Перчику всучил эту листовку молоденький паренек — судя по виду, из протестующих — в африканской рубашке, какие сейчас носят. «Почитай», — сказал он, будто Перчик — деревенщина с юга, и ему требуется растолковать, как устроена жизнь в большом городе. Перчик так на него посмотрел, что парнишка тут же сбежал. «Успокойся, детка». Нас не желают слушать. Кто же слушает, что лепечет таракан перед тем, как его раздавят? Перчик хотел было выбросить листовку, но сунул в задний карман.

В три часа тридцать две минуты пополудни к двери магазина подошли двое мужчин. Клиенты уходили, увидев табличку «ЗАКРЫТО», эти же приставили ладони к глазам, прижались лицом к стеклу и заглянули внутрь. Аккуратные молодые люди в униформе газовой службы, но явно переодетые. Не тупые качки, как большинство громил, которые задыхаются после нескольких ударов. Эти подтянутые, опрятные, как космонавты. Новое поколение. Вполовину его моложе. Перчик схватился за живот в том месте, куда вонзился нож. Брюхо уже болело в предвкушении драки.

Космонавты разделились. Тот, что с медными волосами, пошел на угол, окинул взглядом Морнингсайд до двери, что вела в кабинет. Блондин направился в противоположную сторону, к стене между магазином и соседним домом, где располагался бар. Затем оба вернулись к входной двери, посовещались и ушли.

А через пять минут вернулись. Медноволосый наклонился, открыл замок на защитной решетке — отмычкой или просто взломал — и поднял решетку; второй демонстративно что-то читал в блокноте. Перчик не раз на дело переодевался грузчиком или официантом, чтобы свободно ходить среди белых. Точно так же и белый в служебной форме без труда войдет куда угодно в негритянском районе. Униформа копа создает одно ощущение, униформа монтера — другое, если, конечно, он не явился отключить свет. Медноволосый космонавт без труда отпер входную дверь, его компаньон вкатил в магазин металлический ящик. Скорее всего, ацетиленовая горелка.

Очутившись внутри, космонавты начали поиски в тандеме: один медленный шаг, пауза, осмотреться, еще шаг. Медноволосый взял на себя кабинет Карни, блондин направился в кабинет Мэри. Блондин оставил сварочный аппарат в торговом зале, оба достали револьверы, «кольты кобра». И осторожно, как хищники, устремились вглубь магазина.

Перчик оказался в невыгодном положении: оружия у него при себе не было. Прошлый свой пистолет он брал с собой на грабеж, намереваясь потом выбросить, и в последний раз Перчик видел его на полу «кадиллака» Дутси Белла, когда тот высадил его перед Гарлемской больницей. Сегодня вечером Перчик должен был встретиться с Билли Биллом и купить у него пистолет. Сейчас же при нем была только бейсбольная бита и охотничий нож.

Начал он с биты. Перчик ткнул ею Медноволосого под ребра, после чего со всей силы огрел его по башке. Оставил дверь кабинета приоткрытой и, когда космонавт приблизился, набросился на него, да так, что у того перед глазами поплыли звезды. Времени мало: подельник вот-вот услышит его крик. Подобрать пистолет или воспользоваться рухнувшим космонавтом? «Кольт кобра» отлетел на пол, но куда? Стук от падения был глухой, значит, пистолет упал на ковер. Некогда его искать.

Второй космонавт показался в дверях, и Перчик приставил нож к горлу Медноволосого. Тот прикрывал его, как щит. Другой бы все равно выстрелил, но блондин был не из таких.

— Назад, приятель, — сказал Перчик. Медноволосый заскулил, и Перчик сильнее надавил лезвием на его горло. — Ну что, встаем?

Они поднялись с пола. Перчик почувствовал, что космонавт только и ждет, чтобы вырваться. Перчик подвел его на шаг ближе к двери. Космонавт двигался медленно, надеясь, что вот-вот подвернется удобный случай. Перчик захлопнул дверь кабинета, швырнул на нее космонавта. Нажал кнопку на ручке, запирая замок.

Космонавт ткнул Перчика локтем в живот, потом ударил в челюсть. Перчик сутулился, берег живот в том месте, где была рана, и космонавт этим воспользовался. Его подельник дернул за ручку, потом попытался вышибить дверь плечом. Медноволосый сбил Перчика с ног, тот рухнул на пол.

