Макдональд переступила с ноги на ногу:

— Вы уверены… вообще-то это не самое гигиеничное место. Конечно же в нем есть свой грубый шарм, но я не могу… Эш?

А я уже направлялся к фургону.

— Отлично. Теперь у меня будет алкогольное и пищевое отравление, — сказала она обреченно.

Когда мы подошли к раздаточному окну, Билл обвязывал фартуком набухшую середину своего тела, а клокотавший чайник наполнял внутренности фургона паром. Из радио доносился массового производства пластиковый поп, пытавшийся заглушить шипение и потрескивание лука, жарившегося на покрытой жиром сковороде.

— Ты веришь этим уродам? — Билл кивнул в сторону протестующих. — Как будто что-нибудь изменится от их дерганья.

Я бросил взгляд на меню, написанное мелом на боку фургона, как раз в том самом месте, где краска была матовой, как на классной доске.

— Два чая, сэндвич с сосисками и специальный похмельный, — заказал я.

Доктор Макдональд потянула меня за рукав:

— Но я не…

— Я же сказал — доверьтесь мне.

Билл снял с фритюрницы тяжелую крышку из нержавеющей стали и бросил в горячее масло шесть сосисок. За ними упала, шкворча и потрескивая, горсть нарезанных ломтиков бекона с прослойками. Почесал себя щипцами для жарки:

— Эти религиозные меня до самых яиц достали.

Звучавшая но радио песня смолкла.

— После перерыва мы представим вам еще трех исполнителей, вышедших в полуфинал, но сначала здесь появится Даг с новостями и погодой. Ну, что ты думаешь, Даг? За кого болеешь?

— Конечно же за Софи из «Новая звезда Британии», Майк. А вот и новости на половину первого. Глава городского совета Олдкасла не уйдет в отставку после обвинений, выдвинутых против него на этой неделе…

Маленький круг протестующих затянул нестройную песню — громкость явно преобладала над талантом:

— ВЕРЫ СТОЛП И БЛАГОДАТЬ, ДАЙ К НОГАМ ТВОИМ ПРИПАСТЬ!

Вздымая над головой и опуская вниз свои плакаты, они очень походили на унылую карусель.

— Святость так и прет, — скривился Билл. — Люди, которые ходят в «Вестинг», не думают о духовном возрождении, я так понимаю? — Он извлек из-под прилавка две пшеничные булки, разрезал их и обильно намазал каждую половинку сливочным маслом. — Хочется ребятам слегка позабавиться, сбежать от мрачного дерьма повседневной жизни.

— ОТ ГРЕХА НАМ БУДЬ СПАСЕНЬЕМ, НАШИМ ДУШАМ ИСЦЕЛЕНЬЕМ!

— …недоступен для комментариев. Полиция Олдкасла отказалась подтвердить или опровергнуть тот факт, что местная девочка Меган Тейлор, пропавшая прошлым вечером, была похищена серийным убийцей, известным как Мальчик-день-рождения. Мы поговорили с заместителем начальника полиции Гари Драммондом…

Билл налил в сковороду масло и разбил в нее два яйца.

— Я слышал, что он их печень ест, как тот чувак из фильма. — Еще раз почесался. — У нас специальная цена на батончики с мюсли, если вам это интересно?

Голос заместителя старшего констебля Драммонда звучал так, как будто тот во что-то вляпался:

— …и беспочвенные спекуляции средств массовой информации здесь не помогут. Мы очень серьезно относимся к исчезновению Меган, но из этого автоматически не следует, что она была похищена…

— ЧТОБЫ ПЫЛ ДУШИ НЕ ГАС, СЛЕЗЫ ЧТОБ ЛИЛИСЬ ИЗ ГЛАЗ!

Я оглянулся на «Вестинг». В маленьких оконцах двумя этажами выше горел свет.

— Миссис Керриган у себя?

— Получила партию товара от голландца. Больше ни одна сволочь не хочет за это браться. — Пластиковые чашки, чай в пакетиках, кипяток из булькающего чайника. — Сделай одолжение, а? Держись подальше от миссис Керриган. — Молоко окрасило содержимое чашек в анемичный бежевый цвет. Чайные пакетики плавали в них, как маленькие коричневые острова. — Держи, Кети… — Протянул чашку доктору Макдональд. — Сто лет тебя не видел. Как мама поживает?

— Вообще-то я не…

— Соус красный или коричневый?

— Э-э… томатный.

Я взял вторую чашку:

— Так она здесь или нет?

— …заверить общественность, что мы его поймаем.

