В комнате стояла напряжённая тишина, беспокоившая не только Майю, сидевшую перед зеркалом и смотревшую на собственное отражение, от которого ей хотелось отвернуться, но и молодого визажиста Сархата – парня довольно сухого телосложения, но с озорной улыбкой и звонким и тягучим голосом. Он был одет в жилетку и широкие брюки, а его длинные волосы, уложенные гелем назад, открывали довольно большие и при этом далеко посаженные глаза. Его ловкие пальцы аккуратно укладывали мягкие волосы Майи в идеальные волны, отливавшие на свету янтарным блеском.

Аромат трёх пышных букетов, доставленных утром курьерами, раздражал Майю сильнее всего. Розово-лиловые пионы так и жаждали внимания, хотя бы мимолётного восхищённого взгляда в свою сторону, но увы – ни один из впечатляющих букетов, поставленных в крупные хрустальные вазы, не получил и доли интереса девушки.

С того момента, как Майя проснулась в загородном доме, её не покидало чувство невыносимой тоски и тревоги, сдавливавшее грудь. Мир сузился, стал в одно мгновение настолько мрачным и отталкивающим, что каждое движение требовало от неё неимоверных усилий.

Всё было не так. Совершенно. И это была та жизнь, к которой она осознанно готовилась.

– Майя, постарайтесь расслабиться. Вы чересчур напряжены, – произнёс Сархат звонко, но настороженно.

Майя промолчала, не удосужившись взглянуть на него.

В дверь постучались.

– Уходите! Я не хочу никого видеть! – в напряжённом голосе Майи прозвучали стальные нотки.

Но тот, кто стоял за дверью, не собирался так просто сдаваться. Дверь приоткрылась, и из-за неё показалась голова Миры, а следом и Тамары.

– Ох, девочки, вы пришли… – Майя резко изменилась в лице, в её глазах, метавших молнии секунду назад, неожиданно промелькнули слабость и отчаяние. Девушка как можно глубже вдохнула, переведя внимание с подруг на Сархата.

Визажист отступил на шаг назад, понимая, что три девушки, скорее всего, давно дружат.

Мира и Тамара быстрыми шагами подошли к туалетному столику, за которым сидела Майя, прямая осанка которой в одно мгновение сгорбилась. Мира крепко обняла её, затем к ним присоединилась и Тамара.

– Майя, пожалуйста, постарайтесь не плакать. Нам нужно сохранить макияж до торжества, – аккуратно произнёс Сархат, видя, как по щеке будущей невесты пробежала слезинка.

Майя, не выпуская Тамару и Миру из объятий, приподняла голову и обратилась к нему:

– Прошу, оставьте нас.

– Мне нужно закончить причёску, – напомнил визажист, словно Майя могла забыть об этом.

– Закончите позже, я вас позову.

Ничего не ответив, Сархат недовольно поджал губы и, обойдя девушек, вышел из комнаты, оставив их одних.

Мира и Тамара отпустили Майю, и та встала на ноги, ухватившись руками за затёкшую поясницу. Она огляделась, а затем снова уставилась на подруг.

Мира и Тамара осмотрели Майю, одетую в атласную тёмно-синюю пижаму. Её лицо было украшено лёгким макияжем, подчёркивающим изящные и мягкие черты, а локоны волос изящно обрамляли почти готовый образ. Надо было признать, что парень по имени Сархат был мастером своего дела. Не хватало только вечернего платья, и перед подругами предстала бы настоящая…

– Принцесса, – озвучила Мира свои мысли. – Но несчастная.

Мира прошла и села на маленький угловой диванчик напротив кровати.

Майя начала нервно расхаживать по комнате, тяжело дыша. Она ужасно волновалась, не зная, куда себя деть.

Тамара, стоя у окна, украдкой наблюдала за двором. Там уже устанавливали декорации, расставляли круглые столы и стулья, а десятки официантов занимались подготовкой к предстоящему вечеру. Часы показывали половину одиннадцатого утра. К вечеру двор будет блистать и сиять, готовый принять гостей на красивой камерной помолвке.

– Девочки, вы как-то не слишком нарядно оделись, – внезапно проговорила Майя.

