На лице пленника снова появилась та горькая, печальная улыбка.

— Не имею права, дитя. Оковы в любом случае вернут меня обратно. За меня не переживай, я вернусь в свою библиотеку, буду читать. И с нетерпением ждать, чем закончится твоя песня.

Азраил развернулся и, не оглядываясь, пошел обратно, к безмолвному дворцу. Кейта смотрела ему вслед, а затем, стиснув зубы, бросилась в указанную им расщелину. Девушка бежала, как никогда в жизни. Обратно, в мир живых, в мир, где ей предстояло разобраться не только с врагами, но и с самой собой.

К тому времени, как Кейта, ведомая отчаянной надеждой, неслась по темным тоннелям обратно домой, в Среднем мире уже миновали сутки. Солнце клонилось к закату, окрашивая бескрайние северные снега в нежно-розовые и лиловые тона. На границе лагеря клана Синего Нарвала, у импровизированного поста, состоявшего из двух перевернутых нарт, разыгралась странная сцена. Из-за редкого, корявого лесочка, цеплявшегося за вечную мерзлоту, вышла одинокая фигура. Человек шел тяжело, спотыкаясь, его одежда была грязной и потрепанной долгой дорогой. Он был явно не из этих мест — слишком легкая по меркам северян одежда, слишком темные волосы, слишком отчаянный и загнанный вид.

Два суровых северных охотника, похожие на медведей в своих тяжелых меховых малицах, тут же преградили ему путь, выставив вперед длинные копья с наконечниками из моржового клыка.

— Стоять, — пророкотал один из них, окидывая взглядом незнакомца. — Кто такой будешь?

Саян остановился, тяжело дыша и опираясь руками на колени. Он поднял на них усталые, но упрямые глаза.

— Мне нужен… Инсин, — выдохнул он. — Сын степного хана. Я знаю, что он у вас.

Охотники переглянулись.

— Что-то много вас тут, южан, развелось нынче, — пробурчал второй. — То один чуть лыжи не откинул, теперь второй на его смену пришел. Вам тут медом что ли намазано?

— Что здесь за шум?

К эпицентру разборок, легко ступая по снегу, подошла Лина. Она как раз возвращалась с обхода дозоров, щеки девушки румянились от мороза. Блондинка смерила пришельца своим холодным, оценивающим взглядом с ног до головы.

— Великий Нарвал, еще один? Из лесного народа, судя по одежке. Своих лесов мало стало, решили наши сугробы потоптать?

— Мне нужен Инсин! — повторил Саян, выпрямляясь. Он узнал ее. Светлые косы, пронзительные голубые глаза — девушка из видения, что принесла с собой Полярная сова. — Наша предводительница, Кейта-хотун… она ушла на север, и не вернулась. А потом и ушедший за ней следом степняк исчез. Я получил ваше послание, мне нужно знать, что здесь произошло!

Лина скрестила руки на груди, и в ее глазах блеснула насмешка.

— О-ля-ля, какие страсти! Значит, степной принц бегает за лесной предводительницей, а ты бегаешь за ним? У вас там на юге, я смотрю, весело. Не то что у нас — только тюлени да северное сияние. Как же много я теряю в этих забытых Небом землях…

— Дошутишься, северянка, — огрызнулся Саян, которого сарказм юной девицы начинал выводить из себя. — Где он, говори!

— Во-первых, южанин, остынь, — голос Лины стал заметно жестче. — Криком ты здесь только ворон распугаешь. Во-вторых, Инсин-нойон — почетный гость клана Синего Нарвала. Он никуда не исчезал, сейчас находится в лагере нашем. Готовится нырять в преисподнюю за твоей хотун.

Саян замер.

— Что?..

— Что слышал, — девушка подошла ближе, изучающе поглядывая на собеседника. — Наш степной товарищ пришел сюда, чтобы спасти Кейту. Сказал, что ее похитил Эрлик. А потом еще и оказалось, что он — ключ, чтобы открыть врата в Нижний мир.

— Спасти? — Саян хмыкнул. Его сердце металось между надеждой и все еще не до конца искорененным недоверием к степняку. — Это значит… погоди, как она вообще умудрилась угодить в лапы к Эрлику?

