Ее муж опять ухмыльнулся:

– Мы даже купили лицензию на пивоварение, но думаете, хоть кто-то из ребят на ферме пожелает пить самодельное пиво? Да никогда в жизни! Им лучше дай четыре пенса, чтоб можно было пойти в паб.

– А все холодильник, – сказала Бет.

Миссис Кэйри засмеялась.

– И как вы только обходитесь безо льда? – обратилась она к Пенни. – Я сама долго откладывала, чтобы Папочка надо мной не смеялся, но потом мы с Бет поехали в Колчестер и нашли подходящий, он работает на парафине. К нам полдеревни сбежалось посмотреть, и не поверите, сколько мы наслушались о болезнях, которые можно вылечить куском льда!

– Жуткий народ. – Пенни улыбнулась. – Смотрите не становитесь феей-крестной у всех подряд. Эти деревеньки – часть поместья, однако они слишком велики, чтобы владелец земель мог о них заботиться. Налог на наследство разрушает феодальные устои, но люди привыкли ждать от хозяина помощи. Если они живут на вашей земле, они вам не чужие.

– С ними вполне можно ужиться, – безмятежно заявила миссис Кэйри. – Хотя они и слишком любят благотворительность.

После ланча все вышли на лужайку.

Мирная передышка кончилась, подумалось Пенни, и впереди опять мучительные тревоги.

Профессор и Кэмпион тихонько о чем-то говорили, притворяясь, будто обсуждают вьющиеся розы.

– Считаю, дам к этому делу допускать нельзя, – заявил профессор.

– Несомненно. Только вот касаемо Пенни я не уверен. Она девушка решительная и к тому же приятельница почтенного пожилого джентльмена, которого мы собираемся посетить. Вряд ли она захочет охотиться за призраком, но ее дружба с Пеками нам пригодится.

Профессор колебался.

– Если это то, что я предполагаю, женщине там совсем не место. Однако соглашусь: кое-чем мисс Гирт сможет нам помочь. Если позволите, мне нужно переговорить с Мамочкой.

Пять минут спустя профессор разобрался со страхами и любопытством женской части своего семейства и вместе с Пенни и Кэмпионом отправился по тенистой тропинке мимо клумб. Через калитку они вышли на широкий зеленый луг, за которым тонкие ивы, освещенные ярким солнцем, покачивали серебристой листвой.

Шли в молчании, но когда оказались на лугу, Пенни уже не могла бороться с охватывающим ее страхом:

– Профессор, вам ведь что-то известно. Скажите, речь идет о сверхъестественном?

Кэйри ответил не сразу:

– Дорогая моя, если я не ошибся в своих предположениях, это куда неприятнее любого призрака.

Больше ничего он объяснять не стал, а Пенни не хотелось расспрашивать, но от его слов девушку бросило в дрожь, и она ощутила здесь, среди прекрасной летней английской природы, присутствие некоего таинственного ужаса, издревле называемого паническим.

Домик Пека был из тех стареньких, но живописных, крытых соломой хижин, что вызывают восхищение и зависть у людей, никогда в них не живших. Стены хижины покрывал мох, а сама она утопала в траве и подлеске. К распахнутой двери вела мощенная кирпичом и заросшая сорняками дорожка. Внутри дома на низеньком деревянном стульчике сидел хозяин в потрепанной шляпе, а перед ним стоял огромный радиоприемник, из которого лилась гнусавая песня – рекламная передача парижского радио.

Покосившись на гостей, он с видимым сожалением поднялся и выключил приемник.

Мистер Пек-старший был вполне приятным старичком с морщинистым, кирпичного цвета лицом, беззубым ртом и эффектным пучком седой щетины на подбородке. На нем красовалось много разнообразных предметов одежды, среди которых более остального бросались в глаза латаные-перелатаные белые холщовые штаны и вязаная красно-зеленая безрукавка, явно предназначенная для человека куда более крупного. Пальцы у него были искривлены ревматизмом, а шерсти на тыльной стороне ладоней позавидовал бы и медведь.

– Дядюшка-опоссум, – пробормотал себе под нос Кэмпион.

– Тише, – укорила его Пенни и подошла поздороваться.

Пек степенно дотронулся до полей шляпы:

– Доброе утро, мисс.

– Доброе утро, – вежливо откликнулась Пенни, хотя было уже не утро. – А ваш сын дома?

– Перси! – крикнул старик, обернувшись назад. – У нас тут знатные гости.

