Он выдвинул один из моих офисных стульев, снял с плеча свою сумку и бросил ее на стол. Костюм Лейка выглядел так, будто недавно красовался на ком-то, кто умер во сне, и Лейк снял его с трупа. Одной ногой он безостановочно пришлепывал по полу и постоянно приглаживал свои темные вьющиеся волосы. Блок подошла к окну и встала рядом с Гарри, чтобы присматривать за улицей.

– По словам этой Петры, Маргарет постоянно крутила с кем-нибудь шашни. Ее брак стал чисто условным еще много лет назад. Ее муж Алан знал чуть ли не всех кавалеров, которые валом валили к Маргарет. Джексона среди них не было.

– Она называла вам какие-нибудь имена? – спросил Гарри.

– Упомянула про двоих. Говорит, что один из них был чуть ли не постоянным. Некий Тодд Эллис. Маргарет рассталась с ним около года назад, но парень не принял отказа. Судя по всему, у него вообще проблемы с умением держать себя в руках. В конце концов Маргарет позвонила жене Эллиса и все ей выложила. Но этот урод все равно не сдался. Он помирился с женой, выждал, пока все немного не уляжется, и в итоге Маргарет приняла его обратно. Второго парня зовут Бретт Бейл – холостяк, богатый до неприличия, как и Эллис. Череда разводов, и знаешь что?

– Что? – спросил я.

– Его подозревают в том, что он утопил одну из своих жен. Последнюю, – сказала Блок от окна.

Я подался вперед, схватил ручку и принялся перекидывать ее в пальцах. Упражнение, знакомое любому щипачу. Благодаря ему пальцы становятся гибкими, ловкими и достаточно легкими, чтобы терпила не заметил, как они ныряют ему в карман.

– Если Джексон не убивал Маргарет, нам надо ткнуть пальцем в другого подозреваемого, – сказал я. – Присяжным нужна альтернатива. Интересно, допрашивали ли копы кого-нибудь из этих мужиков касательно их отношений с жертвой? Если да, то наверняка захотят упрятать протоколы этих допросов под сукно. В данный момент это не укладывается в их версию. У них уже есть преступник – наш клиент. А вот нам надо бы присмотреться к этой парочке.

Лейк кивнул:

– У этих людей очень серьезные деньги. Оба чрезвычайно богаты и наверняка хорошо прикрыты, со всех мыслимых сторон. Это будет непросто.

Я лишь кивнул, молча погрузившись в собственные мысли.

– У нас сейчас проблемы посерьезней, – продолжал Лейк. – Эти байкеры в пикапе за окном явно не ждут пиццу. Мы что, будем торчать здесь всю ночь – в надежде, что они уедут?

Я позволил ручке упасть на стол. Откинулся на спинку стула и медленно проговорил:

– Я уже думал об этом, но все-таки не собираюсь становиться арестантом в своем собственном офисе. Коп на переднем пассажирском сиденье патрульной машины – это сержант Бен Грей. Он из «Достойнейших Нью-Йорка». Я узнал его, едва только заметил эту машину. Как только я переступлю порог, он сразу же уедет. Это будет сигнал для байкеров – они откроют огонь и завалят меня прямо посреди улицы.

– Господи… – выдохнул Гарри.

Немного помолчав, я произнес:

– Никогда не думал, что способен сказать нечто подобное, но, по-моему, лучше всего позвонить в полицию.

– Готовы? – спросил я.

– Всё на мази, – отозвался Гарри.

Он стоял у окна моего кабинета с полевым биноклем Блок в руках. Прижав его к глазам, Гарри сосредоточился на патрульной машине. В частности, на небольшой части салона, видимой через лобовое стекло с высоты нашего этажа.

– Звони! – скомандовал я. Лейк сразу же набрал «911» на своем мобильнике и вместе с Блок вышел из моего кабинета, направляясь по лестнице ко входной двери.

– Что видишь? – спросил я у Гарри.

– Пока ничего… Погоди-ка – вот оно! Водила только что выключил радиостанцию.

