— Все живы? — спросил я.

— Более-менее, — ответил Рокот, осматривая глубокую царапину на броне. — Это чем он так умудрилася, гаденыш?

Вьюга лишь молча кивнула, спокойно и невозмутимая, как, впрочем, и всегда. Рядом что-то пропищала испуганная и дрожащая Ида.

— Ну и хорошо, — резюмировал я. — Мы почти у выхода. Пошли. Я иду первым, за мной — Вьюга. Ида следующей, Рокот замыкает. Пошли.

Технический тоннель оказался еще теснее, чем сам этаж, Я не страдал клаустрофобией, но при виде бетонного короба метр на полтора, еще и загроможденного уложенными по стенам кабелями, мне стало не по себе. Рокот, увидев, через что придется протискиваться, выдал длинную невоспроизводимую тираду. Я его понимал. Товарищ был крупнее меня, хоть и незначительно, и ползти через такой отнорок, еще и будучи облаченным в экзоброню, удовольствием было весьма сомнительным. Однако больше ничего не оставалось, и мы двинулись по тоннелю. Рокот за спиной бурчал и матерился, цепляясь наплечниками о стенки тоннеля так, что, наверное, на минус первом было слышно, и я, в итоге, не выдержал, и буркнул:

— Хватит материться, тебя за километр услышат.

— Пусть слышат, — прохрипел Рокот. — Я, если встречу инженера, который этот тоннель построил, на его толстой кишке продемонстрирую, насколько комфортно по нему передвигаться.

— Его не для тебя строили, — хмыкнул я. — А для тварей, по которым мы только что стреляли.

— Будто это что-то меняет, — буркнул Рокот.

Вьюга ползла молча — я даже не слышал, как она двигается. Ида нервничала, но держалась. Вообще, за все время, что мы пробирались через бункер, Ида ни разу не заныла, не запаниковала, не сделала ничего такого, из-за чего я бы пожалел, что взял ее с собой. Молодец. Не ожидал, если честно.

«Симба, что впереди?»

«Тоннель выходит на минус тринадцатый лабораторный этаж через технический люк. Люк стандартный, с механическим запором, продублированный магнитным замком. Магнитный замок я уже отключил. По предварительным данным на этаже Но предупреждаю, шеф: данные неполные, я только набираю картинку.»

«Понял. Как будет полная — доложи.»

Метров через двадцать тоннель пошел вниз под небольшим уклоном, потом свернул, и впереди тускло блеснул металл — люк. Квадратный, утопленный в пол тоннеля, с поворотным штурвалом. Я добрался до него, встал на колени и взялся за штурвал.

Пользовались этим выходом, видимо, редко. По крайней мере штурвал поддаваться не желал. Я подергал, уперся в стену и дернул сильнее. Не поддается. Сжав зубы, я сел поудобнее, перехватился обеими руками поудобнее и рванул изо всех сил. Штурвал со скрежетом подался. Один оборот, второй, третий — готово.

Я осторожно приподнял люк. Полоска белого света после темноты тоннеля казалась просто-таки ослепительной. Дождавшись, пока импланты перенастроятся, я приоткрыл люк еще сильнее и выглянул. Коридор. Пустой. По крайней мере — пока пустой. Гладкий пол, светло-серые стены, лампы дневного света, кажущиеся настоящими прожекторами…

Активировав «Скат», я посмотрел на результаты. Люди — или киборги, — вокруг были. Но не в непосредственной близости.

«Подтверждаю, шеф. Непосредственная угроза отсутствует. Вы на минус тринадцатом. Это еще один лабораторный этаж. Зона управления — на этаж ниже.»

Кивнув, я откинул люк и скользнул вниз. Мягко приземлился, спружинив ногами, с наслаждением выпрямился и повел стволом по коридору. Чисто. На стене — указатель: «Уровень −13. Лабораторная зона. Только с допуском категории С». Что ж. Допуска у нас нет, но есть автоматы. Полагаю, сойдет.

Пропустив перед собой Вьюгу и Иду, из люка, не забыв закрыть его за собой, спрыгнул Рокот. Крышка гулко грохнула, и я поморщился. Симба тут же отрапортовал, что магнитный замок снова заблокирован. Я кивнул. Это хорошо. Как-то спокойнее сразу стало. Еще не хватало, чтоб оттуда сетники полезли…

— Лучше бы я через баррикады прорывался, — пробубнел Рокот, с наслаждением потягиваясь.

