— Разумеется. «Как избавиться от обезумевших фанаток и их главаря», — не проговорил — пропел Кайрат.

Ах, когда-то я была вождем, а теперь всего лишь главарь. Мельчаю!

— Ну-ну, удачи, — хмыкнула я.

— А ты что здесь делаешь?

— Не поверишь, но у нас с тобой впервые совпадают цели! Я тоже ищу материал для доклада.

— В секторе по некромантии для пятикурсников? Я чего-то о тебе не знаю, Юрай?

Тю! А я все думаю, почему все про скелеты да про кладбища. Наверное, насторожиться стоило ещё на этапе, когда в руках оказалась инструкция по созданию мини-армии из нечистой силы…

Что ж, пора признать и смириться — если меня закинут в лес и выдадут карту, то я скорее приручу медведя и стану вольготно жить в дупле, укрываясь той самой картой, чем выберусь обратно к людям. Хотя о каком лесу идет речь? Я потерялась в шкафах!

— Увлечение у меня такое — читать про всякую жуть перед сном. Помогает настроиться на мысли о великом, — проговорила, неспешно спускаясь. — Вот недавно как раз закончила читать об одном принце, который отказался помогать ведьме, отчего та разозлилась и закатала его в банку с формалином.

— Когда будешь закатывать меня в банку, не забудь добавить укроп и соль. На зубчики чеснока не рассчитываю, уж больно ты вредная.

Одарить Кайрата своим остроумием я не успела. Стремянка не выдержала возложенной на неё ответственности и решила сбросить груз. Деревянная перекладина треснула под ногой, я всплеснула руками и устремилась к полу.

Судьбоносной встречи с мраморным товарищем не вышло — я вдруг оказалась ловко подхвачена и прижата к сильному телу.

— Я ведь сказал, что поймаю, — хмыкнул Майерхольд, довольно улыбаясь.

В этой ситуации у меня было великое множество реакций. Но моё тело выбрало самую ужасную!

Я, Евангелина Юрай, гениальный артефактор, искусный пакостник и просто человек без стыда и совести, внезапно… смутилась.

И не поймите меня превратно — моё сердце не дрогнуло! По причине того, что оно полностью и безвозвратно отдано науке. Однако было в Кае что-то такое… от чего загорались щеки.

Колдун чертов!

— Спасибо, — буркнула я и нетерпеливо заерзала, непрозрачно намекая на то, что хочу на пол. Волю мою выполнили, и я, боясь отчебучить чего поинтереснее, поспешила прочь.

— Юрай.

— Чего ещё?

— Книги для первогодок в другой стороне.

Скрипя зубами, я, под насмешливым взглядом Его Высочества, засеменила в противоположном направлении.

Добыв все необходимое, я засела в читальном зале. Достала тетради, ручку, своё неумное, но при этом крошечное желание учиться в Рассентале, и поняла, что последнего чертовски не хватает.

Ну не хочу я решать эти задачки по нумерологии! И ладно одну! Ладно — две. Я согласна даже на пять! Но тридцать!!!

— Убить его будет легче… — задумчиво протянула я, пытаясь вникнуть в условие.

— И то верно, — раздался шепот за спиной. Обернувшись, увидела братьев Ферден.

— Но лучше не стоит, — протянул Агес.

— Вдруг он обратится демоном?

— И снова станет преподавать?

— Ужас! — заключили мы втроем.

— Вождь Светильников, а где наши бомбочки? — с претензией поинтересовался Арес.

Где-то в светлом будущем без задачек по нумерологии, очевидно.

По правде говоря, у меня был сто и один свободный час на их создание, вот только я… бессовестно про них забыла. Но сейчас, когда познакомилась с тем, на чью уважаемую голову упадут эти самые бомбочки, я испытываю великое желание приступить к работе немедленно!

— Господа, правильно ли я понимаю, что мстить вы собираетесь Грейлису?

— Так точно.

— Точнее и быть не может!

— Он гад!

— Натуральная жаба.

— Из-за него исключилась наша сестра!

— А ещё наш хороший друг!

Вот ведь…

— Почему же ректор его терпит? — спросила озадаченно.

— В прошлом он был министром.

— Очень важной шишкой!

— Его дочь служит при дворе, а племянница жена самого графа Вердье… Ой!