Мира и Тамара были в платьях длиной миди, без ярких украшений и макияжа. Майя хотела сказать им, что Сархат мог бы и их подготовить к вечеру, но вместо этого подошла к кровати, уселась на неё и расстроенно опустила взгляд.

Тамара только собралась обратиться к сестре, видя её состояние, как заметила небольшое происшествие за окном. Двое официантов столкнулись, и всё, что было на их подносах, полетело на землю. На высокого лысого официанта накинулся мужчина в костюме, очевидно, руководивший подготовкой торжества.

Голос Миры заставил Тамару перевести на неё глаза:

– Я даже не знаю, какие слова подобрать, чтобы хоть немного разделить твои чувства, Пчёлка…

Майя расстроено поджала губы.

– От семьи Артура зависит благополучие моих близких, – тихо сказала она. – Он знал, куда бить. Он знал, как можно меня сломить. И я… – Она прикрыла глаза рукой, пытаясь сдержать слёзы. – У меня нет другого выхода. Просто нет. – Её голос задрожал. – После смерти отца Эмин взял всё в свои руки и как мог пытался справиться с долгами и проблемами. Я несколько раз видела его в слезах, когда он просто не знал, что мог сделать ещё и как нам выбраться из этой долговой ямы, в которой оставил нас отец. А потом… – Майя уткнулась в плечо Миры, и та заботливо обняла её. – Даже этот дом удалось сохранить лишь благодаря семье Артура и их деньгам. – Майя заплакала. – Ко всему прочему ещё добавилась и свобода Руслана. А если Артур обманет меня и он останется за решёткой? Что мне тогда делать? Я боюсь об этом даже подумать!

Тамара отошла от окна, достала телефон, что-то записала и, посмотрев на Майю, сидящую со склонённой головой, а затем на Миру, устроившуюся на диванчике, произнесла спокойным тоном:

– Выход есть, сестра. Если не через дверь, значит, через окно.

– Не в моём случае, Тами, – тихо произнесла Майя, подняв на подругу блестевшие от слёз глаза. – Если я откажусь от этой помолвки, Артур просто отнимет у нас всё, что мы с трудом сохранили… – Майя прочистила горло, не желая произносить слово, застрявшее на языке.

– Мы понимаем ситуацию, – мягко произнесла Тамара, подойдя к ней. Ты уже нам в полной мере всё обрисовала. – Заглянув в её карие глаза, она заботливо смахнула с щёк Майи слезинки. – Как же тяжело видеть тебя плачущей, сестра, – прошептала Тамара, а затем подошла к двери, приоткрыла её и выглянула наружу.

– Тами? – Мира глянула в её сторону.

Тамара махнула рукой, чтобы её не трогали.

Мира обратилась к Майе:

– Всё будет хорошо, я уверена, Пчёлка. Просто давай постараемся успокоиться и не плакать. Тами права, тяжело видеть тебя в таком сломленном состоянии…

Майя шмыгнула носом, но ничего не ответила. Она и сама всё понимала, но ей тяжело было смириться с этой ситуацией. Тяжело было принять ту ответственность, которую она осознанно решила взвалить на свои плечи. И любой неверный шаг мог привести к ужасающим последствиям.

Неожиданно Тамара приоткрыла дверь.

В комнату вошёл тот самый высокий лысый официант в форме. Он держал в руках поднос со стаканом воды и фруктами.

Тамара улыбнулась. Мира, заметив его боковым зрением, не сразу подняла голову, но всё же перевела на него внимание.

Когда их взгляды пересеклись, Мира прищурилась, различая в официанте знакомые черты. Она с трудом отошла от шока, прежде чем обратилась к подруге, которая уткнулась в её плечо:

– Пчёлка, может быть, перекусишь фруктами? – Мира обращалась к Майе, но сама всё это время смотрела на стоящего в дверях мужчину.

Майя, не глядя на официанта, грубым, при этом дрожащим голосом ответила:

– Уходите, я ничего не хочу!

Официант тем временем подошёл ближе и молча встал над Майей, не желая уходить.

– Я же сказала, уходите! – раздражённо повысила тон Майя, подняв голову.