Сколько раз пришлось прогуляться по удушающей жаре до дома Веры, думала Агата, и все зря – дверь была заперта, в доме стояла тишина. Она уже вспотела под курткой.

Наконец она увидела «Рейндж-Ровер» Веры, припаркованный на булыжниках перед дверью.

У Агаты участилось сердцебиение, возбуждение нарастало, когда она постучалась в дверь.

За дверью опять стояла тишина, прерываемая раскатами грома над головой. Агата снова постучала. Занавеска на боковом окне слегка дернулась, затем входную дверь открыли.

– О, миссис Рейзин, – вежливо поприветствовала ее миссис Каммингс-Браун. – Я как раз собиралась уходить.

– Я хочу поговорить с вами, – объявила Агата воинственным тоном.

– Ну, тогда подождите минутку, пока я переставлю машину. Я думаю, что наконец пойдет дождь.

Агата почувствовала укол сомнения. Вера выглядела абсолютно спокойной. Но, с другой стороны, она не может знать, почему Агата пришла.

На всякий случай она вышла вслед за миссис Каммингс-Браун и смотрела, как та загоняет машину в гараж в конце ряда домов.

Вера вернулась быстрым пружинящим шагом.

– У меня есть время только на чашечку чая, миссис Рейзин, а затем мне нужно уехать. Я организую конкурс на составление лучшей цветочной композиции в Анкомбе, и кто-то должен показать этим глупым деревенским женщинам, что́ делать.

Она направилась в кухню заваривать чай.

– Присаживайтесь в гостиной, миссис Рейзин. Я быстро.

Агата уселась в небольшой гостиной и огляделась. Вот здесь все и случилось. Яркая вспышка молнии осветила погруженную во тьму комнату, за ней последовал оглушительный раскат грома.

– Как здесь темно! – воскликнула Вера, заходя в гостиную с подносом и расставляя чашки и все остальное на столе. – Молоко, сахар, миссис Рейзин?

– Ни то ни другое, – хриплым голосом ответила Агата. – Только чай.

Теперь, когда момент, к которому она готовилась, наступил, она почувствовала смущение и никак не могла приступить к делу. В разливавшей чай Вере было что-то такое абсолютно нормальное – от хорошо уложенных волос до платья от «Либерти».

– Ну, миссис Рейзин, что привело вас ко мне? – веселым тоном заговорила Вера. – Собираетесь провести еще один аукцион? Знаете, а ведь на самом деле холодает. У меня все приготовлено в камине, чтобы развести огонь. Остается только поднести спичку. Вообще-то все в камине было приготовлено несколько недель назад. Какая стояла ужасная погода! Но наконец жара спала, слава богу. Вы только послушайте, что за страшная гроза.

Агата нервно пила чай и хотела только, чтобы Вера спокойно села, а она сама раз и навсегда покончила с этим неприятным делом.

Струйки пота стекали по телу Агаты под одеждой. Почему Вера посчитав, что в комнате холодно? Огонь затрещал в камине.

Вера уселась за стол, положив ногу на ногу, и весело и с любопытством посмотрела на Агату.

– Миссис Каммингс-Браун, я знаю, что вы убили своего мужа, – объявила Агата.

– О, правда? – Судя по виду, Вере было весело. – И как же я это сделала?

– Вероятно, вы это давно планировали, – с трудом продолжала Агата. – Вы заранее испекли отравленный киш и убрали его в морозильник в школьной кухне, где лежит другая выпечка, которую женщины достают, если работает чайная. Вы ждали возможности пустить его в дело. И я предоставила вам такую возможность. Естественно, вам не хотелось, чтобы ваш муж умер, съев один из ваших кишей. Когда я объявила, что оставляю свой, вы увидели, что вам предоставляется шанс, и воспользовались им. Вы выбросили мой киш вместе с другим мусором, оставшимся после конкурса. Взяли ваш собственный киш домой, разморозили его и оставили пару кусков на ужин мужу. Я не знаю, проверяли ли вы, умер он или нет, когда вернулись домой.

