Иэн постоял в одиночестве пару секунд и скованно направился к Эмме, отчетливо чувствуя на себе взгляды полицейских, толпившихся в маленькой гостиной. Он сел на край дивана, не сводя с девушки глаз и пытаясь нащупать твердую почву, сосредоточиться на профессиональных вопросах. Следовало завязать беседу, уточнить, что случилось, в порядке ли свидетельница. Но она повернулась к Иэну и заговорила первой:

– Ты не ответил на звонок. – Ее потемневшие глаза смотрели укоризненно.

– Верно. – Он почувствовал, что краснеет под ее пристальным взглядом, но выдержал его.

Она кивнула, помолчала и наконец проронила:

– Майк ответил.

– Знаю. Прости…

– Не надо. – Эмма перевела взгляд с Иэна на полицейских возле кофейного столика.

– Майк говорит, что девушка на фотографиях… новая. Сегодня поступило заявление о пропаже Даны Акерман. Ты ее…

– Нет, – твердо сказала Эмма. Иэн напрягся. – Нет, это не она. А… Я знаю ее. – Она опустила глаза, разглядывая свои пальцы, нервно сжимающие и разжимающие ткань халата. – Это студентка колледжа. – Только сделав несколько глубоких вдохов, ей удалось продолжить: – Оливия Баллард.

– Ты ее знала?

– Да. Она учится у меня на курсе готической литературы. – Слова Эммы прозвучали едва слышно. – Училась.

– Майк! – подозвал Иэн напарника, который разговаривал с офицерами, и махнул ему подойти, когда тот оглянулся, после чего снова сосредоточил внимание на собеседнице. – Ты сообщила ему, что узнала жертву?

Она отрицательно качнула головой.

– Узнала жертву? – повторил Майк, подходя.

Иэн пояснил:

– Одна из студенток с курса профессора Райли. Оливия…

– Баллард, – подсказала Эмма.

– Проклятье, – тихо выругался Майк. – Чтоб меня черти побрали.

Она посмотрела Иэну в глаза и глухим от подступавшего горя голосом произнесла:

– Оливия была такой умной. Усердной. Веселой. Мы виделись совсем недавно…

– Когда именно? – уточнил Майк.

– Э-э, вчера…

– Где? – спросил Иэн, выпрямляясь.

– В центре города, в маленькой кофейне. Оливия там работает… работала.

– Как называется?

– Как-то по-дурацки. – Эмма провела рукой по волосам. – Какой-то несмешной каламбур. Что-то про зерна…

– «Зерна мудрости», – тихо подсказал офицер Дэвис, державшийся в паре метров от детективов.

– Точно, – благодарно кивнула она.

Иэн неловко шевельнулся рядом с ней.

– Оливия что-то сказала тебе? Что-то выглядело подозрительным?

– Она беспокоилась насчет сдачи сочинения и просила предоставить отсрочку.

– Кто присутствовал поблизости? Или, может, тревожил ее?

– Не уверена. Я… я не думаю… – Эмма осеклась, сжимая и разжимая кулаки, лежавшие на коленях. – Я не заметила ничего и никого подозрительного.

– А может, был кто-то из знакомых? Кто еще видел Оливию? – уточнил Майк.

– Мы встречались с друзьями. Кэролин Мэтьюз…

– Мы с ней беседовали ранее, – ободряюще кивнул он.

– Найаллом Чадхой, профессором психологии из нашего колледжа. – Эмма замялась, бросив взгляд на Иэна. – Рори Тэмблином. И соседкой по квартире Кэролин, Чарли.

– Спасибо, мы с ними обязательно пообщаемся. Кого-то еще можете вспомнить?

Снова последовала пауза.

– Нет, ничего полезного.

– Даже если вы считаете что-то неважным…

– Ничего, простите, – покачала головой Эмма.

– Я… – начал было Иэн, но замолчал, не зная, как продолжить.

– Мы бы хотели оставить дежурить патрульную машину перед вашим домом, по крайней мере сегодня, – мягко перехватил инициативу Майк. – Если понадобится выйти или отправиться на работу…

– Нет, я могу провести занятия онлайн. Рори – декан Тэмблин – не будет возражать. Он поймет.

– Я могу остаться, – предложил Иэн. – Тебе не следует быть одной.

– Нет, – твердо отказалась Эмма.

– Но… – покачал головой он.

– Патрульных снаружи хватит. Как только вы закончите, я бы попросила всех покинуть мой дом. – Слова девушки звучали тихо, но решительно.

