Принц приземлился куда изящнее и сразу на ноги. Обойдя кровать по кругу, он навис надо мной, придавив тяжелым взглядом к матрасу.

— Ева, скажи, ты делаешь это специально?

— Специально что?

— Бесишь меня, — вдруг выдал Майерхольд. — Я просил тебя прийти в семь. Маленькая, буквально ничтожная просьба. И что по итогу? Я вынужден бродить по академии и искать свою ученицу, попутно размышляя, куда же на этот раз её направила неугомонная задница!

— Поговаривают, что перед сном полезно размять ножки. Вот. Размял. А теперь можешь с чистой совестью идти спать.

На лице Его Высочества появилась улыбка. Но не добрая. Отнюдь. Скорее многообещающая.

— А тебе, погляжу, весело.

— Весело, — кивнула я. — Было. Пока ты не пришел.

— Неужели купания в яблоках и дешевая корона на голове так тебя радовала?

— Они хотя бы не рычат и не приказывают. Целых два плюса против вечно недовольного принца, — проговорила язвительно, поднимаясь.

Ругаться, валяясь на кровати, было несерьезно. Я и так ростом не вышла, а лепет где-то на уровне колен вряд ли способен впечатлить наставника.

— Вечно недовольный принц, значит? А не ты ли так яростно просила меня учить тебя? Желание сбылось. Что не так?

— Всё не так. Всё изначально пошло не так. Вместо любящего отца — монстр, желающий выгодно продать меня… Ох, извини, ошиблась! Не продать — хуже. Выдать замуж за жадного идиота с садистическими наклонностями, манией величия, склонностью к преследованию и задатками живодера. Вместо награды — пощечина в виде академии. Вместо очевидного артефакторского факультета — боевой. Вместо нормальной студенческой жизни — тренировки до потери пульса. И вот вишенка: вместо нормального куратора — ты!

Глаза Кайрата сверкнули, и он процедил холодно:

— Разве я где-то виноват? Разве я дал добро на брак с Рандорром? Нет. Разве я отправил тебя в академию? Нет. Разве я вынудил тебя участвовать в Игре? Нет. Жизнь — штука часто несправедливая. Понимаю, это обидно. Но в твоей истории я уж точно не злодей.

Сказав это, он отошел от меня, в два широких шага приблизился к столу и схватил ящик с инструментами за ручку.

— Это я забираю.

— Что? Нет! Ты не посмеешь!

— Да? — хмыкнул он. — И кто же меня остановит? Может быть, Евангелина Юрай, знающая приемы захвата и атаки? Что, не знаешь? А если бы тренировалась усерднее, у тебя бы был шанс отстоять своё не только горячими словами, но и силой.

Я было бросилась к нему, но не успела — моё самое ценное сокровище съел очередной портал.

— Ты понятия не имеешь, что только что сделал.

— Ошибаешься, — произнес Кайрат. — Я знаю, чем ты занимаешься по вечерам. Создаешь артефакты, которые не только запрещены в академии, но и в целом законом не приветствуются.

— Верни. Это мой последний шанс, — проговорила, с надеждой заглядывая ему в глаза.

— Ева, — его голос прозвучал внезапно мягко, но вот то, что я услышала после, заставило стиснуть зубы лишь сильнее: — забудь. Твое маленькое, хитрое дельце вот-вот раскроют, если ты не остановишься. А после будет наказание. Штраф. Исключение. И, наконец, «долгожданная» свадьба с Рандорром. Ты правда этого хочешь?

В этот момент я всерьез начала переживать за сохранность своих зубов, ибо скрипели они похуже несмазанной телеги.

— Ты правда думаешь, что я занялась этим бесцельно?

— Ты ничего не делаешь бесцельно, — наставник взял меня за руку, вложил что-то внутрь и сжал пальцы, не давая рассмотреть. — Завтра выходной. Будем заниматься весь день. И запомни — ты от меня никуда не денешься.

Он отступил назад. За его спиной закружилась портальная воронка.

— Не у одной тебя последний шанс. А у кого-то он и вовсе — единственный, — проговорил Кайрат прежде чем уйти.

Магия вспыхнула, унося Его Высочество прочь из комнаты.

Вздохнув, разжала ладонь и обнаружила шелковый мешочек. Внутри него лежало нечто невероятное.

Нечто невероятно непонятное.

Вытряхнув вещицу на ладонь, я долго крутила её то так, то эдак, однако суть все равно осталась загадкой для меня.

Предмет был маленьким, размером с монетку. Только не круглым, а очень даже наоборот — прямоугольным. Железным, на шнурке. Вещица напоминала одновременно и руну из гадального набора, и печать для документов, но ни тем, ни другим не являлась. Кажется…

Как бы любопытно мне ни было, за наставником я не побежала. Сложила железяку обратно в мешочек, затянула и бросила в самый нижний ящик тумбочки.

После села за стол, подперла подбородок рукой и начала старательно изображать вселенскую скуку. Без артефакторского набора в комнате было решительно нечего делать.

— Ничего-ничего, мы что-нибудь придумаем. Снова, — проговорила я, катая вывалившийся из ящика кристалл-накопитель по столешнице.

— Гаф! — решительно заявил Чих, полностью поддерживая меня.

— Заработаем много денег…

— Гаф!

— И заживем. Без всяких там принцев!

С этим утверждением песель почему-то не согласился. Вместо этого он развалился в ногах, подставляя лысое пузо. Пришлось чесать. Ведь отказывать в ласке таким обаятельным пушистикам никак нельзя.

На следующее утро я проснулась с таким же настроением, с каким засыпала. То есть с отвратительным.

Поговорка «С проблемой нужно переспать» почему-то не сработала. Видимо, не с той проблемой я спала. Или спала не столь усердно.

Так или иначе, мир был не готов к злобному существу, вселившемуся в мою симпатичную тушку.

Кайрат, к слову, тоже ко мне был не готов, потому решил перенести тренировку на послеобеденное время.

Об этом сообщила бумажная птичка, вознамерившаяся выбить мне глаз. Пока я боролась с пернатым послением, которое никак не давалось в руки, Чих ловко прыгнул на кровать, придавив подлую бумажку. Не пес, а просто кладезь талантов!

«Жду тебя в тренировочном зале в час. К. М.»

К. М. не соврал. В зал он явился ровно в назначенное время и с порога приступил к делу.

Мы бегали. Прыгали. Иногда кто-то из нас выл (я!), а кто-то закатывал глаза (он!). После мы отжимались, болтались на брусьях, изображая подвешенную колбасу (это опять я), дрались на матах, фехтовали и стреляли из лука.

Куратор нет-нет да хмыкал крайне одобрительно, кивал головой и один раз даже похлопал. Но поток похвалы сошел на нет, стоило нам приступить к изучению магии.

Практическую магию я не люблю с детства, и она отвечает мне взаимностью. Об этом я не постеснялась сообщить Майерхольду.

— Бред, — отмахнулся он. — Ты просто ленишься.

— Ничего не бред.

— Если бы магия тебя не слушалась, ты бы не стала артефактором.

— Я просто нашла своё дело!

— Ты просто нашла удобное оправдание. Куда легче сказать, что колдовать — это не твоё, чем взять и заняться упорным трудом, — со знанием дела произнес принц. — Начнем с защиты. Итак…

«Итак» не случилось. Как бы я ни пыжилась, но создать хоть какое-нибудь силовое поле у меня не вышло. Я закрывала глаза, читала мантры собственного сочинения, даже на одной ноге попрыгала — сначала на правой, потом на левой.

— Не помогает, — развела руками я.

— Было бы очень странно, если помогло, — фыркнул Кай. — Кхм, ладно. Попробуем от противного: какие боевые приемы ты знаешь?

— Пару раз подогревала чай в блюдце. Сойдет?

— Лучше, чем ничего. Ещё что-нибудь?

— Предметы иногда улетают. Куда — не знаю. У них миграция в теплые края, им не до разговоров.

— Ещё.

— Один раз оживила тряпку! Мало того, что жизнь подарила, так ещё и сразу маму ей нашла. Мать, правда, так себе. Врагу не пожелаешь такую родственницу. Но факт остается фактом!

— Какой кошмар, Ева.

— Умею взрывать, расщеплять и видоизменять вещи. Подрывать, воспламенять, заставлять убегать, улетать, уплывать… Вот знаешь, как обидно, когда от тебя по воде улепетывают штанишки, а под ними — красивое ничего?

— Так вот отчего ты такая вредная…