– Иду! – раздался голос из глубины хижины, и на пороге появился высокий и гибкий молодой человек в рубашке и жилетке. С непринужденной улыбкой он указал гостям на террасу. – Если вы не против, господа. А для мисс Пенни принесу стульчик.

Все уселись, и маленькая компания вдруг приняла заговорщицкий вид. Перси встал за стулом отца. Внимательно глядя карими глазами на гостей, он ждал, пока они расскажут о цели своего визита.

– Суставы у меня ломит, – сообщил мистер Пек-старший, чтобы завязать разговор.

– Я вам пришлю мазь, – пообещала Пенни.

– Ха, – с непонятным выражением отозвался на это старик.

– Не слушайте вы его. – Молодого Пека явно смутила бестактность Пека-старшего. – Все с ним нормально, верно ведь, отец?

– Не-а… – Пек-старший был непоколебим. – Слыхал я, вы обошлись скромными похоронами. Тетка-то ваша многим поперек горла стояла. Но я про покойников плохо не говорю.

От сильного удара по спинке стул едва не опрокинулся, и старик замолчал и только пожевал губами. Он дважды попытался завести беседу, и его оба раза оборвали, – что ж, пусть теперь сами болтают о чем хотят.

Вступительная часть закончилась, и Пенни заговорила наконец о важном:

– Перси, я прошу вас сегодня вечером пойти с мистером Кэмпионом и профессором Кэйри на Фарисееву поляну. Они считают… там водится зверь, которого им нужно добыть. Понимаете? Вы ведь не испугаетесь, правда?

– Нет, мисс, не испугаюсь. – Парень произнес это достаточно твердо, но лицо его слегка омрачилось.

Пек-старший заворчал:

– Да не зверь, мисс, а призрак, я уж говорил мистеру Кэйри.

Он сказал это очень просто, и Кэмпион устремил на него вопросительный взгляд.

Профессор торопливо предупредил:

– Конечно же, не нужно, чтобы потом ходили всякие разговоры.

– Мы лишнего не сболтнем, сэр, – рассмеялся младший Пек. – А вы его хотите поймать или пристрелить?

– Разумеется, поймать, – ответил профессор.

– Перси, – начала Пенни, – помните, когда мы с Вэлом были маленькими, мы помогали вам и Флинчу ловить старого барана, который убежал в долину?

Пек-младший начал постигать план действий.

– Мы ж его сетью для сена ловили, да? Ага, запросто спроворим. Если оно настоящее, – разумно уточнил он.

– Ничо вы там не поймаете, – заявил его отец, с удовольствием набивая трубку из протянутого профессором кисета. – Это ж дух. Кинете сетку, а он через нее и пройдет, как вода. Охота вам дураков из себя строить. Но дело ваше, а меня не втягивайте. Вам его не поймать.

Тут Кэмпион впервые вмешался в разговор:

– Скажите, призрак на Фарисеевой поляне – он недавно появился или раньше тоже бродил?

Старший Пек стал вспоминать:

– Там и раньше странности бывали. Но не вот прямо постоянно, а от случая к случаю. Когда я еще был мальцом, вся деревня про то гудела. Потом прекратилось. А лет пять назад кто-то снова чего-то увидал, ну и теперь по ночам туда никто не ходит. Я так считаю, что это дух.

– А вы как считаете? – спросила Пенни у младшего Пека.

– Не знаю, мисс. – Молодой человек растерялся. – Я и не задумывался. Оно мне ни разу не попадалось. Да я и не хожу туда ночью. Загадочная история. Но все-таки я его не боюсь! – жизнерадостно добавил он. – Раз я для своего старика сумел вот эту штуковину наладить, значит и с любым призраком управлюсь. Тоже ведь вроде как волшебство, – проговорил он простодушно, кивая на здоровенный агрегат, стоявший у стула.

Профессор встал:

– Итак, ждем вас в Тай-холле примерно в половине двенадцатого с сетью.

Перси прикоснулся к воображаемой шляпе:

– Я приду, сэр.

– А я – нет, – самодовольно заявил его отец. – Буду ловить немцев. Они не то что мы – музыку в любой день играют. А вы, ежели хотите быть умными, ложитесь спать, вот как я. Мало ли чего там по ночам бродит, про которое мы даже не знаем. Вы, мисс, с ними не связывайтесь. Это вам не сбежавший баран. И ничего хорошего из вашей затеи не выйдет, – мрачно заключил он.