуду, как ты поддержал нас в тяжёлые времена.

– Не за что, – улыбка медленно подкралась к губам Ратмира, вслед за смущением пришло осознание того, что в скором времени эти двое поженятся, и, скорее всего, он полетит в Германию на их свадьбу.