Агата перевела дух и продолжила свою речь:

– Затем вы узнали, что я купила киш в Лондоне. Вы жадная женщина, я это знаю, судя по тому, как вы вынудили меня заплатить за дорогой ужин в гнусном ресторане, в котором вы владеете частью акций. Вы увидели возможность получить деньги у несчастного мистера Экономидеса, поэтому отправились в Лондон и заявили ему, что подадите на него в суд. Кто знает, что было у вас в голове? Вероятно, вы надеялись, что он предложит вам урегулировать вопрос без обращения в суд. Но он признался, что киш испекли в заведении его двоюродного брата в Девоне. Его кузен сам выращивает овощи, а вех ядовитый в Девоне не встречается. Поэтому вы заявили полиции, что решили простить его и не станете подавать в суд. Вы говорили, что не знаете, как выглядит вех ядовитый. Но вы брали в библиотеке книгу о ядовитых растениях, и еще я увидела вех на фотографии, которую мне отдал мистер Джоунс, – он у вас использован в цветочной композиции. Вот так вы это сделали!

Агата с победным видом допила чай и с вызовом уставилась на Веру.

К ее удивлению, та не отреагировала никак, только встала и подбросила угля к пылающим в камине дровам.

Вера снова села за стол и посмотрела на Агату:

– Дело в том, что вы абсолютно правы, миссис Рейзин. – Она стала говорить громче из-за раскатов грома. – Вы решили обманным путем поучаствовать в этом конкурсе, словчили, да, глупая курица? Поэтому я сама решила получить кое-какое денежное вознаграждение, выжать что-то из этой истории! Да, я надеялась, что этот грек сам предложит мне решить вопрос без суда. Но он вдруг признался, что киш-то из Девона. Я пережила неприятный момент, думая, что он посмотрит на пирог и объявит, что он не его. Но я так его напугала, что этот тип особо не рассматривал мой киш, который, как предполагалось, был испечен у него. Поэтому казалось, что я в безопасности. Я устала от походов Реджа налево, черт его побери, но не обращала внимания на его баб, пока на сцене не появилась Мария Борроу. Однажды она заявилась сюда и объявила мне, что Редж хочет жениться на ней. На ней! На жалкой безумной старой деве. Это был такой позор! Я знала, что Редж не собирался со мной разводиться, но раньше или позже эта заноза Борроу обязательно растрезвонила бы всем, что собирается, а я не стану такое терпеть. Вы знаете, я ведь думала, что мой план не сработал. Когда я вернулась домой, свет горел, телевизор работал, а Реджа нигде не было видно. Я почувствовала небольшое облегчение. Он и раньше, случалось, уходил, оставив все включенным. Поэтому я просто пошла спать. Когда мне утром сообщили, что он мертв, я не могла поверить, что это моих рук дело. Я давно мечтала от него избавиться и даже подумала, что мне просто приснилось, как я испекла отравленный киш и заменила ваш на него. Я ожидала, что мне назовут другую причину смерти – будто его хватил удар. В чем дело, миссис Рейзин? Клонит в сон?

Агата почувствовала, что у нее кружится голова.

– Чай, – прохрипела она.

– Да, чай, миссис Рейзин. Вы считаете, что вы такая умная, черт возьми? Только полная дура может прийти в гости к отравительнице и пить чай.

– Вех ядовитый, – ахнула Агата.

– О нет, дорогая. Просто снотворное. Таблетки. Я выяснила у Джоунса и у библиотекарши, чем вы интересовались. Я поехала за вами в Оксфорд. В предыдущий вечер я видела вашу машину на одной из проселочных дорог, где вы ее поставили. Я ждала вас. Поэтому съездила в Оксфорд к одному доктору-шарлатану. У него частная практика, и он продает любые таблетки кому угодно. Я представилась миссис Агатой Рейзин и пожаловалась, что не могу спать. Вот лекарство. – Вера опустила руку в карман платья и достала маленькую бутылочку. – На ней написана ваша фамилия.

Вера встала.

– И вот теперь я разбросаю несколько листовок с рекламой конкурса на лучшую композицию из цветов и помогу одному горящему угольку выкатиться из камина прямо на них. Я скажу всем, что предложила вам устраиваться поудобнее и подождать моего возвращения. Какой печальный несчастный случай! Сейчас после жары все дерево высохло и легко воспламенится. Какой у вас будет погребальный костер! Я брошу бутылочку с оставшимся снотворным в вашу сумочку и положу ее в кухне у окна. Надеюсь, что она переживет пожар.