— Прорываемся к выходу! — орал Драконов своим воинам. — Не отставать!

За ним, как стая разъярённых зверей, рвались уцелевшие дракониды. Они не щадили никого, круша всё на своём пути. Но людей было слишком много. Стена щитов сжималась вокруг них, и каждый шаг давался с кровью.

На другом склоне, на позициях, где стояли «Гром-палки», работал расчёт Демида. Молодой сталкер, которого Клык отметил ещё в первую вылазку, сейчас командовал тремя бойцами. Их задача была бить по големам.

— Целься в голову! — орал Демид, перекрикивая грохот. — В кристалл целься! Огонь!

«Гром-палка» рявкнула, выплёвывая снаряд. Тот с воем ушёл вниз и врезался в бок ближайшего «Цербера». Голем пошатнулся, из его корпуса вырвался сноп искр, но он устоял.

— Есть попадание! — заорал кто-то из расчёта.

— Не ори, перезаряжай! — рявкнул Демид. — Пока не упадёт — не радуйся!

Второй снаряд. Третий. Голем, получив три попадания подряд, наконец замер, из его сочленений повалил чёрный дым. Кристалл в груди погас.

— Есть! — заорал Демид, подпрыгивая на месте. — Сдох, железная тварь!

Но радоваться было рано. Снизу, из ущелья, уже лезли уцелевшие эльфы и орки, пытаясь прорваться на склоны.

Магия крови

Лорд Драконов, поняв, что пути назад нет, отдал приказ шаманам. Те, сидевшие на ящерах, начали ритуал. Они полоснули себя когтями по груди, и кровь, горячая, парящая в холодном воздухе, брызнула на чешую. Шаманы запели гортанные песни, и кровь начала светиться багровым, впитываясь в кожу, усиливая мышцы, закаляя чешую.

Первый шаман, старый, с поседевшей мордой, взревел и спрыгнул с ящера. Его тело увеличилось в размерах, мышцы вздулись, чешуя стала твёрже стали. Он ворвался в строй ингрийцев, которые как раз спускались по склону, и начал крушить всё вокруг. Его когти, усиленные магией, пробивали щиты, как бумагу. Одним ударом он снёс голову молодому парню, вторым распорол живот ветерану. Кишки вывалились на землю, ветеран закричал, пытаясь затолкать их обратно, но шаман уже прыгнул дальше.

Другой шаман, не такой сильный, но быстрый, использовал иную форму магии крови. Он не усиливал тело, а ускорял реакции. Он двигался так быстро, что глаз не успевал за ним. Он появлялся то тут, то там, нанося быстрые, точные удары когтями в шеи, в глаза, в подмышки — туда, где доспех тоньше. Трое ингрийцев пали, не успев даже понять, что произошло.

Но магия крови имела цену. После нескольких минут такого режима шаманы начинали слабеть, их тела не выдерживали перенапряжения. Один из них, перенапрягшись, рухнул на месте — сердце не выдержало, и он умер от разрыва аорты, захлёбываясь собственной кровью.

Гоблины

Пока основные силы сковывали врага, сотня гоблинов под предводительством Грымзы действовала в тылу. Они просочились в разрывы между скал ещё до начала боя и теперь, когда хаос достиг пика, вылезли из своих нор, как стая рассерженных крыс.

— Нор-р-р! — пищал Грымза, размахивая кривым ножом. — Режь поджилки! Бей по ногам! Блестяшки потом, сначала мясо!

Гоблины, юркие и незаметные, метались между ног вражеских солдат, подрезая сухожилия, вонзая отравленные дротики в незащищённые икры, перерезая подпруги у драконидских ящеров. Огромный драконид, уже спешенный, развернулся, чтобы зарубить одного из них, но второй гоблин тут же поднырнул под него и полоснул ножом по ахиллесову сухожилию. Драконид взревел, рухнул на колено, и тут же десяток мелких тварей набросились на него, втыкая ножи в щели между чешуёй, в глаза, в горло.

Другой гоблин, самый шустрый, забрался на спину обезумевшему ящеру и перерезал ему позвоночник у основания черепа. Ящер рухнул, придавив собой троих эльфов, которые тут же были добиты подоспевшими людьми.

— Нор-р-р! — орали гоблины, и их визг сливался с криками умирающих.

