Миллер повернулся к ней.

– Любите “Битлз”?

– А кто же не любит? – сказала Вероника.

– Ну, тогда точно можете остаться в нашей компании.

Мэри выглядела потрясенной.

– Это же неправда, да, Деклан? Серьезно? Песня была про наркотики?

Миллер кивнул.

– Так говорит сам Пол Маккартни.

Она печально вздохнула, качая головой по поводу плачевного состояния мира, и когда она посмотрела на Говарда, тот поспешно сделал то же самое.

– Только не говори, что “Yesterday” на самом деле про героин.

– Не говори ерунды, Мэри, – сказал Миллер. – Но вот насчет “Day Tripper” я бы не был так уверен…

На следующий день наконец наступила та собачья погода, которую Миллер предвидел. Финн вынуждена была спешно отправиться в “Барнардо” за флисовой курткой, а Имрану, когда тропинки в парке заблестели от инея, пришлось вытащить из сарая с инвентарем прицепную сеялку для соли, но внезапное падение температуры также ознаменовало перемену в везении Миллера.

До определенной степени.

Он приехал на работу почти одновременно с Сарой Сю. Она припарковала рядом свой мотоцикл, на фоне которого мопед Миллера всегда выглядел немного нелепо, хотя он давно перестал реагировать на ее комментарии по типу “навороченная инвалидная коляска” или “фен на колесах”. Однажды она поразила его совершенно нехарактерной для нее шуткой о том, что его мопед похож на Курта Кобейна или Эми Уайнхаус, потому что тоже чуть-чуть не дотягивает до тридцати, но он тогда решил не удостаивать ее ответом.

Хотя позже все же подложил ей на стол очень реалистичную резиновую крысу.

Они вместе вошли в участок.

– Хорошо провела вечер? – спросил Миллер.

– Да, нормально…

То, как она избегала его взгляда, отвечая, подсказало Миллеру, что его напарница, скорее всего, провела очередной вечер в комнате над пабом “Королевский герб”, а ночь – с очередным приглянувшимся ей металхедом. Он старался не осуждать Сю за то, что можно было бы назвать безрассудным подходом к личной жизни, но его всерьез беспокоил вред, который она наносила своим барабанным перепонкам.

– А ты?

– В танцевальной группе, – сказал Миллер.

– Здорово.

Они вместе вошли в комнату происшествий, кивнули коллегам, уже сидевшим за столами.

– Хотя вечер слегка подпортило появление Ральфа Месси.

– Месси записался в вашу танцевальную группу?

– Напомни – ты точно детектив?

– Извини, я просто подумала…

– Он пришел поинтересоваться, как продвигается наша работа по окончательному разоблачению Уэйна Катлера. Будто мы его личная полиция. – Миллер бросил рюкзак возле стула и положил шлем. – Мне очень хотелось стукнуть его танцевальной туфлей.

Сю оставила свои вещи у своего стола и сразу вернулась к Миллеру.

– Он все еще дает обещания насчет дела твоей жены?

Миллер кивнул.

– Он их не сдержит. Ты ведь это понимаешь, да?

– Возможно, ты и права, но если мне приходится выбирать между тем, что может знать Месси, и тем, чего точно не знает команда Форджем, то на данный момент я ставлю на бывшую Мисс Коко Попз.

Сю пожала плечами, словно не желая спорить об этом.

– Что ж, тогда надо поскорее поймать Дрейпера, верно?

– Точно – чтобы Дрейпер выложил все о Катлере.

– А Месси потом тебя кинул.

Миллер поднял руку. Он уже прикидывал, где бы достать еще одну резиновую крысу.

– Я твою позицию понял. Просто пообещай, что не скажешь потом: “Я же говорила”.

Сю задумалась.

– Скажу, но только один раз.

– Идет, – согласился Миллер.

Когда Сю отошла, у Миллера зазвонил телефон. Как только он узнал голос на другом конце, он махнул ей, призывая вернуться, чтобы она могла слышать разговор.

– Вы серьезно говорили? – спросил Крейг Пикеринг. – Насчет поисков тела Гордона?

– У нас вот прямо тут наготове лежат лопаты, Крейг. – Миллер осекся, опасаясь, что сказал бестактность. – Ну, то есть лопаты, конечно, могут и не понадобиться. В зависимости от того, как пойдет дело и где он на самом деле находится, можем задействовать и вертолет с тепловизором или, знаете… водолазные команды, но что бы ни потребовалось для его поисков, нужное оборудование будет наготове.

