Возникло непреодолимое желание увидеться с девушкой по имени Эля, познакомиться лично и крепко обнять.

Мира не задумываясь решила написать ей, скрыв перед этим фотографии на своей странице.

Последний раз Эля была в сети неделю назад, поэтому вероятность того, что она быстро ответит, казалась небольшой. Но всё же Мира отправила ей сообщение.

Ближе к ночи она лежала на диване в гостиной и смотрела фильм. Её клонило в сон, и глаза медленно начинали закрываться. К концу фильма, полностью потеряв нить сюжета, она вздохнула и повернулась на другой бок, лицом к мягкой спинке дивана.

Внезапно она вздрогнула и резко развернулась, испуганно приподняв голову.

Она была уверена, что слышала, как кто-то дёрнул ручку входной двери. От манящего сна не осталась и следа. Сердце бешено колотилось от страха, и ноги, в мгновение ставшие ватными, не хотели вставать и идти в прихожую.

С трудом переборов тиски паники, Мира встала и с тревожным сердцем как можно тише подошла к двери.

На носочках.

Она застыла, на минуту перестав даже дышать. Затем встревоженно вздохнула, приблизилась вплотную к двери и посмотрела в глазок.

Резко отшатнувшись от двери на шаг назад, она чуть не вскрикнула от ужаса, мгновенно закрыв рот ладонью. Благо крик не вырвался наружу. Ватные ноги окончательно потеряли силу и подкосились. По спине пробежался холодок.

Опершись о стену, Мира попыталась дышать. Вдох, выдох, вдох, выдох.

По ту сторону стоял мужчина, одетый во всё чёрное, безотрывно смотревший на дверь. На нём была джинсовая куртка и маска, закрывавшая пол-лица. Глаза скрывались под козырьком кепки.

Мира испуганно уставилась на дверь, боясь пошевелиться и сделать хоть малейший шаг, дышать по-прежнему удавалось с трудом. Паника нарастала, мысли хаотично носились в голове, не позволяя здраво рассуждать. Ей необходимо было что-то предпринять, но что именно, понять в ту секунду не удавалось.

Возможно, он понял, что она стояла у двери, и поэтому не отходил?

Возможно, услышал её шаги?

Возможно, он и есть причина её бед?

Сложив руки на груди, пребывая в полном отчаянии, девушка попыталась собраться с мыслями и понять, что же всё-таки ей делать.

На ум не пришло ничего лучше, чем подойти к двери и с дрожавшим от страха сердцем всмотреться в глазок.

Мужчина стоял, не шевелясь, смотря прямо на неё. Как живая тень, как предвестник смерти. От образов, возникших в собственной голове, Мире стало ещё страшнее.

Проведя руками по волосам, она как можно тише вдохнула. Глубоко.

Этот человек пугал её.

До безумия пугал.

Но когда Мира вновь прильнула к глазку, то увидела, что тень исчезла с лестничной площадки.

Непонимающе моргнув, она снова посмотрела в глазок, прикоснувшись обеими руками к двери, и с облегчением выдохнула.

Его и вправду не было, он ушёл.

Проверив все замки для собственного успокоения, на слабых от испуга ногах Мира вернулась в гостиную. Подойдя к столу, трясущимися руками она взяла телефон, чтобы кому-нибудь позвонить.

Но кому?

Ступор. В голове пустота.

Кому позвонить? Что сказать?

Вздох. Секунда. Вторая.

Мира начала судорожно искать в адресной книге не Османа, не девочек, а номер дяди Рахмана.

И почему-то наткнулась на совершенно неожиданное имя.

– Ратмир?.. – удивлённо прошептала она себе под нос.

Карие глаза непонимающе вгляделись в экран. Действительно, его имя и номер, но откуда он появился в списке контактов? Да и когда? Они ведь так и не обменялись номерами. По крайней мере, она так думала.

Странно. Но ещё более странным оказалось то, что на эмоциях она набрала номер не дяди Рахмана, а именно его, Ратмира.

Он поднял трубку с третьего гудка. И стоило признать, что был удивлён её звонку не меньше, чем она его номеру в списке контактов.

Ратмир ответил на звонок, но Мира, будто набрав в рот воды, молчала в трубку. Почему-то она не осмелилась сказать простое «алло». Возникло глупое чувство стыда. Стало не просто не по себе, стало неловко, хотя минуту назад нутро разъедало сильное чувство страха.