— А вот это, лесной человек, уже интересный вопрос, — блондинка склонила голову набок. — Потому что, по словам нойона, он собирается ее оттуда только вызволить. А как предводительница шаманов туда попала, да еще и одна, об этом история умалчивает. И тут, скорее, ты должен ответ знать. Что в вашем племени такое происходит, что привлекло внимание самого Владыки Нижнего мира?

Их взгляды встретились. Два упрямства, два недоверия. Лина с подозрением относилась ко всем гостям с юга, а Саян в целом никого слушать не желал, пока Кейта пребывала в опасности. Но они оба понимали, что им придется договориться.

— Сначала отведи меня к нему, — строго произнес шаман.

— Сначала расскажи, что произошло, — так же строго ответила северная ведающая. — Я не поведу к нашему главному козырю непонятного пришельца, от которого за целую лигу несет тревогой и старыми листьями. Вдруг ты — шпион этого самого Эрлика?

— Я? Шпион⁈ Да я… — Саян был готов взорваться, но, увидев холодную уверенность в глазах Лины, понял, что спорить бесполезно. Тяжело вздохнув, он сел прямо на припорошенную снегом землю. — Хорошо. Слушай, северная колючка. Я расскажу тебе все, чтобы ты поняла, почему я прошел пешком, кажется, полмира, чтобы найти этого степняка. А потом ты отведешь меня к нему. Идет?

Девушка мгновение подумала, а затем кивнула.

— Валяй. У нас как раз есть время, пока в лагере заваривается уха.

Лина села напротив, поджав под себя ноги. Сидя на холодной земле, под низким, серым небом, Саян говорил и говорил. Он рассказывал так, как не рассказывал, наверное, никому, кроме Кейты. Словно другу, которому можно доверять. Возможно, на него так повлияла усталость. А может, отчаяние, в котором уже сложно было разобрать, кто друг, а кто враг, и оставалось лишь цепляться за единственную цель — спасти Кейту. Саян рассказал о том, как пропал Алтан, их великий шаман и вождь. О том, как эта потеря обезглавила и напугала их племя. Рассказал о пророчестве, связавшем его подругу и степного принца, о ее шаманской болезни, чудесном исцелении и о том, как она, узнав о похищении отца, в одиночку бросилась в степь, чтобы найти Инсина и просить его о помощи. А потом и о том, как девушка собралась проводить ритуал, но из-за отсутствия важного ингредиента ей пришлось отправиться на север, на поиски торгового каравана. Лина слушала, не перебивая. Ее обычная насмешливость ушла, сменившись напряженной, сосредоточенной серьезностью. Она была ведающей, привыкшей к странным историям о духах и магии. Но эта история была другой. В ней сплелись воедино судьбы богов, демонов и простых людей, и от этого сумбурного клубка зависело слишком многое.

Когда Саян закончил свой монолог, Лина долго молчала.

— Понятно, — наконец произнесла девушка. — Выходит, что ваша хотун сама угодила в расставленный на медведя капкан, пытаясь спасти своего отца. Весело, ничего не скажешь.

Северная ведающая поднялась, стряхивая рыхлый снег со своей многослойной одежды.

— Ладно, лесной человек. Ты прошел проверку. Пойдем, тебе нужно, как минимум, поесть и отдохнуть. Ну и со степнячком своим побеседуешь.

Когда на темно-синем бархате неба зажглись первые, по-северному яркие и холодные звезды, небольшой отряд прибыл в основной лагерь клана Синего Нарвала. Саяна, измотанного долгой дорогой, сразу же поразила основательность и спокойствие этого места. Здесь царил ровный, размеренный ритм жизни людей, привыкших к суровым условиям. У большого центрального костра, пламя которого взмывало высоко в морозный воздух, сидел Инсин. Он сейчас выглядел гораздо лучше, чем в тот день, когда его нашел дозор. Сытная и жирная пища северян делала свое дело — с лица пропала болезненная осунутость, а в глазах снова появилась былая сила. Он разговаривал с вождем племени, судя по всему, они нашли общий язык. Увидев Лину, а за ней — знакомую, хоть и нежданную в этих краях фигуру, Инсин прервал разговор и поднялся на ноги. Он понял — Полярная сова достигла своего пункта назначения.

— Саян? — в его голосе было неподдельное удивление. Инсин не ожидал этого — юноша думал, что его послание просто успокоит шаманов, даст им надежду, заставит ждать. Но он не думал, что тот, которому послание предназначалось, бросит все и отправится за ним в этот долгий и опасный путь.