Мы будем следить за развитием этой истории. А теперь о спорте: завтра «Олдкасл Ворриорз» встречаются у себя на поле с Абердином в третьем круге Кубка Шотландии…

— НЕ ПУСТА РУКА МОЯ — КРЕСТ СВЯТОЙ НЕСУ В НЕЙ Я!

Фыркнув струей красного соуса на одну из булок, Билл вытащил из фритюрницы проволочную корзинку:

— Да ладно тебе, Эш, зачем тебе нарываться? Я бы не хотел…

— Каждый ублюдок почему-то думает, что он моя мамочка… — Я выловил чайный пакетик из чашки и бросил на грязную землю. Шмяк.

— Так просто сказал. — Он плюхнул на покрытую соусом булку жареное яйцо, на него уложил три сосиски, добавил бекон и накрыл вторым яйцом. Еще раз плеснул томатным соусом и водрузил сверху вторую половинку булки. — Не хочу, чтобы ты пошел по той же дорожке, что и твой старый хозяин. — Обернул сэндвич бумажной салфеткой и положил перед доктором Макдональд: — А это тебе, Кети, съешь, и почувствуешь себя гораздо лучше.

— А, хорошо, кхм, просто великолепно, спасибо… — Она уставилась на сэндвич. Потом глубоко вздохнула, укусила и начала хрустеть-жевать, а ярко-желтый желток стекал у нее с подбородка.

— ВЫДОХНУ ПОСЛЕДНИЙ ВЗДОХ — СМЕРТЬ СТУПИЛА НА ПОРОГ!

— …борющихся за то, чтобы второй год подряд не выбыть из чемпионата, но с Холлетом, все еще не оправившимся от травмы, в паху, все это кажется очень спорным. Через некоторое время мы продолжим спортивные новости…

Билл выложил оставшиеся сосиски на вторую булку и протянул мне:

— А что насчет Лена — ты видел его в последнее время?

Я обильно заправил сэндвич коричневым соусом:

— Сколько я тебе должен?

— За счет заведения, вместе с моим советом.

— Спасибо.

Обжаренные во фритюре сосиски были горячие, как напалм, но вкусные. Я показал на доктора Макдональд и проговорил с набитым ртом:

— Сделай одолжение — присмотри за ней пару минут.

— …и если вы собираетесь выйти на улицу сегодня во второй половине дня, не забудьте одеться потеплее — температура резко падает в связи с установившейся областью низкого атмосферного давления…

— Без вопросов.

Она переступила с ноги на ногу, щеки вымазаны в красном соусе и желтом яичном желтке.

— Кто такая миссис Керриган, почему вам нужно ее видеть, она что, кто-то вроде…

— Никуда не ходить, с незнакомыми людьми не разговаривать. Я скоро приду. — Я повернулся и зашагал к «Вестингу».

— ВЕРЫ СТОЛП И БЛАГОДАТЬ, ДАЙ К НОГАМ ТВОИМ ПРИПАСТЬ!

Голос Билла пророкотал над парковкой:

— Потом не говори, что я тебя не предупреждал!

В небольшой нише на фасаде «Вестинга» скрывались турникет и вход в мрачный туннель. За невысокой перегородкой, отделенной от остального мира металлической решеткой, сидел волосатый голем.[91] Я постучал в клетку, и она, оторвавшись от книги, взглянула на меня. Ни одна из густых бровей не шевельнулась.

— Доброе утро, Арабелла, я бы хотел встретиться с миссис Керриган.

Она фыркнула и отметила место на странице заскорузлым ногтем:

— Даже так?

— Так.

— Пффф.

Она взяла мобильный телефон и молча потыкала в кнопки. Секунд тридцать спустя он зажужжал и зачирикал. Арабелла покосилась на него, затем, кряхтя, наклонилась и щелкнула выключателем. Турникет клацнул, и решетка отошла в сторону. Она снова вернулась к своей книге.

Я прошел в длинный темный коридор с маленьким квадратиком дневного света в конце.

В мрачной тишине раздался тихий голос с ирландским акцентом:

— Детектив-констебль Хендерсон?

Я застыл, сжимая руки в кулаки:

— Миссис Керриган.

Над неприметной дверью зажегся свет. И вот она — черный костюм с красной шелковой блузкой, золотой крест, покоящийся на морщинистой, покрытой веснушками коже, выглядывающей в вырезе блузки. Седеющие волосы собраны в небольшой хвостик, выбившиеся локоны шевелит слабый ветерок. Миссис Керриган улыбнулась, обнажив острые мелкие зубы: