Она с элегантностью поднялась с трона. Её чёрные волосы струились по плечам, багровые глаза горели в полумраке. В руке она сжала посох — не для церемоний, тот, что служил для уничтожения.

— Смертные, — прошептала она с такой ненавистью, что эфирные линии зажглись ярче. — Грязь, осмелившаяся поднять глаза на богов. Вы думаете, что взрыв храма — ваша победа? Вы думаете, что поход в чертоги что-то решит? Вас там ждёт ваша судьба!

Она шагнула вперёд, и под её ногой каменный пол покрылся тёмным инеем.

— Я встречу вас. Я перережу ваши глотки, как скоту. Я заставлю ваши души кричать, прежде чем они погаснут. А того, кто посмел назвать себя наследником, я уничтожу лично. Своими руками.

Из тени выступила проекция Азура. Бог войны сидел в своём кресле из багрового металла, и его лицо было непроницаемым.

— Ты дрожишь, Нергал, — сказал он. — Это не похоже на тебя.

— Я не дрожу. Я предвкушаю.

— Они сильнее, чем ты думаешь.

— Они — прах, который развеет ветер, когда я прикажу.

Азур покачал головой.

— Берегись. Даже прах может забить дыхание, если поднять его слишком много.

Нергал оскалилась.

— Убирайся.

Азур исчез. Нергал осталась одна. Она подошла к тому, что служило окном, откуда был виден Айрос — голубоватый шар, окутанный облаками, где копошились миллионы людей, которые когда-то верили в неё. Или боялись. Она больше не различала.

— Пусть идут, — прошептала она; её голос разнёсся по чертогу, заставляя эфирные линии пульсировать в такт её гневу. — Я встречу их. И они узнают, что такое гнев богини. Они узнают, что значит трогать то, что не принадлежит смертным. Они узнают боль. Страх. Смерть.

Над Айросом сгущались тучи.

Месяц Валонар, 2002 г. Э.С.

Время: Несколько дней спустя после главы 19

Место: База Лекса, командный центр

В командном центре базы никогда не было так тихо. Тут всегда кто-то с кем-то спорил, обсуждал планы и действия, но не сейчас. За длинным столом, сколоченным из старых ящиков, сидели те, от кого зависело если не всё, то многое. Лекс — во главе, бледный, с красными глазами после бессонных ночей, проведённых за чертежами и тяжёлыми размышлениями. Айрин — рядом, её рука лежала на столе, пальцы нервно сжимали край карты. Клык прислонился к стене, грыз свою неизменную травинку. Зураб как всегда молча точил топор. Серафима сидела напротив, сжимая амулет. Грым с Писком на плече перебирал какие-то схемы. Шило стоял у входа, его цепкие глаза сталкера не упускали ни одной детали. Кор-Дум примостился с краю, опираясь на молот.

— Итак, начнем?! — то ли спросил, то ли утвердил Лекс.

— Да, все, кто нужен, собрались, можем начинать, — ответил Клык.

— Тогда слушайте, разговор будет серьёзным.

Лекс поднялся, подошёл к карте, развёрнутой на стене. Красные метки обозначали базу, жёлтые — предполагаемые места порталов, синие — маршруты.

— Силы у нас есть. Звёздное железо, ключ, карта чертогов. Но чтобы попасть на станцию, нужно активировать какой-нибудь из порталов. А для этого его сначала нужно найти. — Он повернулся к Клыку. — Твоя задача — Серые земли, это ближе всего. Портал где-то там, на границе, но точное место не отмечено ни на одной из наших карт. Ты пойдёшь с гоблинами — они знают эти места. Разведаешь дорогу, проверишь, нет ли засад, эльфийских патрулей, ловушек. Твоя задача — разведка и возвращение целым и невредимым назад.

— А если эльфы уже там? — спросил Зураб.

— Если эльфы уже там, Клык заметит их раньше, чем они его. — Лекс посмотрел на сталкера. — Возьмёшь Грымзу и двоих его сородичей. Они бывали в тех краях.

— Возьму, — кивнул Клык. — Но портал — это не просто дыра в земле. Там может быть что угодно. Древние не любили, когда к их вещам прикасались без спроса.

— Поэтому ты и идёшь первым. Посмотришь, оценишь, доложишь, ты самый опытный у нас в этом вопросе. — Лекс перевёл взгляд на Айрин. — Вторая задача — Ингрия. Руины королевского дворца.

Айрин вздрогнула и побледнела. Её пальцы, лежавшие на карте, замерли.

