— А я никогда не бываю один, — спокойно ответил Алтан. Он полез в свою поясную сумку и достал оттуда горсть чего-то, что блеснуло в свете заката. Это были не камни, а волчьи зубы, нанизанные на кожаный шнурок. Шаман бросил их на землю перед собой.

— Дети ветра, волки степей, гончие луны, я призываю к вам!

Зубы на земле задымились, и из дыма, один за другим, выскочили три огромных, призрачных волка с горящими желтыми глазами. Они не издавали ни звука, но их вид был устрашающим. Волки окружили Эрлика, отрезая ему пути к отступлению.

— Думаешь, эти блохастые шавки могут удержать меня? — рассмеялся злой дух, но смех его звучал неуверенно. Он был пойман, заперт между духом-медведем и стаей призрачных волков. А в центре стоял шаман, который не собирался давать ему передышки. И тогда Алтан достал свое главное оружие — он снова полез в свою сумку и вытащил небольшой, сверкающий предмет. Моржовый бивень, который весь, от основания до кончика, был покрыт тончайшей, искусной резьбой — рунами, знаками и символами. А в его острие были вставлены… иглы. Те самые тонкие, костяные иглы, которыми Кейта когда-то «пригвоздила» оболочку Эрлика. Но эти отличались, они светились изнутри слабым, голубоватым светом.

— Что это? — прошипел Эрлик, в его голосе впервые прозвучал неподдельный страх. Он узнал эти иглы. И он понимал, что уж старый шаман найдет им более эффективное применение, нежели его дочь.

— Моя кыыс очень талантлива, — словно прочитав мысли оппонента, ответил Алтан. — Она инстинктивно нашла твое слабое место. Твою привязанность к физической оболочке, какой бы она ни была. Но она не знала, что твое тело — не единое целое, а «сшито» из множества частей. А я об этом прекрасно знаю. — он поднял бивень, направляя его на Эрлика. — Твоя сила — в умении распадаться и собираться заново, но это же и твоя слабость. Потому что, чтобы удерживать столько чужих частей вместе, тебе нужна постоянная подпитка и связь. Между твоей истинной сутью и этой куклой. И я знаю, как эту связь разорвать.

Алтан начал медленно, нараспев, читать заклинание на древнем языке, и иглы в бивне начали вибрировать, издавая тонкий, высокий звук, от которого у Эрлика, казалось, начала трескаться голова. Голубое свечение игл стало ярче.

— Ты думал, я заточил тебя в Нижнем мире? — продолжал Алтан, не прерывая заклинания. — О нет, я не такой сильный. Я лишь привязал тебя, наложил на твою душу печать, которая не давала ей полностью слиться ни с одним из миров. — свет от игл стал почти ослепительным. — И эти иглы не просто блокируют энергетические потоки. Они настроены на твою личную частоту, на твою боль, твою связь с этим телом. И сейчас… я ее оборву.

Эрлик понял — это была идеальная ловушка. Он не мог распасться на части, потому что призрачные волки тут же разорвали бы его нематериальную сущность. Он не мог атаковать, потому что дух-медведь блокировал любую его магию. Всемогущий бог был так нелепо пойман. Опять.

— НЕТ! — взревел Эрлик, и его прекрасное лицо начало искажаться, проступая чертами сотен разных лиц, из которых было соткано его тело. Но было поздно. Алтан закончил заклинание и с силой метнул бивень, который исчез и в то же мгновение появился прямо перед грудью Эрлика. Иглы, как живые, вылетели из артефакта и вонзились в тело демона в ключевых точках. Раздался нечеловеческий, полный агонии вопль, от которого, казалось, раскололось само небо. Тело Эрлика затряслось в конвульсиях. Из ран, оставленных иглами, хлынула не кровь, а черный, едкий дым. Его начало рвать на части изнутри. Связь, державшая тело злого духа, была разорвана. Эрлик посмотрел на Алтана взглядом, полным чистой, незамутненной ненависти. — Ты… пожалеешь об этом… Алтан! — прохрипел он. А затем тело Владыки Нижнего мира взорвалось. Облако черной пыли и пепла тут же подхватил ветер и унес прочь. Духи-помощники Алтана в этот же момент растворились в воздухе.