Лекс

Когда началась общая свалка, Лекс понял: пора. Он выхватил из-за спины винтовку Гаусса — тяжёлое, матово-серое оружие с толстым стволом и массивным прикладом, в который был вмонтирован кристалл-накопитель. На стволе крепился лазерный целеуказатель — тонкий красный лучик, который в тумане был виден только ему.

— Я спускаюсь, — сказал он Айрин. — Прикрой.

— Лекс... — начала она, но он уже скользил вниз по склону.

Он залёг за валуном метрах в пятидесяти от ближайшей группы эльфийских магов. Те, обезумев от потери магии, пытались создать защитный купол вручную, но у них ничего не получалось. Лекс поймал в прицел ближайшего — тот что-то кричал, размахивая посохом.

Красная точка легла ему точно на переносицу.

Выстрел.

Оглушительный треск разорвал воздух. Тело мага отбросило назад, голова разлетелась, как переспелый арбуз, забрызгав кровью и мозгами стоящих рядом. Они закричали, заметались, но Лекс уже переводил ствол на следующего.

Второй выстрел — в грудь. Маг сложился пополам, из спины вырвался фонтан крови и осколков рёбер. Третий — в живот. Четвёртый — в голову ещё одному, пытавшемуся бежать.

Лекс стрелял методично, хладнокровно, как на стрельбище. Красная точка плясала по фигурам врагов, и каждый выстрел находил цель. Он снял семерых магов, прежде чем магазин опустел. Перезарядка — щелчок, новый магазин вставлен на место. Ещё три выстрела — и группа магов перестала существовать.

— Двадцать выстрелов, — прошептал он, считая оставшиеся патроны. — Ещё сорок.

Он видел, как внизу, в ущелье, ингрийцы Зураба схлестнулись с орками. Орки, здоровенные, покрытые шрамами твари, с длинными топорами и дубинами, перли напролом, не обращая внимания на раны. Один из них, огромный детина с выбитым глазом, проломил череп молодому ингрийцу одним ударом. Мозги брызнули во все стороны, парень рухнул, даже не вскрикнув.

— Урук! Урук! — орали орки, врубаясь в строй.

Но ингрийцы держались. Стена щитов сомкнулась, копья первого ряда выставились вперёд, и они двинулись на орков, раз за разом втыкая сталь в их тела.

— Кровь и ярость! — ревел Зураб, рубя топором направо и налево. — За Ингрию! За Ратибора!

Ингрийцы Радима

На левом фланге, отдельно от основных сил, сражались сто ингрийцев под командованием Радима. Они не подчинялись Лексу, но когда враг полез на склоны, Радим понял: если они не ударят сейчас, их просто сметут. Он коротко бросил своим:

— За Ингрию! Без приказов Лекса — бьём сами! Вперёд!

И они ударили. Не в строй, как учил Зураб, а по-своему — рассыпным строем, используя местность, прячась за камнями, выскакивая из-за валунов и нанося быстрые, точные удары. Они били по драконидам, которые пытались прорваться к выходу из ущелья. Радим лично зарубил троих, работая коротким мечом и круглым щитом.

— Не отступать! — орал он, разбивая морду очередному дракониду. — Не сметь отступать! Это наша земля! Наша!

Его люди дрались отчаянно, зная, что за спиной у них только смерть. Они падали, но на их место вставали другие. Кровь лилась рекой.

Агония командования и магический хаос

Магистр Илльдар из дома Аэрилион, второй после Вэл'Шана, пытался восстановить порядок. Он стоял в центре ущелья, прикрываясь остатками своего личного отряда — двух десятков элитных воинов в серебряных доспехах, с длинными мечами.

— Сомкнуть ряды! — его голос, усиленный магией, перекрывал грохот. — Маги, ко мне! Гвардия, строй!

Но его приказы тонули в хаосе. Вокруг метались адъютанты, маги пытались возвести защитный купол, но эфирные помехи от глушителя Лекса делали магию слабой, неуправляемой.

Молодой маг, только что окончивший Академию, попытался создать огненную стену, чтобы отсечь врагов от фланга. Он вскинул посох, прочитал заклинание, и перед ним действительно вспыхнула стена пламени. Но пламя, вместо того чтобы устремиться вперёд, рвануло во все стороны, охватив своих же. Трое гвардейцев закричали, объятые голубым огнём, который не гасить водой. Кожа на их лицах лопалась, глаза плавились, они падали на колени, пытаясь сбить пламя, но тщетно. Через минуту они превратились в обугленные, дымящиеся трупы. Маг, создавший это заклинание, рухнул замертво — откат магии выжег ему мозг.