— Эрвин говорит, что там может быть тайник, — продолжил Лекс. — Чертежи древних мастеров, старые карты, записи. То, что поможет нам в нашей борьбе, и может быть, там есть записи про чертоги. Ты — принцесса Ингрии. Если кто и может найти тайник, который прятали для королей, так это ты.

— Нет, пожалуйста. Нет, — тихо сказала Айрин.

В комнате повисла тишина. Даже Зураб перестал точить топор.

— Что? — переспросил Лекс.

— Я сказала — нет. — Айрин подняла голову, и в её глазах была такая боль, что Лекс на мгновение забыл, что хотел сказать. — Ты предлагаешь мне поехать туда, где всё сгорело? Где я потеряла отца, мать, свой дом, свою страну? Я не хочу видеть останки. Я не готова.

— Айрин…

— Ты не понимаешь. — Она встала, оперлась руками о стол, её губы дрожали. — Я помню каждый камень. Каждую улицу, людей. Я помню, как отец брал меня за руку, когда мы шли на праздник урожая. Я помню запах свежего хлеба с рыночной площади. А теперь там пепел, пустота и ветер. И ты хочешь, чтобы я туда поехала? Чтобы посмотрела на это?

— Нет, любимая, я не хочу, чтобы тебе было больно, поверь. Но у нас просто нет выбора. Я очень хочу, чтобы мы победили и жили спокойно и счастливо. Поверь, — спокойно ответил Лекс. — И для этого нам нужны эти чертежи и всё, что там осталось. Пока это кто-то не нашёл или это не досталось нашим врагам.

— Найди кого-то другого.

— Некого. — Лекс подошёл к ней, взял за руку. — Ты — единственная, кто сможет найти тайник. Твоя память, твоё знание дворца, твоя кровь. Без тебя мы можем пройти мимо, даже не заметив входа. А Эрвин слишком стар.

Айрин сжала губы. Она смотрела на его руку, лежащую на её ладони, потом перевела взгляд на карту, где красным кружком была отмечена Ингрия.

— Это очень больно, — прошептала она.

— Я знаю и понимаю. Прости меня, родная, но это необходимо.

— Я буду плакать. Не при людях, но буду. Понял да? А когда вернусь, ты будешь меня утешать. Вот!

— Никто не увидит. — Он отпустил её руку. — Но если ты не поедешь, мы рискуем потерять всё. Не только Ингрию. И тебя, и меня, и всех, кто здесь сидит, кто доверился нам, пошёл за нами. Чертежи древних мастеров могут дать нам то, чего не даст никакое звёздное железо — знание.

Айрин молчала долго. Опустилась на стул.

— Хорошо, — сказала она, голос её был чужим, как будто говорил кто-то другой. — Я поеду. Возьму Зураба и ещё двоих сталкеров. И гоблинов для прикрытия.

— Спасибо тебе, — тихо сказал Лекс.

— Не за что, — ответила она, не глядя на него.

Лекс перевёл взгляд на остальных.

— Грым, мы с тобой остаёмся на базе. Будем готовить оружие из звёздного железа. Наконечники для стрел, пули, клинок. Архитектор поможет, но кто-то должен воплощать его идеи в металле. А так же тренировать стрелков из «гаус-винтовок».

— Я готов, — сказал Грым, и Писк на его плече издал короткий, деловой писк.

— Серафима, — Лекс повернулся к жрице. — Твоя задача — люди. Пройди по лазарету, поговори с ранеными. Успокой их. Укрепи веру в то, что мы делаем. Кто-то должен поддержать тех, кто боится. Ты можешь это сделать.

— Я сделаю, — ответила Серафима, в её глазах мелькнула решимость. — Слово утешения иногда важнее любого лекарства и оружия.

— Шило, — Лекс посмотрел на старого сталкера. — Ты приглядишь за базой, пока я буду в кузнице. За порядком. Грым будет занят, я — тоже. Ты — глаза и уши.

— Присмотрю, — хмыкнул Шило. — Бабка моя говорила: «За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь». Но за одним — можно. И за порядком, и за Грымом.

— Я не заяц, — буркнул Грым.

— А я не охотник, — парировал Шило. — Так, присматриваю.

Лекс обвёл взглядом собравшихся.

— В Серые земли завтра на рассвете, Айрин — в Ингрию примерно в то же время. Грым и я начинаем работу в кузнице сегодня же вечером, время не ждёт, а работы — конь не валялся. Всем всё ясно?