На поляне снова воцарилась тишина. На земле, там, где только что стоял Владыка Тьмы, не осталось ничего. Лишь несколько тонких костяных игл, которые, потеряв свою силу, тускло поблескивали в свете заката. Алтан стоял, тяжело дыша. Он победил, изгнал Эрлика. Но он знал — это была не последняя их встреча. Битва была выиграна, но война только начиналась.

Далеко на севере, под покровом наступающей полярной ночи, в лагере клана Синего Нарвала царила деловитая суета. Небольшой отряд готовился к походу к Великому Леднику. Лина, как самоназначенный и никем не оспариваемый квартирмейстер этой странной экспедиции, ходила от одних нарт к другим, придирчиво проверяя снаряжение. За ней, словно безвольные тени, следовали Инсин и Саян, которые, хоть и были славными воинами в своих землях, здесь чувствовали себя неуклюже.

— Так, — скомандовала Лина, останавливаясь у нарт Инсина. — Малица меховая есть? Есть. Унты запасные есть? Есть. Вяленая оленина, тюлений жир, сушеная рыба… — она перебирала мешки. — А это что за веник банный?

Блондинка с подозрением вытащила из его мешка небольшой, туго связанный пучок какой-то сухой, пахучей травы.

— Это полынь, — хмуро пояснил Инсин. — Отгоняет злых духов.

— Злых духов? — Лина скептически хмыкнула. — Многоуважаемый степной принц, там, куда мы идем, злые духи — это самая мелкая из проблем. Их там наши местные духи-хранители едят на завтрак. Но ладно, — она брезгливо бросила пучок трав обратно. — Если тебе так будет спокойнее, пусть будет. Главное, чтобы эта трава в суп никому не попала ненароком.

Ведающая перешла к нартам Саяна. Тот как раз пытался приторочить к ним свой огромный походный мешок, который был размером почти с него самого.

— А у тебя что там? — поинтересовалась она. — Целый балаган с собой притащил?

— Здесь все самое необходимое! — с достоинством ответил Саян, пыхтя и затягивая ремень. — Целебные травы, амулеты, запасные шкуры, котелок, еда на неделю…

— На неделю? — Лина удивленно вскинула брови. — Окстись, лесной проглот, мы идем на один, ну максимум на два дня!

— А вдруг мы там задержимся? — нахмурившись, буркнул шаман. — Или сильно проголодаемся? Или встретим голодного духа, и его нужно будет задобрить? Шаман всегда должен быть готов к любым неожиданностям!

Лина театрально закатила глаза.

— Судя по размерам этого баула, ты готов не просто к неожиданностям, а к концу света и последующей зимовке. Ладно, фиг с тобой, вези. Если застрянем в снегу, будет чем костер разводить. — северянка хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание. — Ну что, мой ударный отряд, готовы к небольшой прогулке по льду? Настрой боевой?

— Я готов, — твердо сказал Инсин, его лицо было серьезным и сосредоточенным.

— А я уже немного подмерз, долго еще эти сборы продолжаться будут? — поежился Саян, плотнее закутываясь в свою меховую накидку. — Еще и забыл взять свои самые теплые носки.

— Не переживай, — Лина ободряюще похлопала его по плечу. — Если отморозишь ноги, мой наставник тебе новые вырежет. Из дерева. — девушка улыбнулась своей задорной, обезоруживающей улыбкой. — Не дрейфьте, мальчики, все будет хорошо. Я ведь с вами, а со мной, как известно, никогда не пропадают. Ну, почти никогда.

Она повернулась к своим охотникам, которые уже стояли наготове со своими оленьими упряжками.

— Йорви! Все готово?

— Готово, — пробасил огромный бородач. — Олени накормлены, нарты смазаны, а парни так горят желанием повидать врата в Нижний мир, что от них можно прикуривать.

— Отлично, — кивнула Лина. Блондинка в последний раз оглядела свой маленький, разношерстный отряд. Немногословный вождь северного племени, принц-изгнанник, шаман-недоучка, трое суровых следопытов и она — дерзкая девчонка, возомнившая себя главной героиней. Команда была, конечно, та еще. — Тогда, как говорят у нас на севере: пусть лед под нами будет крепким, а духи — добрыми. Поехали!

И маленький караван, скрипя полозьями по снегу, двинулся прочь из лагеря, в сторону темнеющих на горизонте пиков Великого Ледника.