— Сплюнь, — буркнул я. — Такая возможность еще может представиться.

И в этот момент в коридоре взвыла сирена.

Звук ударил по ушам — резкий, пронзительный и пульсирующий. Мигнули аварийные лампы. Мы переглянулись — все четверо, одновременно.

— Это не мы, — сказал Рокот. — Мы-то уже внутри.

— Я полагаю, дело не в нас, — проговорил я, и не смог сдержать усмешку. — Крон и Молот. Они это сделали. Похоже, начался бунт.

«Подтверждаю, шеф, — прорезался Симба, и в его голосе мне послышалось что-то похожее на удовлетворение. — Перехватываю обрывки сеансов внутренней связи. Хаотичные переговоры, запросы подкреплений с верхних ярусов, несколько постов охраны не отвечают. Наверху серьезные проблемы.»

Серьезные проблемы — это у ГенТек. А для нас это, наоборот, означает, что все идет по плану.

— Они сейчас рвутся на части, — сказал Рокот, и вот в его-то голосе удовлетворение звучало абсолютно явственно. — Вверху бунт, внизу мы… Им не хватит людей на оба направления.

— Именно так, — кивнул я. — Поэтому надо двигаться быстро. Пока они не разобрались, что к чему, пока суетятся, пока перебрасывают людей наверх. Нам нужно вниз, к узлу управления. Захватываем их главный штаб, вырубаем ПВО и механоидов и зовем «Феникс». Как только они высадятся — этим ребятам станет совсем невесело.

— Ну так чего стоим? — Рокот ощерился, передернул затвор и двинулся по коридору. Я крепче сжал автомат и двинулся следом. К лестнице, ведущей в зону управления. Вниз. К концу этой истории — так или иначе.

И я налеюсь, что на этот раз этот конец будет счастливым. Хотя бы ради разнообразия.

Однако либо у ГенТек было больше людей, чем нам бы хотелось, либо мы были для них все же приоритетной целью. Как бы то ни было, спокойно мы не прошли и пятидесяти метров. Где-то сзади грохнула дверь, а потом по коридору разнесся топот ног, обутых в тяжелые ботинки. Если часто слышишь, как бегают молодые слоны — или отряд спецназа поднятный по тревоге — этот звук начинаешь узнавать с первой, так сказать ноты. Так как появление молодых слонов в подземном бункере ГенТек было весьма сомнительным, вариант оставался один — за нами послали спецназ.

Мы рванули вперед. Однако стоило мне выскочить из-за поворота, как фазовый щит замерцал попаданиями. Я отшатнулся назад. Засада. Впереди нас тоже ждали. Твою мать! Что же делать?

Мой взгляд упал на двери в стене. Мощная металлическая створка с надписью «Биологическая лаборатория». Весь мой опыт шатания по постапокалиптической Москве кричал, что в помещения с такими табличками лучше не соваться, особенно если они находятся в командном бункере ГенТек, но делать было нечего. В противном случае нас зажмут с двух сторон и, если не расстреляют, как в тире, просто закидают гранатами.

— Симба, план помещения! — выкрикнул я.

«Готово, сэр. Биологическая лаборатория, как и большинство помещений, расположенных в ядре бункере, занимает весь этаж, имеет круглую форму и четыре выхода».

— То есть, войдя в эту дверь мы пройдем этаж насквозь и выйдем с другой стороны?

«Так точно, шеф».

— Годится. Открывай!

Я повернулся к товарищам.

— Меняем направление! За мной, быстро! — я метнулся к двери, и оказался возле нее ровно в тот момент, когда магнитный замок сухо щелкнул, а светодиод сменил цвет с красного на зеленый. Открыто!

Внутри оказался шлюз. Ну да, биологическая же лаборатория, не хрен собачий. У стены пристроились несколько шкафов с лабораторными костюмами и респираторами, которые мы дружно решили проигнорировать. Полагаю, кому-кому, а нам здесь бояться уже нечего…

Едва мы оказались внутри, как Симба заблокировал двери, и нас обдало облаком резко пахнущего газа. Я дернулся было, но Симба поспешил меня успокоить:

— Стандартная процедура обеззараживания. Без нее вторая дверь попросту не откроется.

Пришлось, сжав зубы, дотерпеть до конца. Давление в комнате изменилось и тут же щелкнул замок на второй двери.