— Теперь! — крикнул Лекс. — Бейте их!

Грук и орки обрушили град ударов на дезориентированных тварей. Топоры крушили хитин, разрывали полупрозрачную плоть эфирных волков. Тим и Рагни стреляли из арбалетов, целя в глаза и сочленения. На этот раз их стрелы наносили серьёзный урон. Грым швырнул последний взрывной шар, тот разорвал сразу двух прыгунов, собравшихся в углу.

«Одна минута до активации».

— Все к порталу! — скомандовал Лекс. — Грук, отходи!

Орк рубанул в последний раз, перерубая хребет очередному волку, попятился к порталу, прикрывая своих воинов. «Цербер» остался в арьергарде, методично расстреливая тварей из плазменных пушек. Его броня была покрыта неглубокими вмятинами и царапинами, но кристалл в груди всё ещё горел ровным голубым светом.

Портал разгорался.

Голубой свет сменился ослепительно-белым. Воздух вокруг загудел, наполняясь энергией. Руны на стенах вспыхнули одна за другой, зажигаясь, как звёзды на ночном небе. От портала потянуло холодом — нет не тем, что снаружи, другим, глубинным, вечным, от которого стыла кровь в жилах и замирало сердце.

«Тридцать секунд».

— Серафима, давай! — Лекс протянул ей руку.

Жрица, шатаясь от усталости, схватилась за неё. Её лицо было бледным, под глазами залегли тени, но она улыбалась — слабо, едва заметно.

— Спасибо, я в порядке, — сказала она. — Просто... просто устала.

— Мы все устали. — Он помог ей подойти к порталу. — Отдохнём, когда вернёмся.

«Пятнадцать секунд. Наследник, голем «Цербер» должен войти в портал первым. Он примет на себя возможную атаку с той стороны».

— Понял. — Лекс коснулся кристалла управления големом. «Цербер» развернулся и тяжёлыми шагами двинулся к порталу. Проходя мимо Лекса, он на мгновение замер, словно ожидая последнего приказа, шагнул в свет портала.

«Десять секунд».

— Грым, ты следующий!

— Писк, за мной! — Грым подхватил дроида на плечо, не оборачиваясь, шагнул в портал. Его фигура исчезла в белой вспышке.

«Пять секунд».

— Грук!

Орк кивнул, подтолкнул своих воинов вперёд. Ург шагнул первым, за ним — Гхар, и последним — сам Грук, всё ещё сжимающий окровавленный топор.

«Три секунды».

— Тим, Рагни — вперёд!

Двое сталкеров переглянулись и одновременно шагнули в сияние.

«Одна секунда».

— Вместе? — спросила Серафима.

— Вместе, — ответил Лекс.

Они взялись за руки и шагнули в портал.

Мир исчез.

Не было ни пещеры, ни тварей, ни холода. Только свет — бесконечный, ослепительный, пронизывающий каждую клетку тела. Лекс чувствовал, как его тянет вперёд, сквозь ткань реальности, сквозь слои бытия, туда, где ждали небесные чертоги. Рядом он чувствовал руку Серафимы — тёплую, живую, единственный якорь в этом потоке чистой энергии.

А потом внезапно всё закончилось.

Они стояли на платформе из тёмного металла, парящей в пустоте. Над ними — бесконечное чёрное небо, усеянное звёздами. Под ними — голубоватый шар Айроса, окутанный облаками, медленно вращающийся в бездне. Где-то впереди, в центре гигантского зала, возвышались врата небесных чертогов.

— Мы на месте, — прошептал Грым, и его голос эхом разнёсся по пустому залу.

Никто ему не ответил.

Потому что все понимали: самое трудное только начинается. В глубине чертогов, в багровом полумраке центрального зала, Нергал злорадно улыбнулась.

— Добро пожаловать домой, мой дорогой Наследник, — прошептала она. — Я тебя так заждалась. Это будет интересная игра. Но не надейся я выйду из нее победителем. А хотя нет лучше верь, что победишь. Тем больнее тебе будет в конце. Грязный человечишка.

Месяц Келемвар, 2002 г. Э.С.

Время: неопределённое

Место: Небесные чертоги — орбитальная станция Древних

Нергал вскинула голову, когда первая эфирная нить лопнула у самых врат. Звук был тихим — как треск льда под ногой, — но для неё он прозвучал громче чем рёв боевого горна. Кто-то прошёл через портал. Кто-то, кого здесь быть не должно по определению. Но, как это не пародоксально, это были те, кого она ждала всей своей божественной сущностью.