Позвонив в «911», Лейк сказал, что на его девушку минуту назад напали и вырвали у нее сумку в квартале от моего офиса. Двое копов в патрульной машине возле магазина под вывеской «Бабл-ти» были ближайшим полицейским экипажем. Они не включили фары. Не врубили сирену. Даже не завели мотор. Они просто выключили радио, сделав вид, будто произошел какой-то сбой и они просто не слышали вызова. Я предположил, что свои нагрудные видеокамеры и личные рации они успели отключить еще раньше. Диспетчер должен был видеть местоположение их автомобиля по GPS, но, вне всякого сомнения, они сообщили ему, что разбираются с какой-то проблемой, еще до наступления темноты. Хотя на самом деле дожидались, когда я выйду из своего офиса, чтобы сразу же отъехать от тротуара, позволив байкерам в красном пикапе расстрелять меня.

– Хорошо, Гарри. Ты уверен, что рация у них выключена? – спросил я.

– Собственными глазами видел, как водила ее вырубил. Думаешь, я слепой?

– Хорошо, – сказал я, поднимаясь с кресла. – Тогда выдвигаемся. Хочешь сам позвонить, или лучше я?

– О, предоставь это мне, – отозвался он, кладя бинокль на мой письменный стол и протягивая руку за телефоном.

Когда я направился вниз, Гарри тоже набрал «911».

Внизу я остановился, встав лицом к закрытой входной двери. Сердце забилось чаще. Гарри завершил звонок, и я услышал, как он спускается по лестнице позади меня. Я облизал губы. Во рту пересохло, и я вдруг осознал, что у меня дрожат руки.

– Вызов принят, – сообщил Гарри. – Просто ответь мне на один вопрос. Что произойдет, если они опять включат рацию?

– Тогда меня пристрелят, едва мы только выйдем за эту дверь. Может, и тебя тоже?

– А в меня-то кому какой интерес стрелять?

– Сколько у тебя бывших жен?

Гарри стоял рядом со мной, лицом к двери. Я чувствовал его присутствие – твердое, реальное. С тех пор как умер мой старик, Гарри был мне как отец. Капризный, эксцентричный, алкоголик – но все же хороший отец.

Я почувствовал, что мой друг опять рядом, и руки у меня вдруг перестали дрожать.

– Спасибо тебе, – сказал я.

– За что?

– За то, что рискуешь жизнью ради меня. Я рад, что выхожу за эту дверь вместе с тобой.

Гарри ничего не ответил. В этом не было необходимости.

Я бросил взгляд на часы.

С того момента, как Гарри набрал «911», прошло девяносто секунд. Я прикинул, что двух минут – может, двух с половиной – будет вполне достаточно.

Проверил свой телефон. Никто на него не звонил.

Маленький коридорчик, который вел прямо на улицу, был таким узеньким, что мы с Гарри едва помещались в нем плечом к плечу. Выкрашенные в унылый серый цвет бетонные стены, выцветший темно-серый ковер, который мы уже несколько недель собирались заменить…

Я уставился на дверь. Глянул на свой телефон. Выдохнул.

Самой опасной частью задуманного были первые несколько секунд после того, как мы выйдем на улицу. Буквально через секунду после того, как я открою эту дверь, патрульная машина сорвется с места, а дверцы «Бьюика» на противоположной стороне улицы разом распахнутся, выпуская на асфальт двоих затянутых в кожу здоровенных байкеров со стволами в руках, направленными прямо на меня.

Я уставился на дверь.

Проверил свой телефон.

Вдох-выдох.

Две минуты с момента того звонка.

Мы не могли сказать, чем вооружены эти байкеры. Поскольку приехали они на пикапе, а не на мотоциклах, Блок предположила, что компактными полуавтоматическими винтовками. А то и автоматами, что выплевывают по двести пуль в минуту, сметая все на своем пути.

Я не сводил взгляд с двери.

Вдох-выдох.

И тут у меня зазвонил телефон.

«БЛОК» – высветилось на дисплее.

– Есть! – объявил я, протягивая руку к дверной ручке.

Только вот Гарри уже успел протиснуться вперед.

– Стой, Гарри!

Но я опоздал. Он уже открыл дверь. И шагнул на улицу.

Я бросился за ним, и тут же очень много чего стало происходить одновременно. Байкеры-наемники сидели в «Бьюике», отделенные двумя другими машинами от копов в патрульном автомобиле на противоположной стороне улицы. Блок и Лейк стояли в десяти футах от меня на нашей стороне. Стояли совершенно неподвижно. Выжидающе. Словно пружина, которая с каждой секундой сжималась все туже и туже, а теперь была готова внезапно сорваться со стопора с невероятной силой и скоростью.