Второй космонавт запустил в окно кабинета пуфиком «Коллинз-Хэтэуэй», разбил стекло и покорежил жалюзи. Ковер: Перчик увидел рукоять упавшего пистолета. Медноволосый тоже. Они принялись бороться, пытаясь добраться до кольта. Перчик успел первым, изогнулся и выстрелил в силуэт за окном кабинета. Промахнулся. Ударил рукоятью кольта Медноволосого по черепушке.

Прошлый раз Карни закапали кровью ковер, теперь вот разбили стекло.

Окно распахнулось.

— Успокойся, детка, — сказал Перчик. — Сунешься — выстрелю. — Он схватил Медноволосого космонавта и продолжал, обращаясь к его подельнику: — Отойди к витрине. Я выхожу с этим придурком. — Перчик велел Медноволосому открыть дверь кабинета.

Так странно видеть силуэт белого человека на фоне Сто двадцать пятой, жизнь на которой течет своим чередом, точно их ожесточенных перипетий и вовсе не существует. Девочка-подросток на противоположном тротуаре училась крутить обруч. Стрельба не привлекла внимание полицейских, усиленно патрулировавших район. Пока не привлекла.

Судя по положению пистолета в руке блондина, целился он в голову. Может, планировал еще два выстрела в живот, чтобы наверняка.

— Брось пушку, — сказал Перчик. — Если не хочешь, чтобы он остался здесь.

Космонавт наклонился, положил кольт на пол, поднял руки.

— А теперь проваливай нахер, — велел Перчик.

Дошло наконец, как говаривала гарлемская молодежь.

Увидев разбитое стекло, Карни бросился к телефону. Элизабет не брала трубку. Ушла в парк, в магазин, неизвестно.

— Один мой знакомый купит эту горелку, тебе она не нужна, — сказал Перчик.

— Купит что?

— А вон. Собирались разрезать сейф. — Перчик примолк. — Нет, Джей-Джея посадили. Но наверняка найдется другой желающий.

— Послушайте, мне надо домой.

Карни достал портфель Лайнуса из сейфа «Херманн бразерс». Перчик посоветовал оставить сейф открытым. «Чтобы они его не испортили, если вернутся». Карни взял деньги — Фредди они понадобятся прямо сейчас, раз уж не удалось сбыть с рук колье.

Карни бегло просмотрел лежащие в портфеле бумаги. Чертежи большого комплекса административных зданий на Гринвич-стрит в Нижнем Манхэттене — вероятно, важные, но их наверняка можно восстановить. Под чертежами — юридические документы, что-то связанное с недвижимостью, на них значилось имя Лайнуса и название семейной корпорации. Один из документов, доверенность, наделяла мистера Ван Вайка полномочиями представлять интересы сына. Неужели все из-за нее? У Карни будет время подумать о том, из-за чего так всполошились Ван Вайки. А сейчас надо убедиться, что его собственной семье ничего не угрожает.

Карни запер дверь, и Перчик спросил, у него ли еще отцовский пикап. Он сейчас им пригодился бы. Они забрали пикап со стоянки и рванули на Риверсайд-драйв.

Карни снова вспомнил о том, что колье у него больше нет. Он отдал его своими руками. А эти словно и не обрадовались. Остановившись на красный, Карни посигналил. Элизабет и дети.

— С ними все в порядке, — сказал Карни.

— Возможно.

— Фредди.

Карни произнес это с той же интонацией, что и в детстве, когда их ждала порка. Фредди.

— Сегодня вечером я подежурю в машине у твоего дома, — сказал Перчик. — А завтра приведу еще одного чувака, он за твоими присмотрит.

Машину тряхнуло на выбоине — такой огромной, что у нее наверняка был собственный почтовый индекс, — и Перчик поморщился. Прижал ладонь к животу, пониже сердца.

— Досталось вам? — спросил Карни и добавил: — Неважно выглядите.

Перчик пробормотал что-то о космонавтах.

Когда они поднялись в квартиру, Элизабет лежала на диване, дети щипали друг дружку.

— Перчик, — произнесла Элизабет.

— Он помогал мне передвинуть мебель, — сказал Карни, — раз уж Рыжий сейчас выходной.

Ранее он объяснил Элизабет, что закрыл магазин, поскольку Мэри и Рыжий заслужили отдых после прошлой недели, да и люди сейчас на нервах, им не до мебели.