Она не стала медлить. Рука скользнула над поверхностью багрового кристалла — её сердца в котором плескалась вся её сила, накопленная за тысячелетия — от прикосновения по нему побежали линии похожие на трещины, но не являлись ими. Из них вытянулись тонкие, как паутина, нити тьмы, поползли по полу, по стенам, по потолку, сплетаясь в сеть — невидимую для обычного глаза, но смертоносную для любого, кто войдёт в центральный зал без её позволения.

— Пришш..шли, — прошептала она, в голосе не было гнева. Если бы кто, то посторонний услышал её в этот момент, то услышал бы не разумную речь а предвкушающие змеиное шипение. — Явилисс..сь.

Она выпрямилась, простёрла руки в стороны. Тьма вокруг неё начала сгущаться, обретая форму. Из теней, отбрасываемых колоннами, выступали фигуры — не живые, не мёртвые; тени тех, кто когда-то служил ей и в итоге был поглощён её силой. Молчаливые стражи, готовые умереть снова, окончательной смертью по одному её слову. Десятки. Сотни. Они заполнили зал, их глаза, заполненные сгустками тьмы, обратились к богине, ожидая её приказа.

— Пусть идут, — произнесла Нергал, на её губах заиграла улыбка — тонкая, как лезвие. — Пусть уверуют, что у них есть хоть какой-то шанс. Чем ближе они подойдут, чем сильнее поверят в свою победу, тем слаще и сытнее будет их отчаяние, когда я захлопну ловушку. А ты, Наследник... — она посмотрела сквозь стены, сквозь коридоры, прямо туда, где у внешних врат загоралась искра, — ты будешь умирать мучительно и очень медленно, так медленно. Что каждую секунду своей агонии ты будешь видеть, как я ломаю всех, кого ты любишь.

Она взмахнула рукой, тени исчезли, растворились в стенах, в полу, в воздухе. Теперь они были повсюду. Теперь станция была не просто крепостью — она была пастью, готовой захлопнуться.

— Добро пожаловать домой, в свой последний приют — прошептала Нергал и погрузилась во тьму.

Портал выбросил их, как лавина, катясь выбрасывает камни. Сначала всё было бы всё в рамках нормы. Но следом пришло ощущение первой аномалии. И этим ощущением была невесомость. Тело неожиданно потеряло вес, Лекс, кувыркаясь в воздухе, едва успел ухватиться за металлические перила, тянувшиеся вдоль стены. Удар выбил воздух из лёгких, но пальцы сжали холодный металл мёртвой хваткой. Рядом, так же беспомощно, пролетали остальные — Грым, прижимающий к груди Писка; Серафима, плащ которой раздулся, как парус корабля поймавший ветер; двое добровольцев, чьи крики тонули в оглушительной тишине. Грук и его орки пытались зацепиться хоть за что-то, их огромные тела были особенно неуклюжи в этой чуждой среде.

Только «Цербер» стоял на месте. Массивный голем, благодаря своим магнитным захватам в ступнях, остался на платформе у самого выхода из портала. Он развернулся, выбросил манипуляторы в стороны и одного за другим перехватил всех членов отряда, аккуратно подтягивая их к перилам.

— Держитесь! — крикнул Лекс, хотя голос его прозвучал глухо, словно через толстый слой ваты. — Здесь нет гравитации! Хватайтесь за поручни!

Тим, всё ещё бледный после встречи с тварями на леднике, вцепился в перила с такой силой, что костяшки побелели. Рагни, здоровяк с арбалетом, выругался сквозь зубы, так что любой портовый грущик позеленел бы от зависти. Но тоже сумел удержался. Грук подтянул своих орков к стене, глухо рыкнул:

— Что это за место, где даже земля не держит?

— Орбитальная станция, — ответил Лекс, активируя браслет. Голубой свет разлился по его руке, и перед глазами вспыхнула голографическая карта. — Мы на орбите Айроса. Здесь нет верха и низа. Привыкайте.

— А к такому вообще возможно привыкнуть, — проворчал Грым, с трудом перебираясь от одной скобы к другой. Писк отчаянно жужжал, цепляясь манипуляторами за его плечо. — Я думал, в Гнезде было плохо. Но это... это намного хуже.