Мистер Кэмпион устало моргнул. Мысленное видение молодого Ричи и женщины в блестящем трико внесло странную ноту в прозаическую реальность его вечерних, а теперь и ночных дел. Он задумался о том, насколько странен, привлекателен и одновременно простодушен хозяин этой диковинной квартиры.

– Никак подрались с кем-то? – спросил Ричи, мельком взглянув на Кэмпиона.

Кэмпион сжато рассказал о своем вечернем приключении.

– Пришлось разбудить старого беднягу Скраби. Риггета я оставил у него, – завершил рассказ Кэмпион. – Завтра в юридических кругах поднимется шумиха, но тут уж ничего не поделаешь. История этого крысеныша содержит весьма важные добавления к имеющимся фактам. Первое: Пол был убит, а ключ в дверном замке находился с внутренней стороны. Второе: дождавшись, когда закончится трупное окоченение, тело переместили, и сделали это уже после воскресного визита Майка в стальную комнату.

Он замолчал. Ричи недоуменно смотрел на него, дожидаясь продолжения.

– Я подумал о таком варианте, еще когда впервые услышал о шляпе. Никто не положит шляпу на пол, а потом пристроится рядом с нею, чтобы умереть. Но доказательств у нас нет. Полиция приехала, когда от первоначальной сцены происшествия не осталось и следа.

Ричи понимающе кивнул.

– Так эти новые свидетельства важны? – спросил он. – Может, предельно важны? Значит, Майка отпустят без суда?

– Боюсь, что нет. – Мистер Кэмпион уступил возникшему желанию спокойно все объяснить. – Разумеется, это ослабит выдвинутые обвинения, но суда Майку не избежать. На данный момент суд считает его несомненным убийцей Пола. Он сам рассказывал, как ходил в гараж, чтобы завести машину. Найденный кусок душевого шланга тоже принадлежит ему. Он издал и прочитал книгу, где подробно описывается такой метод убийства. По мнению полиции, у него был мотив для убийства Пола.

– Джина?

Мистер Кэмпион кивнул своей пострадавшей головой.

– Допустимая степень близости между мужчиной и женщиной в разных социальных слоях и группах отличается сильнее, чем какие-либо иные нормы и правила, – продолжал он. – Это практически единственная тема, вызывающая путаницу в головах облеченных властью. Боюсь, что полицейское сообщество склонно в каждом таком случае видеть разврат, а юридическая братия сразу становится отвратительно благочестивой.

– Вполне понятно, – вдруг заметил Ричи. – У них предостаточно фактов, чтобы так думать.

Мистер Кэмпион продолжил свое пространное объяснение:

– Грубо говоря, мы имеем положительный судебный прецедент. И одновременно – массу отрицательных свидетельств, которые застревают в человеческом подсознании. Кто-то убил Пола, сделав это намеренно и проявив изобретательность. Свое преступление этот кто-то совершил между шестью и девятью часами вечера, то есть между временем окончания рабочего дня и временем, когда Майк заглушил мотор своей машины. Миссис Трайпер и мой новый друг Виджен оба заметили, что шум прекратился. Убийца имел доступ либо в дом двадцать один, либо в дом двадцать три, поскольку только так можно попасть в гараж, где стояла машина. Убийца знал, что в это время Пол будет находиться в стальной комнате, или сам заманил его туда. Также убийца знал о существовании куска шланга, а значит, и о проходе к задней двери дома двадцать один. Назову тех, кто знал об этом и, следовательно, потенциально мог убить Пола: Майк, вы, Джина, Джон, мисс Керли и дворник. Надо упомянуть и самого Пола, хотя такой способ самоубийства представляется мне идиотским. Итак, убийство совершено. Следующий вопрос: кто переместил тело?

– Это мог сделать кто-то другой, – недоверчивым тоном предположил Ричи. – Если Риггету удавалось задержаться после конца рабочего дня, что мешало другим? Той же Нетли. А если Риггет сам переместил тело? Или кто-то из сотрудников?

– Что ж, будем на это надеяться, – подхватил мистер Кэмпион. – В противном случае Майк и Джина оказываются в очень тяжелом положении. У всех остальных есть алиби.

Кэмпион привалился к спинке кресла и снял очки. Ричи внимательно смотрел на него.