Сю слушала и выглядела взволнованной. Миллер рассказал ей о своем разговоре с Крейгом Пикерингом, когда вернулся из Престона накануне днем. О сделке, которую он ему предложил.

– Это много значило бы для мамы, – сказал Пикеринг. – Если бы получилось найти Гордона.

– Конечно, – сказал Миллер. – И я думаю, в итоге мы и руки его сможем вернуть. Возможно, их придется немного попридержать… если будет суд и все такое, но потом – обязательно.

– Да, было бы здорово.

– Так, ну расскажите же мне о Деннисе Дрейпере…

Десять минут спустя Миллер стоял вместе с Сю и другими членами команды перед столом Тима Салливана.

– Так, вы готовы к реально шокирующим новостям? Настоящее имя Денниса Дрейпера – барабанная дробь… Дадли Дрисколл.

Салливан уставился на него.

– Дадли?

– Оказывается, это название его родного города, и отсутствие воображения у его родителей явно передалось по наследству, потому что мистер Дрисколл всегда использует псевдонимы с теми же инициалами – ДД.

– Два Д. – Клаф ухмыльнулся и приложил руки к груди, изображая грудь соответствующего внушительного размера. – Довольно иронично, учитывая, что он… ну, знаете… не по женщинам.

Сю и Фуллер одарили его самыми презрительными взглядами, на какие были способны.

– Всегда эти две буквы? – спросил Салливан.

– Именно так, сэр, – сказала Сю. – Даже когда он притворяется неангличанином. По словам Крейга Пикеринга, он был Дунканом Данбаром из Глазго и однажды притворялся валлийцем по имени Дафидд Дафис.

Салливан потянулся за ручкой.

– Как пишется?

– Не уверен, что это важно, – сказал Миллер. – Но наш парень – явно злой гений.

– Дональд Дак, – сказала Фуллер ни с того ни с сего.

– Дэнни Дайер, – подхватила Сю.

– Дерек Дик! – воскликнул Клаф.

Салливан опасно сверкнул глазами.

– Кончайте паясничать, детектив Клаф.

– Но это же настоящее имя вокалиста группы “Мариллион”, сэр, – сказал Клаф немного обиженно. – Фиш или как его там зовут.

– Никогда бы не подумал, что ты фанат прог-рока, – ответил Миллер.

Клаф пожал плечами, слегка покрасневший, но явно довольный тем, что умудрился хоть чем-то впечатлить Миллера.

– Про это был вопрос на викторине в пабе.

– Так… – Салливан встал, готовый взять на себя инициативу. – Лед тронулся, так что давайте вернемся к звонкам, быстро. Это должно немного сузить круг поиска…

Миллер и Сю наскоро перекусывали в “Смертоносной утке”, и на этот раз Сю весьма мудро решила избегать рыбных котлет. Пока Миллер уплетал тарелку картошки фри и пирог со свининой, который, к счастью, не был продуктом местной кухни, она с удовольствием наслаждалась сырным рулетом, который даже шеф-повар с ограниченными способностями мужа Дженет вряд ли смог бы испортить.

– Хороший выбор, – сказал Миллер. – Лучше держаться простоты.

Сю кивнула, жуя.

– На самом деле очень вкусно.

Миллер взглянул через барную стойку и увидел, что Дженет смотрит на них. Та улыбалась, наблюдая за редким зрелищем – клиентом, наслаждающимся обедом, – но быстро скорчила гримасу, заметив взгляд Миллера.

Миллер улыбнулся – настроение у него было отменное, как и все последние несколько дней. Дженет показала ему два средних пальца сразу.

Все в жизни наконец вставало на свои места.

– Я знаю, что встаю на достаточно тонкий лед, – сказал Миллер, – но я не совсем уверен, что некоторые другие из твоих… поступков в иных областях столь же разумны.

Сю отложила рулет и стала ждать. По выражению ее лица было понятно, что она знает, что сейчас произойдет и что Миллер сильно ошибся с оценкой своего уровня допуска в их с ним отношениях. Было очевидно, что, если он продолжит, ее может начать нездорово трясти.