— Они не слушают, они готовятся атаковать! — крикнула Айрин.

Лекс огляделся. В углу зала он заметил пульт управления — точно такой же, как в других местах. Если получится отключить стражей централизованно…

— Прикройте меня! — крикнул он и бросился к пульту.

Путь преградил ещё один страж. Лекс увернулся от его удара, перекатился и оказался у панели. Пальцы забегали по символам. Система запросила пароль.

«Введите код доступа», — высветилось на экране.

Лекс лихорадочно перебирал варианты. Что Древние могли использовать как пароль для своих садов? Какое‑то ключевое слово, связанное с природой, жизнью…

И вдруг он вспомнил загадку, которую рассказывал Корней в фургоне:

«Из одной глины вылеплены трое: один пошёл в огонь и стал воином, другой ушёл во тьму и стал тенью, третий остался на свете и стал творцом».

Орки — воины, созданные для войны. Гоблины — тени подземелий. Люди — творцы, оставшиеся на свете. Это была метафора происхождения трёх рас, созданных на основе человеческой ДНК.

Лекс набрал символы, обозначающие «человек». Панель мигнула, и стражи замерли на месте.

— Сработало! — выдохнул Грым.

— Быстро уходим, — скомандовал Лекс. — Не знаю, надолго ли.

— Подождите! — крикнул дроид. — Я хочу взять образец этого гриба! Он такой красивый!

— Нет! — рявкнули все хором, и дроид с явным сожалением поплёлся за ними.

Они выбежали из зала, и двери за ними бесшумно закрылись. Стражи остались внутри, застыв статуями среди светящихся растений.

— Это было близко, — выдохнула Айрин, прижимаясь к стене.

— Близко, — согласился Лекс. — Но мы справились. Идём к Зурабу.

— А я всё‑таки думаю, что тот гриб был важен, — проворчал дроид. — У меня в базе нет информации о таких видах. Я бы мог его классифицировать.

— Классифицируй потом, — отмахнулся Лекс. — Если выживем.

Они вернулись в медицинский центр как раз вовремя — капсула пискнула, и крышка открылась. Зураб открыл глаза, посмотрел на них мутным взглядом и прохрипел:

— Где я? И почему так светло?

— В раю, — усмехнулся Кор-Дум. — Но тебя туда пока не пускают, так что придётся обратно в ад.

— Ад — это здесь? — Зураб попытался приподняться. — Тогда я, наверное, уже там. Потому что чувствую себя прескверно.

— Лежи, — сказал Лекс, подходя. — Ты был при смерти. Яд чуть не убил тебя. Если бы не эти капсулы…

— Яд… — Зураб поморщился. — Помню. Тварь эта… Спасибо. И тебе, и вам всем.

— Не за что. Мы в городе Древних. Тут есть где отдохнуть.

— В городе Древних? — Зураб попытался сесть, но Айрин мягко удержала его. — Это тот самый, подземный?

— Он самый.

— А эль тут есть? — неожиданно спросил кузнец.

Все переглянулись.

— Ты о чём? — удивился Грым.

— Ну, эль. Древние же пили что‑то? Может, у них тут пивоварня сохранилась? А то я после такого лечения промочить горло не помешало бы.

— Ты только что с того света вернулся и думаешь о пиве? — возмутилась Айрин.

— А что, на том свете пива нет. Значит, надо жить здесь, где есть.

Кор-Дум расхохотался, хлопая себя по ляжкам.

— Вот это я понимаю — правильные мысли! Ну, кузнец, ты даёшь! Ладно, поищем тебе эль. Если Древние его варили, то он должен быть где‑то тут. У них ведь наверняка были запасы.

— У них были запасы всего, — подтвердил дроид. — В том числе напитков. Я могу показать склад. Там есть контейнеры с маркировкой «ферментированный солодовый напиток». По‑моему, это то, что вам нужно.

— Веди! — Зураб попытался встать, но ноги не держали.

— Лежи уж, — осадил его Кор-Дум. — Я сам схожу. А ты пока рассказывай, что тебе снилось, пока ты в отключке был.

— Снилось… — Зураб задумался. — Странное. Будто я в кузнице, а вокруг меня танцуют эльфы с цветами в волосах. И поют. А я пытаюсь им объяснить, что мечи ковать надо, а не хороводы водить.

— Это яд на тебя так подействовал, — заключил Грым. — Больше никогда не дам тебя кусать этим тварям.

— Спасибо, сынок, — хмыкнул Зураб. — Буду иметь в виду.