Майк покосился на напарника, откашлялся и отступил назад.

– Конечно. Мы скоро уйдем. Я оставлю свой домашний и мобильный номер телефона. Можете звонить в любое время дня и ночи.

– Спасибо, детектив Келлог.

– Майк.

– Майк. – Эмма едва заметно, но искренне улыбнулась. – Вам больше ничего от меня не нужно? Я бы хотела переодеться. – Она плотнее запахнула на себе халат. – Собиралась принять ванну, когда… – Ее взгляд метнулся к кофейному столику с разложенными на нем фотографиями.

– Еще пару вопросов, если можно, – вежливо сказал Майк. Эмма кивнула. – В этот раз посланий два. Одно – лично вам, и другое – к снимкам. Вы их читали?

Она резко вскинула голову.

– Только то, что написано на обороте фотографии. Это цитата про злословие.

– Она о чем-то вам говорит?

– Если не считать прямого предупреждения не лезть в чужие дела? Потому что он знает, кто я и где живу? – Эмма невесело усмехнулась. – Кажется, это Байрон. Только не помню, какое произведение, – не слишком глубоко изучала его творчество, простите.

– Ничего. А второе послание вы не прочли? То, что касается фотографий?

– Нет. – Она заметно вздрогнула. – Я не смотрела их после… после того как поняла, что это такое.

– Ничего, – ровным тоном повторил Майк. – Думаю, вторая строка – тоже цитата. Она может подсказать, почему убийца обратил внимание на… Оливию. И помочь выяснить, где она сейчас. – Он замолчал, дождался кивка Эммы и зачитал: «Задушите ее в кровати, в той самой кровати, которую она осквернила» [155]. – И прокомментировал, посмотрев на Иэна: – Более прямолинейно, чем прошлые. – Затем вновь обратился к ней: – Вам о чем-то это говорит?

– «Отелло», – прошептала Эмма, закрывая глаза.

– Что?

– Это произносит персонаж пьесы Шекспира Яго, прежде чем… – Она замолчала, глядя на свои стиснутые кулаки. – Думаю, это цитата из «Отелло».

– Ясно, мы проверим. – Майк вздохнул и устало потер лицо. – Нужно, чтобы вы явились завтра в участок и дали официальные показания. Благодарим за помощь. – Не говоря ни слова, Эмма встала и вышла. Иэн уже собирался за ней последовать, но напарник дернул его за руку: – Давай я угощу тебя выпивкой. Думаю, мы оба заслужили.

Иэн понимал, что нужно принять приглашение, но лишь покачал головой.

– Нет, спасибо. Если она не хочет меня видеть, ничего страшного. Я послежу за домом из машины.

– Ты… – Майк положил ладонь на грудь напарника и предупредил: – Ты вот-вот пересечешь очень опасную черту, Картер. У нас уже три жертвы. Убийца повышает ставки. Раньше между находками было шесть дней, теперь же, если Эмма права, он расправился с новой девушкой меньше чем за двадцать четыре часа после ее похищения. Меньше времени, меньше планирования – в этот раз он мог допустить ошибку. Нам же никак нельзя этого делать.

– Я понимаю. Правда. Просто… Мне нужно убедиться, что Эмма в безопасности. Я не могу… – Иэн осекся, не в состоянии озвучить эмоции, которые и сам не сумел бы определить.

– Иисусе, – вздохнул Майк и взъерошил волосы: из-за этой привычки они уже торчали дыбом. – Послушай, Бойскаут, я не понимаю, что творится между вами двумя. Но сегодня ты должен оставить ее в покое. Она не Зоя Тернер. И не твой второй шанс все исправить.

– Все не так… Она… – Иэн замолчал. – Дело не в Зое.

– Нет. И не в тебе. И даже не в ней. – Майк указал в сторону Эммы. – А в трех убитых девушках. И в поимке преступника, который снова нападет, если мы его не остановим. – И он зашагал к двери.

Иэн поспешил нагнать его. Напарники молча покинули дом и разошлись по машинам. Келлог тут же завел свою и вырулил на вечернюю улицу, тогда как Иэн посидел еще несколько минут, прежде чем запустить двигатель и медленно отъехать от обочины. Затем развернулся на пустой дороге и снова припарковался с другой стороны так, чтобы видеть и крыльцо, и тропинку к черному ходу. В окнах, которые, судя по внутреннему расположению помещений, относились к спальне, за занавесками возник силуэт. Иэн ждал, что Эмма выглянет наружу, но шторы так и остались задернутыми.