— Просветишь? — повернулся ко мне Рокот.

— Да слушай, мне давно покоя не давала одна штука. Все эти мутанты: сетники, мать их, муты, гексаподы, чтоб им пусто было — откуда они взялись вообще? Для того, чтобы сформировались устойчивые мутации, нужно чтобы несколько поколений прошло. А тут — всего пять лет со времен катастрофы, и целые популяции устойчивых видов. А вот термин «биологическая лаборатория» все ставит на свои места. Биофабрика, значит… Твои хозяева — совсем поехавшие.

— Как и твои, — парировал Рокот.

— Бывшие! — поднял я палец. — М-да. Биофабрика. Ну, ладно. Рад был тебя видеть, Костя. Желаю удачи, — я затянул ремни разгрузки и забросил за спину рюкзак.

— В смысле «рад был видеть»? — не понял Рокот. — Ты идешь со мной!

— Да щас! — хмыкнул я. — Я не самоубийца. Прости, брат, но мне никаких заданий не приходило. Так что — это не моя война. Ошейник расстегнешь?

Костя несколько секунд молчал, а потом его лицо расплылось в мерзковатой хитрой улыбке.

— А я не могу. Физически. У меня нет ключа. Он у Вьюги.

— А. Понял, — кивнул я. — Ну, ладно. Хрен с ним тогда. Сам как-нибудь сниму. Ножовкой распилю к чертовой матери.

Рокот ухмыльнулся еще шире.

— И останешься без головы. Там внутри — взрывчатка, — радостно сообщил он. — Не очень много, но чтобы оторвать тебе башку вполне хватит. Взрыватель активируется при попытке механического воздействия на корпус. Начнешь распиливать ошейник — мгновенно взорвешься к херам.

Я уставился на него.

— Вы, блин, совсем издеваетесь? — выдохнул я с чувством.

Рокот снова улыбнулся.

— Так что, ты со мной? Прогуляемся, ключ поищем…

Я посмотрел на Рокота, опустил взгляд на тяжелую блямбу ошейника, обвившую горло… Мне, по ходу сильно повезло, что он при падении не сдетонировал… Или Рокот блефует? Блин, проверять-то не хочется… В лучшем случае — улечу обратно в бункер к психу Плесецкому. В худшем — вирус доел системы бункера, и воскрешения вообще не будет. Какой вариант предпочтительнее — даже не знаю, ага…

Я тяжело вздохнул.

— Ладно. Хрен с тобой. Но давай сразу договоримся: находим твоих, ты снимаешь ошейник — и разбегаемся. А если твой громила опять бычить начнет — я его пристрелю на хрен. Забились?

— Псмотрим… — уклончиво ответил Рокот. Я выругался. Вот же дерьмо!

Ладно. Выбираться отсюда в любом случае как-то надо. И проделать часть пути с Рокотом — не худший вариант. Правда, лучше бы этот путь вел куда-нибудь в другую сторону.

— Так что, ты со мной? — повторил Рокот?

— С тобой… — буркнул я и грязно выругался.

— Как в старые добрые времена? — ехидно улыбнулся Рокот.

— Угу, — пробурчал я и принялся прилаживать бесполезный пока шлем к рюкзаку.

Вот как я постоянно умудряюсь так вляпываться, а? Сплошное невезение, мать его!

— Пошли, что ли, — проговорил Рокот, выбираясь из коптера и взваливая за спину собственный рюкзак. — Заодно, пока идем, и в курс дела меня введешь немного, что там у тебя с «ГенТек» произошло, и какого дьявола на тебя охоту объявили.

— Боюсь, история будет долгой, — мрачно выдавил я.

— Ну, что-то мне подсказывает, что времени на нее хватит, — хмыкнул Рокот, и, сменив магазин, не оглядываясь двинулся вглубь тоннеля. Я постоял секунду, смачно сплюнул на пол и уныло двинулся следом.

Везет, блин, как утопленнику!

Мы двигались вглубь тоннеля молча, настороженно, прислушиваясь к каждому звуку. Я шел впереди, держа винтовку наизготовку, Симба непрерывно сканировал пространство вокруг. Обновленный «Скат» и правда действовал на большее расстояние, вот только был нюанс: характеристики были указаны явно для открытой местности. Впрочем, у меня претензий не было: старый, даже с апгрейдом, работал хуже. Рокот шел суть позади и справа — спокойно, грамотно, без лишней суеты. Движется правильно, не шумит, за секторами смотрит… Хорошая подготовка у человека, ничего не скажешь. По сравнению даже с Громом — небо и земля. Сразу видно — профессионал. Хоть где-то повезло.