— Короче говоря, с ним лучше не связываться, — заключила я, проигнорировав упоминание об отце. Братья активно закивали. — Что ж, друзья мои, я знаю кучу способов насолить ему, начиная с безобидных бомбочек заканчивая… — выдержав театральную паузу, я махнула рукой. — Впрочем, неважно. Времени на всё это у меня больше нет. Если хотите, можете забрать сундук с инструментами. Боюсь, я не смогу вам помочь. Как жаль, как жаль…

Как же жаль, что я не стала актрисой! Уверена, зрители бы оценили мой талант. Совсем как братья Агес и Арес Ферден.

— А давай мы сделаем домашку за тебя!

Выпьем же за здравие моих братьев из тайного общества Светильников!

Оставив юношей возиться с задачками и докладом, я бросилась в комнату. Меня ждал увлекательный вечер в компании любимого дела… А ещё меня зачем-то ждала моя младшая сестра.

Очень злая, стоит заметить.

— И где ты шляешься, Ева?

Вот это да! Она помнит моё имя. Удивлена.

— Там, куда тебя ни за что не пустят, — усмехнулась я, проходя к двери. — Туда принимают только тех, кто умеет читать.

— Ах ты! — ей явно хотелось броситься на меня с кулаками. Она всегда пытается решить вопрос силой. И всегда проигрывает. Несмотря на то, что Элеонора выше и крупнее меня, дерется она как истинная аристократка.

Громко и нелепо.

Я уж было приготовилась отбиваться, как вдруг сестричка продемонстрировала феноменальную выдержку и отказалась от затеи получить по шее.

— Тебе письмо от отца.

Она протянула мне конверт со сломанной печатью.

— Ого, так читать ты умеешь? Чужую почту уж точно.

— Отвали от меня, бродяжка! И знай: я тебя ненавижу! Ненавижу! — для пущего эффекта она грозно топнула ножкой и убежала.

Я проводила взглядом самого злобного почтальона в королевстве и крепенько задумалась. Да, у Элеоноры характер совсем не мороженое в сахарном сиропе, однако такой я вижу её второй раз в жизни.

Первый раз случился в день моего возвращения из приюта, но там-то хоть было ясно отчего расстройство — тут на голову сестра упала.

А что же случилось в этот раз?

Пальцы, сжимающие конверт, зачесались от нетерпения. Забежав в комнату, я прочитала своё первое письмо от отца.

И знаете что? Лучше бы у него отсохли руки! Или кончилась бумага… Или

чернила! Или всё вместе, чтобы уж наверняка!

«Евангелина, я очень недоволен твоим поступком», — гласило вступление. Ни привета, ни дорброго времени суток. А зачем? Верно. Незачем, потому сразу к сути:

«Вместо того, чтобы наконец отдать долг семье, что спасла тебя от нищенского существования, ты позорно сбежала. Совсем как твоя мать», — скорбно вздыхало сообщение. Я прямо-таки отчетливо вижу отца и нависающую над ним мачеху, которая диктует ему по слогам.

«Но не волнуйся», — да я само спокойствие.

«Я понимаю, что запустил тебя», — куда⁈

«Ты никогда не сможешь сравниться с братом и сестрой», — благодарю за комплимент, батюшка. Мне приятно.

«Но этого и не нужно, ведь я подобрал для тебя хорошего мужа», — славно! Хороший муж — это прекрасно. А все прекрасное нужно тащить в семью. Потому я, как

примерная дочь, оставлю этого хорошего мужа вам, отец! Совет да любовь, кхе-кхе.

«С ним тебя никто не станет обижать», — не поняла. Кто меня обижает? Выходи! Хоть посмотрю на тебя. Хм, никого нет? Верно, ибо не родился ещё человек, способный меня задеть.

«Он богатый и знатный, потому у тебя наконец получится возвыситься», — и снова, куда? Куда меня все пытаются запустить и возвысить? Мне и на земле чудесно ходится.

«После свадьбы никто не станет насмехаться над твоим происхождением. Заканчивай этот фарс с академией, берись за ум и выходи замуж за генерала Рандорра», — знаешь что, папенька? Свой совет… себе посоветуй.

В уголочке листа ютилось короткое «Отец», под которым следовала размашистая подпись. Мог бы ещё печать рода поставить, а после обратиться к королю за заверением, чтобы я уж наверняка вняла его словам.