– Мисс Керли в тот четверг ушла с работы в половине шестого и отправилась в парикмахерскую Питера Робинсона мыть голову. Оттуда она вышла в шесть и поспешила на Манчестер-сквер – на ту самую вечеринку, куда был приглашен и Майк. В половине восьмого она оттуда ушла и направилась ужинать в ресторан Рула вместе с мисс Бетчерли из литературного агентства Бленхайма. А без десяти девять она уже садилась в метро, чтобы ехать к себе в Хаммерсмит. – Кэмпион улыбнулся собеседнику. – Теперь что касается вас. Вы ушли с работы рано, вернулись домой, встретились с вашим домовладельцем…

– С мужем домовладелицы, – в интересах точности поправил Ричи.

– После чего отправились на цирковое представление в «Олимпию», – невозмутимо продолжил мистер Кэмпион, – где пробыли до половины одиннадцатого. Джон ушел в пять и поехал в свой клуб, где у него была деловая встреча. Там его видели. Потом он вернулся домой и с присущей ему тщательностью и вниманием к мелочам оделся для другого визита. Его экономка помогала ему со сборами. Без двадцати восемь он на такси поехал в Дорчестер в клуб «Гусиное перо», где провел остаток вечера. Дворник ушел ровно в шесть и отправился с друзьями в «Холборн эмпайр». Получается, что все вели себя вполне нормальным образом, за исключением Майка, которому вдруг понадобилось совершить длительную прогулку. Добро бы он был любителем ходить пешком. Так нет. – Кэмпион снова умолк и сосредоточенно посмотрел на Ричи. Потом вдруг спросил: – Вы понимаете, что убийца Пола был вынужден находиться рядом со стальной комнатой и ждать, пока она наполнится угарным газом? Естественно, Пол быстро потерял сознание, но убийца был вынужден еще в течение долгого времени продолжать свое злодеяние, чтобы быть уверенным, что его жертва мертва. Потому-то алиби других выглядят такими убедительными.

Ричи молчал. Он сидел на корточках перед камином, слегка покачиваясь. Кэмпион видел лишь его спину.

– Никаких мотивов, – почти с сожалением пробормотал Ричи. – Совсем никаких мотивов.

– И тем не менее обвинения против Майка не настолько сильны, – поспешил ободрить его Кэмпион. – Недовольство судьи и присяжных коронером настроит их в пользу обвиняемого. Майка почти наверняка освободят в зале суда.

Ричи мрачно покачал головой:

– Этого недостаточно. Пятно на всю жизнь. И жениться не сможет. Одним словом – бедняга! – Ричи затих. Его большие костлявые руки вздрагивали, совершая непонятные движения. И вдруг он выпрямился, а когда заговорил, Кэмпиона поразили энергия и напористость, зазвучавшие в его голосе. – Нужно доказать, кто это сделал. Единственный способ. Куда теперь?

Мистер Кэмпион взглянул на часы: четверть пятого.

– Вообще-то, я снова пришел к вам за ключом от двадцать третьего дома, – сказал он. – Хочу вскрыть сейф. Желаете составить мне компанию?

– Да, – простодушно ответил Ричи, и Кэмпион, невзирая на усталость, улыбнулся ему.

Идти было совсем недалеко, и они без приключений добрались до массивной входной двери дома № 23. Ричи с оттенком гордости сообщил, что такие двери любили в эпоху королевы Анны. Близился рассвет, и уличные фонари погасли еще полчаса назад. Обоим авантюристам темнота была только на руку.

– Я вижу и в темноте, – вдруг признался Ричи, ведя Кэмпиона к подвальной лестнице. – Конечно, не так, как днем, но вполне сносно. До площадки – десять ступенек, а до конца лестницы – еще двенадцать.

Они подошли к двери стальной комнаты, и Кэмпион открыл ее ключом, отобранным у Питера Риггета. В самом помещении с его неистребимым хаосом было что-то призрачное, отчего ум мистера Кэмпиона, не склонный к фантазиям, вдруг стал раздумывать о скрюченном теле, лежащем у сейфа среди пыльных коробок, и об убийце, который затем вернулся и перетащил тело жертвы поближе к двери. К тому моменту смерть уже начала свое разрушительное действие.

Ничто не говорило о том, что вчера здесь покопался Риггет. Бухгалтер делал это с отменной осторожностью. Кэмпион переместил внимание на сейф, искренне радуясь, что рядом нет Лагга. Тот наверняка высказался бы по поводу фирмы, хранящей ценности в столь древнем железном ящике.