Айрин помогла Зурабу сесть, но он всё ещё был слаб. Лекс решил, что нужно найти нормальное убежище, где можно будет переночевать и прийти в себя.

Дроид, который всё это время болтался рядом, вдруг ожил и заговорил:

— Рекомендую жилой блок сектора 2-Б. Он ближе всего к медицинскому центру и имеет работающие системы жизнеобеспечения. Там даже есть автоматическая кухня. Правда, она готовит только одну еду — синтезированный белок. Но если добавить специй… хотя специй у вас нет.

— Веди, — устало сказал Лекс.

Жилой блок оказался небольшим зданием с несколькими квартирами. Внутри было чисто, работало освещение, из кранов текла вода — Древние позаботились о комфорте даже через тысячи лет.

Они выбрали комнату с двумя койками, столом и даже маленькой ванной. Кор-Дум уложил Зураба на одну из коек, сам устроился на полу, ворча, что «дворфам мягко спать вредно». Грым примостился рядом с отцом, и вскоре его сопение возвестило, что он уснул.

Лекс и Айрин вышли на небольшой балкончик, с которого открывался вид на спящий город. Тысячи огней мерцали внизу, создавая иллюзию звёздного неба, отражённого в каменной чаще.

— Красиво, — тихо сказала Айрин.

— Да, — согласился Лекс. — И страшно. Мы в самом сердце древней цивилизации, а знаем о ней меньше, чем о муравейнике.

— Но мы здесь. Мы живы. Зураб жив. Это главное.

— И дроид этот… он забавный, хоть и с приветом.

— Да уж. Представляешь, десять тысяч лет в одиночестве? Я бы тоже с ума сошёл.

— Он не сошёл. Он просто… адаптировался. Шутит сам с собой. Наверное, это единственный способ не сойти с ума.

Айрин посмотрела на него долгим взглядом.

— Ты тоже так адаптируешься?

— Я стараюсь. С вами легче.

Она улыбнулась и взяла его за руку.

— Знаешь, когда я была маленькой, в Ингрии рассказывали легенды о городах Древних. Говорили, что там живут духи, которые могут исполнить любое желание. Я мечтала попасть сюда, чтобы попросить вернуть мою семью.

— И что теперь?

— Теперь я понимаю, что никакие духи не вернут мёртвых. Но здесь я нашла новую семью. Вас.

Лекс обнял её, и они стояли молча, глядя на город, и каждый думал о своём. Лекс — о том, сколько ещё испытаний ждёт впереди, и хватит ли у него сил. Айрин — о том, что этот странный, чужой человек стал для неё важнее всего на свете.

Где‑то там, далеко в горах, Вэл'Шан вёл свой отряд. Он чувствовал эфирный след, становившийся всё ярче, и улыбался холодной, жадной улыбкой учёного, нашедшего редкий экземпляр.

— Я иду, Наследник, — шептал он. — Скоро встретимся.

А внизу, в спящем городе, четверо беглецов обрели временный покой. Они не знали, что враг уже близко, но даже если бы знали — они были готовы.

Потому что выбора не оставалось.

___________________

«Я инженер, а не писатель. Мне важно знать, работает ли эта история. Если заметили сбой в сюжете или просто зацепило — стукните в комментариях. Без вашей обратной связи я как без браслета — слепой и глухой».

Месяц Валонар, 2000 г. Э.С.

Утро в Старом Городе начиналось не с рассвета — здесь, глубоко под землёй, не было солнца. Вместо него искусственное светило на своде пещеры медленно разгоралось, имитируя восход. Древние продумали всё — даже психологический комфорт жителей подземного города.

Лекс проснулся первым, как обычно. Голова всё ещё побаливала после вчерашнего подключения к Архитектору, но боль стала привычным фоном, с которым можно было жить. Он осторожно высвободился из объятий Айрин — девушка спала, уткнувшись носом ему в плечо, и во сне её лицо казалось почти безмятежным, без той постоянной настороженности, что появилась за последние недели.

Лекс задержал взгляд на её лице. Тонкие черты, разметавшиеся по подушке пепельные волосы, чуть приоткрытые губы. Она была красива той особой красотой, которая не нуждается в украшениях и румянах — красотой человека, прошедшего через ад и сохранившего способность любить и верить. Лекс поймал себя на мысли, что готов смотреть на неё вечно, но где‑то в глубине сознания уже шевелились привычные страхи: он боялся, что не сможет её защитить, что его проклятие — приносить смерть близким — снова сработает. Ромка, рабочие на комбинате... Их лица всплывали перед глазами каждый раз, когда он позволял себе расслабиться.