– Мира, – наконец позвал он.

По звукам, доносящимся из динамика стало ясно, что Мира позвонила, когда он находился за рулём.

– Как ты догадался? – удивилась она полушёпотом и сразу же осеклась от глупости заданного вопроса.

Ратмир усмехнулся.

– Я поспособствовал тому, чтобы мы обменялись номерами.

Мира призадумалась, не припоминая ничего такого.

– И когда успел? Я что-то пропустила этот момент.

– Ну да, – он довольно хмыкнул, – кто-то обещал дать свой номер, как только мы станем друзьями. Мы, кстати, позволь напомнить, успели ими стать, – подытожил он.

Мира точно поняла, что он собирался сказать дальше.

– К тому же мы поцеловались. Неплохое выдалось начало дружбы, – игривый мужской голос затих, но затем возник вновь, добавляя важную деталь: – Мне, кстати, понравилось.

Мира промолчала, но не смогла сдержать улыбку. Ей стало приятно.

– В общем, я знал, что рано или поздно понадоблюсь тебе, поэтому добавил свой номер, как только твой телефон попал мне в руки, – произнёс он спокойным тоном, а затем галантно поинтересовался: – Чем обязан?

– Мне страшно, – призналась Мира, зайдя в свою комнату и присев на край кровати. – Поэтому и позвонила.

– Почему страшно? – резко спросил он. – Из-за того, что ты одна?

Её плечи поникли.

– Кто-то трогал ручку входной двери. Когда я подошла и посмотрела в глазок, увидела человека в чёрной маске. Я не смогла разглядеть его лица, кепка не позволила, но выглядел он страшновато. Как смерть, во всём чёрном.

– Не смей никому открывать! – скомандовал он. – Я еду к тебе!

– Не беспокойся, этот человек ушёл, – успокоила она, но сама продолжала сидеть, испуганно сжавшись в комок. – Хотела набрать дядю Рахмана, а наткнулась на твой номер.

– Ты меня услышала? – властно произнёс Ратмир. – Я скоро буду! Не смей никому открывать!

– Услышала, – произнесла она тихим голосом, настороженно взглянув в окно.

Повисла тишина. Мира не торопилась её нарушить, а Ратмир не торопился отключаться.

– Знаешь, я всегда боялась смерти, – неожиданно произнесла Мира поникшим тоном. – Поэтому всегда прошу у Бога, чтобы он послал мне самую быструю и лёгкую смерть из возможных. Без боли и насилия. Представляешь, мгновение, закрыла глаза и уснула навсегда… – она вздохнула. – Боюсь мучительной смерти.

– Что за глупости! – рявкнул он довольно грубо. – Зачем вообще думать о смерти?!

– Не знаю, иногда возникают такие мысли. Разве у тебя такого не было?

Он прочистил горло и как можно терпеливей обратился к ней:

– Мира, рано говорить о смерти. Подумаешь об этом спустя пятьдесят – шестьдесят лет. Но не в свои… – он запнулся.

– Двадцать пять.

– Не в свои двадцать пять, – закончил он мысль.

Опустив голову на согнутые колени, девушка усмехнулась.

– Когда мне стукнет семьдесят, я буду некрасивой, познавшей жизнь старушкой. И скорее всего, не буду бояться смерти. А начну звать её в гости.

– Готов поспорить, ты будешь невыносимой и чертовски заносчивой.

– Это скорее про тебя, чем про меня, – буркнула она негодующим тоном. – Ты и сейчас-то не особо выносим. Уверена, с каждым годом всё больше будешь походить на… – она не могла подобрать подходящего слова.

– Старого пердуна? – Он запнулся, поняв, что вышло не особо красиво. Поэтому мигом поправил себя: – Старого ворчуна?

– Первый вариант тоже неплох, – заметила Мира, хихикнув.

Ратмир улыбался, это ощущалось даже через расстояние.

Мира тоже мягко улыбнулась, и ему удалось это почувствовать по интонациям в её голосе. Внутри моментально стало легче от осознания того, что девушка не тряслась от страха.

Мужской голос стал ниже и намного мягче, Ратмир решил немного пооткровенничать:

– В старости я уеду в деревню, заведу барашков и начну заниматься фермерством.