Тоннель постепенно переходил в коридор — стены становились ровнее, явно рукотворными, бетонными. Пол тоже бетонный, покрытый слоем пыли и мусора. Потолок низкий, метра два с небольшим, давил сверху неприятно. Лучи тактических фонарей выхватывали из темноты следы запустения и обломки какого-то оборудования. На стенах виднелись следы зеленой слизи — верный признак близости логова сетников.

Пахло затхлостью, плесенью и чем-то еще — химией застарелой, машинным маслом, органикой смутной. Неприятный коктейль. На полу валялись обломки, куски арматуры… Тем не менее, где-то там, в глубине тоннеля, слышались звуки. Невнятные, непонятные, но явно не биологического происхождения. Что-то технологическое. Что именно — непонятно, но, боюсь, вскоре нам придется установить их источник.

Рокот некоторое время молчал, потом нарушил тишину.

— Так что там у тебя с ГенТек случилось? — спросил он прямо. — Почему они на тебя такую охоту открыли?

Я не обернулся, продолжал идти, осматриваясь по сторонам.

— Мы с корпорацией несколько разошлись во взглядах, — сказал я спокойно. — Можно так сказать.

— И в какой части?

Я усмехнулся невесело.

— В той, что касается экспериментов над людьми и превращения их в киборгов против их воли. И не только. Вообще, меня удивляет, что ты задаешь такие вопросы. Неужели ты до сих пор не понял, на кого работаешь и чем они заниимаются?

Рокот пожал плечами.

— При мне экспериментов ни над кем не ставили.

— И какова официальная политика партии? — ехидно спросил я. — Какую амбициозную цель ставит перед собой ГенТек?

— Зачем ты ерничаешь? — как-то очень серьезно спросил Рокот. — Да, с Эдемом они плотно накосячили, так, что до сих пор разгрести не могут. Но в остальном…

— В остальном, Костя, я тебе уже показывал видео. Очень удобно валить все на Эдем, но есть нюанс: на мясной станции, с которой я вытаскивал захваченных товарищей, на органы пленников разбирали именно люди.

Рокот помолчал, переваривая.

— А что конкретно им от тебя нужно сейчас?

Я остановился у очередной двери, быстро проверил помещение, осветив его фонарем — пусто, только пыль и паутина. Пошел дальше.

— Информация, — сказал я. — Какая-то очень важная информация у меня в голове, которую они хотят достать любой ценой.

— Какая именно информация?

Я остановился. Обернулся, посмотрел Рокоту в глаза, прикидывая, что можно сказать, а о чем лучше умолчать. Остановился на том, что полуправда всегда лучше лжи. А иногда — и полной откровенности.

— Вот чтоб я знал, брат, — сказал я честно. — Дело в том что я очнулся неделю назад в каком-то гребаном подвале на окраине Москвы. И я не помнил не то что какие-то секреты — я собственное имя не помнил нормально. Память стерта начисто, как жесткий диск форматнули к чертям. Что-то со мной произошло неприятное, и из этого неприятного торчат уши ГенТек по самые макушки, это я тебе точно говорю.

Рокот смотрел на меня внимательно, оценивающе. Кивнул медленно. Развернулся, пошел дальше.

— Ты убил двух моих парней, — вдруг проговорил он, едва не заставив меня споткнуться от неожиданности. — Не думай, что я это оставлю просто так.

Я вздохнул.

— А что мне нужно было делать, Костя? Поднять руки и сдаться? Слушай, мне кажется, ты действительно не понимаешь, что происходит, живешь в каком-то придуманном мире, в счастливом неведении. ГенТек отправил тебя за мной не для того, чтобы родительски пожурить и погрозить пальцем. Они намерены меня убить, Рокот. Выпотрошив перед этим мою память. И то, что они достанут из нее, позволит им стать еще могущественнее. А мне бы этого не хотелось. Так что я не буду делать вид, что мне жалко твоих парней. Полагаю, они знали, на что шли. И, если бы они сейчас были живы — я сам был бы уже мертв. Я думаю, ты бы на моем месте поступил точно так же.

— Поэтому ты подорвал себя гранатой, лишь бы не попасть к ним? — следующий вопрос Рокота заставил меня поморщиться. — Как вообще так вышло? Мы же твое тело на базу доставили… Я же сам тебя грузить помогал…